Чтение онлайн

Внезапно ему в голову пришла ужасная мысль. У Патриции есть сестра, за обучение которой в университете надо платить. Допустим, она совершила проступок ради денег. Далее Рик предположил, что Патриция не выполнила то, о чем ее просили, и они — или он — не заплатили ей. Она не может найти работу или другой источник доходов, чтобы сестра могла продолжать учебу. Рик снова вспомнил, как уговаривал ее стать его женой. «Мы поможем Кони закончить университет, — сказал он. — Деньги не проблема». Совершенно очевидно, что Патриция поймала его на слове.

Не далее как вчера вечером он настоял на том, чтобы немедленно оплатить текущие счета Кони. Он хотел, чтобы голова его любимой жены была свободна от любых финансовых проблем. Он со смехом отмел сетования Патриции по поводу ее некредитоспособности и небрежно отозвался о том, что люди придают деньгам излишнюю значимость.

— Если хочешь расплатиться со мной, подойди сюда, — широко улыбнувшись, предложил Рик.

Ее восхитительный нежный поцелуй показался ему слишком большой платой за ту ничтожную сумму, которую он перечислил на счет университета. Но для Патриции, находящейся на грани отчаяния, это были, конечно, огромные деньги.

Каким я был наивным, сокрушенно подумал Рик. Всезнающий Мейсон! Я вовремя подвернулся Патриции со своей сумасшедшей любовью. Успешный адвокат, я оказался для нее прекрасным выходом из тяжелой ситуации, в которую она попала. Как ей повезло, что я шел по коридору «Хайтек Информейшн» в самый подходящий для нее момент! А через две недели она уже стала моей женой...

Два полярных образа Патриции, стоявшие у него перед глазами, постепенно перестали соперничать друг с другом. Теперь Рик видел только одну женщину, ту, которая совершила противоправный, а возможно, и аморальный поступок ради своей сестры, поправила свои дела за счет поспешного брака с мужчиной, который горел желанием жениться на ней как можно быстрее.

Не торопись, одернул себя Рик. Возьми себя в руки. Существует объяснение всему этому, и ты выяснишь какое.

Но мысли о Патриции продолжали преследовать его. Рик злился на себя, на Патрицию, на всю эту историю, которая неожиданно перевернула его жизнь вверх дном.

Он швырнул письмо в ящик стола и сердито задвинул его.

Сегодня у Патриции был счастливый день полный приятных забот. Она хорошо выспалась, выпила кофе с Риком и отправилась на свою старую квартиру. Простенькая обстановка, которая в течение пяти лет была свидетелем ее одиночества, имела уже заброшенный вид. На всем лежала печать прошлого, в котором жил человек ныне уже не существующий: Патриция Лонгсдейл, одинокая, работающая женщина. Патриция ходила по квартире и собирала вещи, которые хотела взять в новый дом. Все остальное скоро канет в небытие, так как квартира будет сдана другому жильцу.

Патриция испытывала пьянящее чувство, смешанное с детским восторгом ощущения праздника. Даже солнце, заглядывавшее в окна старой квартиры, казалось ей более ярким, словно оно сияло с высоты того места, где начиналась ее новая жизнь. Заполнив чемоданы и две картонных коробки, Патриция помогла водителю такси снести вещи вниз. Как странно было ехать в такси по своей старой улице! Город казался ей необычайно красивым, бурлящим столичной жизнью, и Патриция, проезжая мимо известных достопримечательностей, ощущала восторженность туриста.

Развесив вещи в гардеробной, примыкающей к спальне, Патриция принялась осваивать кухню Рика. Холодильник был почти пуст, зато полки буфета ломились от всевозможных специй, необходимых для приготовления изысканных блюд. Патриция сварила себе чашечку крепкого кофе, села перед окном в кресло и стала составлять список продуктов, которые собиралась купить. Она хотела приготовить на ужин что-нибудь особенное, чтобы порадовать мужа в их первый домашний вечер супружеской жизни.

Несколько мгновений Патриция смотрела на чудесную панораму города, открывавшуюся из окна, наслаждаясь новизной обстановки. Она действительно будет здесь жить, в этой квартире, с красивым мужчиной, который поразил ее в самое сердце, как только она увидела его. Патриция до сих пор не могла поверить, что это не сон. Опасаясь, что может сглазить свое счастье, если будет слишком много думать о нем, Патриция наконец отправилась в ближайший супермаркет, где купила все необходимое.

Она заканчивала приготовление ужина, когда услышала, как в дверном замке поворачивается ключ.

— Добро пожаловать домой! — с улыбкой приветствовала Патриция мужа.

Рик положил руку на ее плечо, ткнулся губами в щеку и бросил кейс на стул.

— Трудный день? — посочувствовала Патриция, догадываясь, сколько у него накопилось дел за время отсутствия.

— Да, очень, — буркнул Рик.

— Хочешь выпить чего-нибудь? — спросила она, чувствуя, как ее приподнятое настроение уступает место, непонятному беспокойству.

— Я сам приготовлю.

Рик ушел на кухню, и Патриция услышала, как он бросает в бокал кусочки льда.

— На ужин у нас нечто особенное! — крикнула Патриция из гостиной.

Ответа не последовало. Вскоре Рик появился с бокалом в руке и, не говоря ни слова, прошел в спальню. Через минуты две, которые показались Патриции вечностью, одетый в домашние брюки и в пуловер, он вернулся в гостиную и со вздохом опустился в кресло, стоявшее напротив того, в котором сидела Патриция. Лицо Рика выражало страдание.

— Ты выглядишь уставшим, — мягко заметила она. — Накопилось много работы, пока нас не было?

Рик хмыкнул.

— Никогда не знаешь, что тебя ждет, стоит отвернуться на секунду.

— Ты имеешь в виду то трудное дело, о котором говорил на прошлой неделе?

— Они все трудные, — не глядя на нее, заметил Рик. — А самое трудное, — добавил он, метнув на нее многозначительный взгляд, — это заставить людей говорить правду. Все стараются что-то скрыть.

В комнате снова повисла тишина. Рик допил виски и пошел на кухню за второй порцией. Патриция, привыкшая к его неизменной жизнерадостности, впервые видела, чтобы у Рика так круто менялось настроение. Она подумала, что еще слишком мало знает его, чтобы разбираться в оттенках его состояния. С другой стороны, он вел себя слишком непонятно и даже угрожающе, чтобы это можно было списать на плохое настроение или на усталость. Что-то было не так.

Рик снова сел в кресло и пристально посмотрел на Патрицию.

— Что-нибудь случилось, Рик? — не выдержала она холодного молчания. — Ты не похож на себя.

— Многие люди не похожи на себя, как выяснилось, — резко сказал он с плохо скрываемой злостью. — На вид одно, а внутри совсем другое.

— Что ты имеешь в виду?

. — Ты думаешь, что знаешь человека, понимаешь ситуацию... а потом вдруг выясняется, что ты был не в курсе реальных фактов, потому что человек выдавал себя за другого, чтобы обмануть тебя. Не очень приятно оставаться в дураках, Пэт.

— Ничего не понимаю... О чем ты говоришь? Почему не скажешь прямо, в чем дело? Зачем ходить кругами?

Рик резко встал и схватил со стула свой кейс.

— Если бы не случайность, я продолжал бы ходить кругами, как ты выразилась, до конца жизни.

— Рик, — взмолилась Патриция, напуганная его сердитым тоном, — скажи ради Бога, в чем дело?

— В этом! — Он бросил конверт ей на колени. — Прочти и объясни, если сможешь.

Патриция осторожно открыла конверт — логотип «Хайтек Информейшн» подсказал ей, что случилось что-то страшное. Но только по мере того, как она читала текст, до нее доходил весь ужасный смысл содержания документа. Патриция похолодела, осознав масштабы подлости Кларка Дайсона. Одно дело — знать, что она не могла найти работу, потому что он сделал что-то, чтобы навредить ей, и совсем другое — держать в руках официальный документ, в котором он чернит ее имя и убивает ее как личность. Патриции казалось, будто вся «Хайтек Информейшн» участвует в злобной интриге Дайсона, чтобы распространить о ней гнусную ложь среди работодателей, к которым она обращалась.