РОКЕР: черное и белое
Шрифт:
– Владимир Маркович сказал, что у вас деликатная проблема, но в подробности не вдавался. Какая помощь от меня требуется?
«Значит, все же старший Селин, – отметила Арсения, – надо знать, кого в итоге благодарить за контакт». Она коротко описала ситуацию, в которую попала, начиная со столкновения с Велеевым и заканчивая трупом у себя под ногами.
– Я не понял, – после небольшой паузы сказал Леонид, – если случилось убийство, то этим и так будет заниматься полиция. Тем более что дело громкое, о нем уже вся Москва говорит. Просто так, на тормозах его не спустят. То есть смысла заниматься расследованием убийства у меня нет. Что же вы хотите?
Арс призадумалась. А и правда, чего она в итоге хочет? Чтобы ее ссоры с Велеевым не было? Или чтобы рассудительный полицейский поговорил с ним «по-своему», надавил, чтобы Дедушка от нее отстал. Иными словами, обеспечил крышу. Предположение было абсурдным, и Светлова хмыкнула.
«Тьфу ты, дура, – подумала она, – просто бандитские девяностые во всей красе. Какая крыша, какое «надавил», у Велеева статус, авторитет. Да и, скорее всего, знакомства у него в таких кругах, которые Арс и не снились. Этот полицейский, какой бы крутой он не был, скорее сам вылетит с работы, чем сможет ее защитить».
– Не знаю, – честно призналась она. – Мне нужно быть уверенной, что если убийство заказал Велеев, то с рук ему это не сойдет.
– То есть все же я должен работать параллельно с официальным следствием и если улики укажут на Артура Велеева, то предоставить их вам? – уточнил детектив.
– Да, я должна знать точно, Артур это или нет.
– А если это не он?
– Тогда я должна узнать, кто убил Островского и почему его труп оказался у моих ног. Вы сможете это сделать?
– Смогу, – ответил полицейский, и Арс почему-то подумала, что сейчас этот человек пожал плечами. – Мы сможем встретиться, скажем, завтра утром и оговорить детали?
– На Кузнецком мосту, например, в одиннадцать? Я как раз туда поеду продлевать страховку на машину. Там кофейня такая есть, с резными стульями и красной вывеской прямо около метро. Пойдет?
– Договорились, – подтвердил полицейский, – в одиннадцать на Кузнецком.
И отключился. Арс вздохнула и сделала погромче Клэптона, который давно покончил страдать по своей Лейле и переключился на другие темы. Ехать Светловой оставалось еще около двух часов.
Глава 4. Это уже слишком
Когда Арсения затеяла ремонт в только что купленной «норе», как она ласково прозвала свое новое жилище, ей казалось, что стиль лофт – это идеальный вариант оформления пространства. Мама убеждала ее сделать уютную квартиру в светлых тонах прованса, Нина предлагала дизайн в стиле модерн с обилием мягкой мебели, картин и вазонов, ребята из группы ничего не знали об интерьерных деталях, но сошлись на том, что Светловой в квартире нужен огромный яркий диван и барная стойка. Арс же хотелось бунтовать. Она заказала черные открытые полки, а вместо платяного шкафа сделала гардеробную. Ее она не стала прятать за глухими стенами, ограничилась затемненными стеклянными раздвижными дверями, надетыми на грубые направляющие. В ее квартире так же, как и в гардеробе, преобладали контрастные черно-белые тона. Уже потом Нина заметила, что квартира Светловой лучше всего отражает ее характер – абсолютная бескомпромиссность во взглядах, никаких полутонов. Либо ее устраивает происходящее, либо нет, и что бы ни случилось, она никогда не пойдет на сделку с собственными представлениями и принципами.
Она тщательно выбирала картины и плакаты. Кроме них на стенах, отделанных панелями, имитирующими белый кирпич, висела как минимум дюжина гитар, еще несколько стояли на подставках на полу. Немного выбивалось из брутального рокерского антуража светло-коричневое акустическое пианино советского завода «Аккорд», но тут Арсения была непреклонна – электронный инструмент прекрасно выручал на репетициях, но душой она отдыхала, только когда играла на акустике.
Сегодня впервые Арс пожалела, что в ее гостиной нет торшера с мягким рассеянным светом или кресла-качалки – ей вдруг захотелось тишины и уюта. А еще кофе, но уж это удовольствие она себе позволить точно могла.
Кофемашина блаженно заурчала, прыснула, и в широкую фарфоровую чашку, больше напоминающую супницу, полилась белая пена, а потом, когда молочный водопад прервался, машина выпустила струйку черного, только что смолотого ароматного кофе. Арсения постояла несколько секунд, глядя на неполную чашку, и нажала на кнопку «эспрессо». Сегодня можно и покрепче. Она снова немного подумала, не глядя протянула руку и достала с полки красивую бело-черную бутылку с ликером. «Шериданс», ее слабость. Да, пусть ее кофе сегодня будет покрепче во всех смыслах.
Арс уселась с ногами на диван цвета молочного шоколада, придвинула поближе приставной столик с дымящейся кружкой. В квартире стояла тишина. Девушка нажала на кнопку пульта, и из огромных колонок, умело расставленных в разных углах гостиной так, чтобы звук концентрировался в центре – там, где стоял диван, полились успокаивающие звуки любимого Radiohead. Да. Сегодня так. Отдых. Спокойствие. Тихая музыка и мысли. Мысли, которые требовалось упорядочить, расставить по своим местам, аккуратно разложить на полочки, совсем как в ее лофте.
Из-за последних событий она не сделала и половины из того, что запланировала на это время. Больше всего ее беспокоило, что она не продлила страховку на автомобиль, а вместо этого поехала к Велееву. Но дела могут и подождать. Главное – восстановить силы и решить, что делать дальше. А страховку она купит завтра. Как раз неподалеку от Кузнецкого моста есть офис ее страховой компании.
Она отогнала от себя желание взяться за телефон, чтобы оформить полис через интернет, и зарылась в мягкий вязаный плед. Надо отдохнуть.
Звонок в дверь раздался как раз в тот момент, когда Арс, вдохнув из чашки дурманящий аромат кофе и ликера, собиралась сделать первый глоток.
«Ну и кого это принесло?» – раздраженно подумала Арсения. Как только вошла в квартиру, она отключила домофон, убрала все оповещения с телефона и часов, плотно прикрыла и зашторила окна. Девушке хотелось одиночества и тишины, чтобы ее не отвлекали от внутреннего диалога, ведь то, что произошло, могло изменить ее жизнь раз и навсегда. Точнее – уже изменило. А вот в какую сторону все повернется, зависит теперь только от нее.
Сигнал повторился. Арс подавила порыв отсидеться за запертыми дверями, отставила чашку и поплелась открывать. Вдруг она забыла про очередную доставку, ну или, в конце концов, это приперлись соседи сообщить, что она их заливает.
Ивана Арсения узнала сразу, как только глянула на дисплей видеодомофона. Теперь он уже прерывисто жал на кнопку звонка, словно отстукивал сообщение на азбуке Морзе, и что-то говорил ей в камеру.
«Ну что ты там бубнишь! Не хочу я тебя слушать! И видеть не хочу!» – проговорила Арс скорее себе, чем барабанщику, и только после этого распахнула дверь.