Чтение онлайн

И Патрик, по мере своих сил, вполне достойно справлялся со всеми своими обязанностями: как приходскими, так и домашними.

…Как-то раз, когда пастор, по обыкновению, возвращался домой после проповеди, рассчитывая хорошенько отдохнуть от своих праведных трудов, в дверях его встретила Марта. Вид у нее был крайне взволнованный и встревоженный.

— Наконец-то вы пришли, мистер Патрик! — воскликнула служанка, едва хозяин переступил порог, — Бедная миссис Мария! Она сильно занемогла, сэр! Похоже, ей совсем плохо! Еще с утра хозяйка упорно отказывалась от еды, ссылаясь на тошноту и головную боль. Я наказала вашей старшей дочери присматривать за сестрами и братом, сама же все это время не отходила от моей госпожи. Видели бы вы, что тут началось! Бедняжка впала в бредовое состояние и беспрестанно выкрикивала ваше имя! Думаю, вам следует поскорее пригласить к ней лекаря!

Потрясенный печальным известием, Патрик Бронте, последовав совету служанки, тотчас послал за доктором, который вскоре прибыл в прескверном расположении духа и, дав больной снотворное, объявил, что у него еще масса визитов, и он не может более ни минуты задерживаться в этом доме. После долгих уговоров хозяина сей подозрительный господин наконец согласился посетить миссис Бронте еще раз и как следует осмотреть ее, потребовав при этом солидный гонорар за свои услуги.

При повторном визите доктор держался еще более холодно и отчужденно. На лице его появилось удовлетворенное выражение лишь после того, как хозяин вручил ему толстую пачку денежных купюр. Тогда лекарь с готовностью вызвался понаблюдать больную в течение недели, и все это время неизменно демонстрировал притворную заботу о своей пациентке и весьма любезно держался с ее супругом.

— К величайшему прискорбию, болезнь вашей жены неизлечима, мистер Бронте, — заключил лекарь по прошествии недели. — Остается только сожалеть о печальной участи этой несчастной женщины.

Заметив необычайную бледность хозяина, доктор вдруг изъявил желание осмотреть и его и, выяснив в результате наличие серьезных проблем с пищеварением у мистера Бронте, прописал ему придерживаться строжайшей диеты. За это он получил дополнительную плату от бережливого, но неизменно принципиального пастора и, оставшись весьма довольным богатыми плодами своих трудов, поспешно откланялся.

Патрик Бронте был поражен до глубины души и крайне подавлен безысходностью сложившейся ситуации. Мысль, что его бесценная Мария обречена, никак не укладывалась в его сознании. Почувствовав, что бессмысленная борьба рассудка с душевными муками становится невыносимой, мистер Бронте снял с полки свое старое охотничье ружье, устремился на улицу и, отыскав потаенный уголок, получил наконец возможность выпустить на волю свои исполинские душевные муки. Следуя не совсем обычной для человеческой природы склонности, уступающей в данном случае скорее некоему живому инстинкту, мистер Бронте интенсивно и громко выстреливал в воздух, и, найдя в сем странном занятии верный способ снять раздражение, с этих пор стал частенько прибегать к избранному средству.

Со времени болезни миссис Бронте в стенах скромного пасторского дома поселилась печаль — тихая, но глубокая, и дух угнетающей безысходности затаился в сердцах всех его обитателей. Жена хозяина нуждалась в полном покое и постоянном присмотре. Патрику Бронте пришлось строго запретить своим детям заходить в комнату матери. Чтобы поддерживать дом в надлежащем состоянии и следить за детьми, хозяин нанял нескольких молодых служанок в помощь Марте, на плечи которой и так свалилось достаточно забот, связанных с болезнью хозяйки. Впрочем, одна пожилая женщина, постоянно посещающая приход преподобного Патрика Бронте, куда вследствие своей фанатичной религиозности неизменно пребывала из соседнего городка Бэндли, прослышав о том, что супруга пастора нездорова, с готовностью согласилась на время переехать в дом мистера Бронте, выразив искреннюю надежду быть полезной его семье. И она была непреклонной в верности своим обещаниям: дни напролет просиживала возле кровати миссис Бронте, ухаживала за ней, исполняя малейшие капризы хозяйки.

Как ни опечален был Патрик Бронте болезнью своей супруги, все же природная предусмотрительность и осторожность не оставила его даже в столь тяжелое для всей семьи время. Следуя совету местного лекаря относительно соблюдения особой диеты, подразумевающей отказ от каких бы то ни было мясных блюд и вообще резко ограничивающей потребление всякой пищи, хозяин вскоре усвоил привычку обедать в своем кабинете и уже никогда не изменял ей.

В остальном суровые, мрачные будни текли своим чередом. Преподобный Патрик Бронте продолжат без устали трудиться в своем приходе. Он самым скрупулезным образом исполнял свои повседневные обязанности, составлявшие подготовку и чтение проповедей, ведение приходских служб, а также регулярные посещения больных и умирающих.

Детей своих мистер Бронте поручил заботам служанок. Хозяин велел им постоянно сопровождать своих пятерых дочерей и сына на обязательные прогулки, обеспечивать всем необходимым, отдав особое распоряжение сведущей в грамоте Марте обучать чтению и письму старших детей, заявив о своем намерении лично контролировать, насколько они будут продвигаться в занятиях. С присущей ему непреклонностью хозяин неукоснительно исполнял свои обещания и, присоединяясь к обыкновенным семейным завтракам, с непринужденной легкостью беседовал со своими чадами на самые разные темы, непрестанно зондируя глубину их знаний.

И мистер Бронте был вполне удовлетворен успехами детей, их постоянной тягой ко всему новому. Его дочь Мария за минимальный срок успела настолько продвинуться в развитии, что, к немалому удивлению и огромной радости ее отца, в свои шесть с половиной лет могла читать по-английски не хуже, нежели иные капризные и жеманные особы лет десяти, начисто лишенные усидчивости и терпения и получившие свои скудные знания по элементарным дисциплинам только благодаря толстому кошельку богатых родителей. Патрик Бронте, при его весьма скромном заработке, никак не мог позволить себе такую роскошь, как содержание гувернантки, и потому на начальном этапе обучения своих детей решил отдать бразды правления в руки служанок. Теперь же, с огромным удовольствием отметив, что его дети уже достаточно поднаторели в своих навыках, мистер Бронте счел разумным предоставить возможность им самим пополнить багаж знаний, одновременно продолжая обыкновенные занятия со служанками, что в комплексе, по его мнению, должно непременно способствовать стремительному расширению их кругозора.

На старшую дочь он возложил почетную обязанность читать еженедельно приобретаемые газеты и объяснять их содержание младшим детям, что та и стала делать с неизменным усердием и терпением. Кроме того, Патрик Бронте предоставил в распоряжение детей все домашние книги, за исключением особо ценных изданий, хранимых в его кабинете.

Большую часть домашней библиотеки составляли издания Вальтера Скотта [6] , Уильяма Вордсворта и Роберта Саути [7] . Настольными книгами детей пастора были, разумеется, Библия и Катехизис.

Новые служанки, нанятые Патриком Бронте, в течение длительного периода не могли освоиться в пасторском доме, привыкнуть к его странным, необычным порядкам. Все хозяйство пастората курировала Марта. Она же строго наставляла прочую прислугу относительно закупки необходимых продуктов и, ведая всеми семейными расходами, выделяла определенное количество денег непосредственно на нужды семьи, так что каждый шиллинг был у нее на счету и не мог быть употреблен не по назначению. Молодые служанки, по мере надобности, снабжали своих хозяев новыми продуктами и занимались приготовлением еды под бдительным надзором Марты, привыкшей во всех отношениях угождать мистеру Бронте, и Патрик оставался вполне довольным своим столом.

Когда же случилось Марте взять выходной, другие служанки оказались в весьма затруднительном положении, недоумевая, что следует приготовить на обед. Привыкнув к непреклонной диете хозяина, они быстро сделали для него все необходимое и, по обыкновению, отнесли в его кабинет. Управиться же с обедом для остальных членов семейства представлялось им задачей гораздо более сложной и ответственной. На первое блюдо решено было приготовить картофельный суп на мясном бульоне. В качестве второго наиболее подходящим кушаньем сочли говядину с отварным картофелем. В отношении выбора третьего — напитка — особых проблем не возникло: утолить жажду надлежало традиционным фруктовым компотом.