Чтение онлайн

Возможно, на подсознательном уровне я не верила, что Лео может оказаться моим насильником. Но вдруг я ошибаюсь?

День только начался, а уже произошло столько всего, что хоть бейся головой о стенку. Наедине со своими мыслями и воспоминаниями оставаться не хотелось, но сбежать от них и проветрить голову возможности не было. Соня — единственный лучик света — умчалась на работу. До открытия бара оставалось еще восемь часов. Мне некуда деться, кроме как сидеть дома и заливаться слезами, вспоминая утро…

Евграф был бы не в восторге от этого. Я сама виновата в том, что не научилась контролировать эмоции, не смогла провести черту между любовью и учебой и до сих пор не наладила отношения с родителями.

Всю жизнь за меня принимали решения, но теперь у меня наконец-то появился шанс набить шишек и научиться жить. Сегодняшним утром я споткнулась и влетела носом в грязную лужу. Пора отряхнуться, встать и двигаться дальше.

Время до работы в баре я решила потратить на ту медитацию, которую пропустила утром. Мне позарез необходимо скорее раскрыть дар.

Спустя неизвестно сколько времени сидения в одной позе, я уже не ощущала своего тела и затекших мышц. Беспокойные мысли наконец-то покинули мою голову. Но все, что я видела под закрытыми веками, это темноту.

Евграф говорил, что перед внутренним взором должна появиться окружающая среда, но в легком расфокусе, и красные ленты, которые будут расходиться от меня. Стоит лишь сконцентрироваться на одной ленте и помнить о пункте назначения — и красная полоса ткани, словно сверхскоростной поезд, доставит меня в голову жертвы (при условии, что она спит). Если жертва — обычный человек, то я могу делать все, что захочу: переписывать воспоминания, рисовать сон, изменять будущее; но если жертва — ресемитор, то мне придется сразиться с ним в орбисе — внутреннем мире, который состоит из воспоминаний, страхов и старых снов.

Я открыла глаза и, откинувшись назад, распласталась на полу. Сколько я потрачу часов на медитации перед тем, как они наконец-то начнут приносить результат?

Стоило повернуть голову к циферблату электронных часов, которые невозмутимо отсчитывали секунды на столе, как я мгновенно подорвалась на ноги. Уже семь минут шестого, а мне еще нужно успеть собраться и прийти в бар немного раньше.

Я действительно решила попросить Феликса сыграть моего парня? И почему он должен согласиться? Мне нечего предложить взамен, кроме чаевых.

Когда спустя пятнадцать минут я переступила порог бара, босс поднял на меня удивленный взгляд. А заметив мою нерешительность и зажатость, он вышел из-за барной стойки и направился ко мне.

— Чего такой вид унылый?

Сердце трепыхалось где-то в горле, а дрожь волнами расходилась по коже. Я не могла заставить себя поднять взгляд от белых кроссовок Феликса.

— Если с таким лицом собираешься обслуживать клиентов, то можешь быть свободна.

— Нет. Я хотела…

Голос опять звучал тихо и неуверенно. Не успела я набрать полную грудь воздуха и расхрабриться, как Фил развернул меня к двери и буквально вытолкал за нее со словами:

— Пока не повзрослеешь — можешь не возвращаться.

Тяжелая деревянная дверь хлопнула перед моим носом так, что вывеска «Пьяный сталкер» покачнулась. Недолго думая, я дернула за ручку и выпалила первое, что пришло в голову:

— Я хотела помочь с заготовками!

Феликс еще не ушел далеко от порога и, обернувшись, спросил:

— Чего бы это?

— В обмен на одну просьбу обещаю постоянно приходить пораньше и помогать с заготовками.

Брови босса комично взмыли вверх, а секундой позже нахмурились.

— Какую просьбу?

Его тон голоса был вовсе не вежливым. В нем читался совершенно другой вопрос: «И что же ты рискнешь меня попросить?» Волнение новой колючей дрожью пронеслось по телу, но я скрыла ее за словами:

— Ну не на пороге же об этом говорить.

И, вернувшись в бар, закрыла за собой дверь. Смелость во мне держалась словно самоучка-акробат на тонкой веревке над пропастью. Неверный шаг — и все потеряно.

— Хорошо, пошли на кухню, — сказал Фил.

Следуя за ним мимо барной стойки, я спрашивала себя, не делаю ли сейчас еще большую глупость, нежели утром? Но теперь я была готова к отказу и, если что, приму его с честью.

После того как я вымыла руки, Феликс открыл холодильник, который под завязку был набит фруктами и алкоголем, и указал на ящик лимонов.

— Видишь лимоны? Помоешь пол-ящика и отнесешь в бар, потом половину тех бананов, один ананас. Апельсинов возьми треть ящика. Клубники столько же. Мяту помоешь и выложишь в мокрое полотенце. Запомнила?

Я кивнула. Но Феликс внезапно закрыл холодильник и, опершись о него спиной, сложил руки на груди.

— Для начала расскажи, что хочешь попросить. И быстро. Нет времени нервничать и заикаться. Скоро надо бар открывать.

От его пристального взгляда сердце замерло в груди. Для меня сейчас открыть рот и заговорить было так же страшно, как прыгнуть в воду с десятиметровой вышки. Но к счастью, смелость дала мне последний пинок перед тем, как оставить меня насовсем.

— Стань моим парнем, — сказала я уверенным голосом.

Голубые глаза Феликса медленно расширились. Губы дрогнули от улыбки.

— Что?

— Не насовсем! — заявила я, махая руками. — На один вечер. Пожалуйста. Это вопрос жизни и смерти. Если ты откажешься, то мне конец.

Лицо босса приобрело интересное и забавное выражение. Кажется, его развеселила моя просьба и теперь он едва сдерживался от того, чтобы не рассмеяться. Я ни разу не видела его смеющимся. И сиюминутное желание окончательно его рассмешить и подстегнуло к тому, что дальше я заговорила без страха и не заикаясь.

— Понимаешь, моя мать решила посватать меня за какого-то завидного жениха, по ее мнению. А я возьми и скажи ей, что у меня уже есть парень. Бизнесмен, короче крутой мужик. Так она настояла на том, чтобы я привела этого парня на семейный ужин. Теперь я не знаю, что мне делать. Ужин завтра, а парня у меня нет.

Феликс не рассмеялся, лишь несколько еле слышных смешков вырвались из груди, и его губы растянулись шире, чем обычно, обнажив немного не ровные, но белые, зубы. Может, он поэтому редко улыбается широко и искренне? Но мне не показалась легкая неровность отталкивающей или некрасивой. А наоборот — милой.

— Знатно ты вляпалась. — Феликс похлопал меня по плечу и отошел от холодильника. В растерянности я замерла на месте. Это отказ?

— Ты поможешь?

— То есть ты предлагаешь мне выдавать себя за другого человека и лгать твоим родителям о несуществующих отношениях. С чего мне это делать? Позвони матери и скажи, что твой парень уехал в командировку и все.