Чтение онлайн

Меня осенило, какой идиоткой я себя выставила.

— Ли…

— Поеду прокачусь. Я вернусь, чтобы отвезти тебя домой.

— Ли…

Он ушел, а я стояла в гостиной, глядя в большое панорамное окно на передний двор. «Кроссфайер» уже давно исчез, когда дверь в ванную комнату открылась, оттуда вышел папа и посмотрел на меня.

— Как много ты слышал? — поинтересовалась я.

— Все это время вы говорили довольно громко, — ответил папа, подходя ко мне.

Я положила голову ему на плечо, и он обнял меня.

— Я идиотка.

— Ну, не знаю, что ты сказала, но это звучит не очень хорошо.

— Я идиотка.

Папа поцеловал меня в висок.

— Это он был бы полным идиотом, если, вернувшись, не принял бы твоих извинений. В Ли много всего, но этот парень не идиот. Схожу за кексами.

Папа ушел на кухню, и я услышала, как открылась и закрылась раздвижная стеклянная дверь.

Я зашла в ванную комнату, не потому, что мне нужно было ею воспользоваться, но если папа слышал нас с Ли, то и остальные тоже могли, и мне нужно было собраться с мыслями. Не очень хорошее начало, первое семейное мероприятие, и я наговорила глупостей и разозлила Ли до такой степени, что ему пришлось уехать, чтобы остыть.

Выходя из ванной, я размышляла о том, как загладить перед ним вину, когда в дверь позвонили. Я подошла к двери, полагая, что, может, замок каким-то образом защелкнулся. Единственный, кто мог бы прийти, был Ли, но обычно он входил без стука или же появлялся со стороны заднего двора.

Я распахнула дверь и столкнулась лицом к лицу со стрелками, на мгновение испытав шок от того, что они стояли на пороге дома моего детства и звонили в звонок.

Я открыла рот, чтобы закричать, но один из них выбросил руку вперед и все кругом потемнело.

Это похищение полностью отличалось от предыдущего.

Меня не спросили, все ли со мной в порядке, и не отнеслись радушно.

Дивана, обитого кремовым дамасском, тоже не было.

Со мной даже не разговаривали. Что было к лучшему, так как я тоже с ними не разговаривала и, таким образом, не привлекала излишнего внимания, чтобы воспользоваться возможностью разозлить их так сильно, что они выстрелили бы в меня или ударили по лицу.

Они сковали мне руки за спиной наручниками и привязали к стулу нейлоновой веревкой. Я подумала, что делать и то, и другое — немного излишне, но разумно решила не делиться своим мнением. В наручниках и связанной, мягко говоря, было неудобно. На самом деле, если бы я могла пошевелиться, то испытала бы боль. Либо от веревки, врезающейся в кожу, либо от напряжения в руках. Координация движений, после того, как меня во второй раз в жизни вырубили электрошокером, еще не восстановилась, поэтому никакой возможности сопротивляться, пока меня связывали, не было. Да и это ни к чему не привело бы, поскольку оба мужчины были вооружены. Занятия по самообороне я бросила, не успев доходить и трех недель, и, насколько я знала, не была пуленепробиваемой, как Супермен.

Я находилась в доме, бог знает где, очевидно, там никто не жил, причем уже долгое время. Мы были в грязной гостиной, где стоял старый, потрепанный, пыльный диван и стул, на котором я сидела. Вот и вся обстановка, если не считать пылевых клещей размером с кокер-спаниелей.

Двое парней, которые меня схватили, были теми, кто стрелял в нас с Рози и положил начало этой катастрофе. Один из стрелков много времени пропадал в соседней комнате, и по его приглушенному голосу я поняла, что он разговаривает по телефону. Второй стрелок оставался со мной. Эти парни не были напуганы так, как Рози, и за последние пару дней явно посещали душ. Однако их глаза внушали страх. По ним было видно, что я вляпалась в серьезное дерьмо. Эти парни были профессионалами, и они не валяли дурака.

Наверное, я бы боялась еще больше, если бы мне дико не хотелось в туалет.

Обычно мой мочевой пузырь отличался железной стойкостью. Все вечно комментировали мой контроль над мочевым пузырем. Обычно мне требовалось в два раза больше времени, чем другим, чтобы захотеть в туалет. Я могла спокойно выдуть бочку пива перед концертом и не пропустить ни одной ноты. Мой мочевой пузырь был почти таким же легендарным, как моя встреча с Джо Перри из Aerosmith. Но теперь пиво «Fat Tire» пронеслось через организм в рекордно короткие сроки, и я умирала от желания пописать.

Я понятия не имела, сколько времени здесь провела. Я сосредоточилась на том, чтобы держать рот на замке и не описаться в штаны. Я не хотела просить их отпустить меня в уборную. Поэтому у меня не хватало сил собраться с мыслями, чтобы придумать план побега. Я не задавалась вопросом, сколько времени потребуется моей семье, чтобы понять, что я пропала, особенно, учитывая, что стычка с Ли означала, что я буду скрываться некоторое время, прежде чем снова покажусь на заднем дворе. Я даже не задумывалась о том, что это может обернуться мне боком, и последнее мое деяние на бренной земле станет ссора с Ли.

Я глядела в окно, раздумывая, что, возможно, могла бы понять, где нахожусь, если бы хорошенько присмотрелась, если бы сосредоточилась на чем-то, кроме того, что ужасно хочу писать или что моя жизнь скоро может закончиться.

Именно тогда я увидела макушку с дикой шевелюрой светлых волос и глаза, прикрытые очками ночного видения.

В окно заглядывал Текс.

Святое дерьмо.

Не успела я его разглядеть, как он исчез.

— На что ты смотришь? — спросил меня стрелок, поворачиваясь к окну.

Вошел другой стрелок. Оба были крупными парнями, в брюках и рубашках с закатанными рукавами, чем-то похожи на Громилу Гэри и Ужасного Тедди. Никаких галстуков.

Тот, что говорил по телефону, выглядел старше, каштановые волосы были тронуты сединой. У того, кто следил за мной, волосы были песочного цвета, возможно, в какой-то период жизни он был симпатичным, но теперь казалось, будто он стремительно приближался к среднему возрасту.

— Он согласен. Он обменяет девушку на бриллианты, — сказал Седой Стрелок с телефоном Светловолосому Стрелку-Надзирателю.

— Она смотрела на что-то за окном, я проверю, — сказал Светловолосый Стрелок Седому Стрелку.

Седой Стрелок смотрел на меня, пока Светловолосый выходил на улицу.

— Снаружи твой парень? — спросила меня Седой.

Я покачала головой и промолчала. Я надеялась, что Текс давно ушел и звонит в 911. Но боялась, что Текс поблизости и планирует армагеддон.

Седой переходил от окна к окну, держась поодаль и выглядывая наружу. Он начинал казаться немного менее профессиональным и крутым, и немного более в панике и отчаянии.