Роковая измена
Шрифт:
Тася гуляла в парке. Вокруг было безлюдно, никто не хотел мерзнуть на улице. В квартирах тоже было холодно — отопление включат позже, а пока приходилось надевать теплую кофту, толстые носки и постоянно пить горячий чай.
Она подошла к пруду, воды которого казались ей черным зеркалом. Заглянула в него — ничего, только мелкие желтые листья кружатся в замысловатых узорах. Равнодушный пронзительный ветер согнал их к берегу. Листья были перемешаны с белой пеной, и вода напоминала закипающий суп.
Пальцы заледенели, а от ветра наворачивались слезы. Тася накинула капюшон, но ветер тот час же сорвал его. Тогда она завязала потуже тесемки, но упрямо осталась стоять на берегу, вглядываясь в воду, по которой рябью бежали маленькие волны.
Любуясь своим отражением, низко наклонились крупные стволы ив с желтыми и зелеными листьями вперемешку. Затерянная среди них, в глубине, стояла одинокая, облезлая от белой краски, скамейка. Кто-то перетащил ее сюда прямо с дорожки, и теперь она скрывалась в неприметном, заросшем травами уголке.
Тася остановилась рядом, не решаясь сесть, так промозгло и сыро было вокруг. Замерла, засунув руки в карманы, восхищаясь бесстрашными чайками и утками, не боявшихся холодов.
— Летом здесь должно быть хорошо, — раздался за ее спиной голос.
Тася вздрогнула и обернулась. Рядом стоял Алексей. На нем была ярко-зеленая куртка и смешная желтая шапочка с легкомысленным помпоном. Серые глаза смотрели чуть настороженно, как будто он не знал, чего можно ожидать. В руке он держал подставку с двумя стаканчиками кофе.
— Мне кажется, вам стоит выпить горячего, — с улыбкой произнес он. — Вы совсем замерзли.
Глава 38
Зашумели, захлопали крыльями потревоженные утки, их напугала большая лохматая собака.
— Фу, Тэсси, фу! — привычно выкрикнула немолодая женщина, вынырнув из-за кустов.
Собака повернула морду, нетерпеливо тявкнула и побежала дальше по дорожке. Женщина, закутанная в шарф, медленно пошла за ней.
Тася во все глаза смотрела на Алексея. Ей казалось, что она спит и ничего этого просто не существует. Но нет, вот он стоит прямо перед ней и с улыбкой предлагает угоститься кофе. «У меня, наверное, нос красный», — в отчаянии подумала Тася. Ей хотелось подпрыгнуть столбиком от радости, но в то же время ощущалась полная растерянность.
— Алексей? — всё же смогла выдавить Тася, — вы как здесь?
— Гулял, — коротко сказал мужчина. — Точнее заезжал тут по делу, а потом решил прогуляться, голову проветрить. Погодка-то ух-х-х! Ну, так что? Будете кофе?
Тася осторожно вынула из подставки картонный стаканчик, с наслаждением вдохнула запах свежего кофе. Руки приятно согревались, как будто в них появилась маленькая печка. Она с опаской сделала первый глоток. Но кофе оказался просто немного горячим, не обжигающим.
— Капучино, — рассмеялась Тася. — Как вы угадали?
— Не знаю, — наклонив набок голову, ответил Алексей, по-прежнему разглядывая Тасю, будто сомневался, она ли это? — Я вышел к пруду, смотрю, стоит девушка и натягивает капюшон. И вот это движение, как вы накидывали капюшон, мне напомнило о вас. Пригляделся, а это и есть вы, Таисия.
— Можно просто Тася, мне так комфортнее, — улыбнулась она.
— Хорошо, — легко согласился Алексей. — Я побежал вон в ту кофейню, — кивнул он в сторону, — а там девушка такая копуша. Я боялся, что вы исчезнете.
Повисло неловкое молчание. Порыв ветра снова швырнул в лицо щедрую порцию холодного воздуха. Тася даже пошатнулась, настолько сильным он оказался.
— Это вы куда-то исчезли. Только я собралась с духом, чтобы прыгнуть, а вас и след простыл, — наконец, сказала Тася.
Алексей тоже отпил кофе, поморщился — то ли слишком горячий, то ли чересчур крепкий.
— Мне пришлось срочно уехать. Дела, — уклончиво ответил он. — А вы, значит, решились?
В его словах Тасе почудилась доля насмешки. Она покраснела и отвернулась к воде.
— Да, я собиралась поехать туда на днях, но вот погода…
— Это здорово! — улыбнулся Алексей.
— Что? — не поняла Тася.
— Погода испортила ваши планы, и я встретил вас. И теперь вы не станете прыгать, не пойми с кем.
— Почему это? — независимо спросила Тася.
Самодовольство Алексея начало ее раздражать. И почему все мужчины, сразу же начинают вести себя так, будто существуют в этом мире в единственном экземпляре?
— Потому что ты прыгнешь со мной. И тебе не будет страшно.
Тася вздрогнула, Алексей точь в точь повторил ее давние мысли и как-то незаметно перешел на «ты». Он словно почувствовал ее настроение.
— Можно ведь на «ты»?
Она молча кивнула. Медленно они пошли по дорожке, огибающей пруд, в сторону небольшой, заросшей травой горки. Зимой с нее катается на санках и ледянках ребятня. Тася знала даже название — Чертова горка. Давным-давно на ее верхушке стояла статуя Фавна, а у него были копытца и рожки, вот люди и прозвали ее Чертовой. А рядом Кроличий пруд. Давным-давно на маленьком островке рядом разводили кроликов.
Всё это Тася поведала Алексею, пока пыталась справиться с мощными рывками колючего ветра. Искоса поглядывала на мужчину: интересно ли? Он слушал с вниманием, удивленно приподнимая брови и время от времени поправляя шапочку. Тася снова засмотрелась на его пальцы. Сильные. А на указательном, сбоку, маленькая мозоль.
— И где он теперь? — неожиданно задал вопрос Алексей, безжалостно разрушив романтические мысли Таси.
— Кто? — испугалась она.
— Фавн. Или черт.
— Не знаю. Говорят, исчез в годы войны…
Они снова замолчали и пошли на второй круг, время от времени шмыгая носом. Чувствовался еле уловимый запах прелой листвы, еще не мокрой, но уже жухлой и потерявшей свои краски.
— Так, хватит! — вдруг громко сказал Алексей и, схватив Тасю за руку, поволок в сторону стоянки.
— Что? Куда? — пискнула Тася, пытаясь вырвать руку.
Но Алексей продолжил тащить ее за собой.
— Стойте! То есть стой! Лёша! — в отчаянии внезапно выкрикнула Тася.
Закаркали вороны и разлетелись по сторонам, еле справляясь с сильными потоками воздуха. Алексей остановился и с широкой улыбкой обернулся.