Чтение онлайн

— И арестовали?

— Для ареста, кроме подозрений, нужны доказательства. Сначала сделали все, чтобы не отпустить его обратно за границу. Медицинская комиссия неожиданно находит, что Полякову противопоказаны новые выезды в жаркие страны. Но Поляков не был бы Поляковым, так просто поверив выводам эскулапов. Он мгновенно проходит такую же медкомиссию в другой поликлинике, и ее врачи, естественно, дали разрешение на южную поездку. Впрочем, согласовав усилия, мы сумели оставить его в Москве.

— Он, видимо, что-то почувствовал и по своему обычаю затаился?

— Конечно, почувствовал. Уезжая по неожиданному вызову в Москву, в беседе с американским напарником мрачно пошутил, что его ждет «братская могила».

Да, Поляков был блестящим разведчиком, сильным противником. О его качествах мы уже вели речь. Но должен сказать, что контрразведчики, а именно они проводили операцию по обезвреживанию «крота», тоже оказались не лыком шиты, настоящие волкодавы.

По крупицам стали собирать данные на оборотня. У того снова сработал звериный инстинкт, затаился. Прервал связь с американцами. Наступило время — уволился из Вооруженных сил и перешел в разряд уважаемых ветеранов ГРУ. Но его песенка уже была спета. Чекисты сумели так повернуть ситуацию, так учли особенности его психики, что Поляков решил: опять пронесло, и вышел на связь с ЦРУ.

Кстати, вы упоминали об Эймсе. Допускаю, что в какой-то период с его помощью могли перепроверить данные на Полякова, архив которого в ЦРУ насчитывал 25 томов различных сообщений. Когда доказательства предательской деятельности были собраны, встал вопрос о его аресте. Исполнить эту операцию нужно было так, чтобы, во-первых, взять Полякова неожиданно, врасплох, тепленьким, а во-вторых, чтобы скрыть арест от заокеанских хозяев, которые старались постоянно держать ценного агента под присмотром. Возникшую проблему, на мой взгляд, решили блестяще.

Полякова в числе других пригласили на встречу ветеранов разведки. Он, естественно, ничего не заподозрив, видимо, готовился сказать проникновенную речь о необходимости крепить славные боевые традиции. Как и планировалось, его взяли там, где никто не мог ничего ни услышать, ни увидеть…

— Как же повел себя Поляков после ареста?

— Судя по тому, что мне известно, он согласился сотрудничать со следствием. Видимо, надеялся, что жизнь ему сохранят, может быть, с его помощью попробуют затеять какую-нибудь игру с ЦРУ. Те, кто видел его в момент вынесения приговора, говорят, что, услышав об исключительной мере, он сник, сломался, будто воздух из него вон вышел. Значит, на что-то надеялся.

— Хотелось бы узнать о той «братской могиле», по поводу которой мрачно шутил Поляков. Бежавший на Запад бывший военный разведчик Резун, больше известный у нас как Суворов, пишет в своей книге «Аквариум» о некоей традиции ГРУ. Якобы каждому новичку в этой организации показывают фильм о сожжении живьем предателя. Существует легенда, что якобы этим предателем и является Поляков…

— Небылиц много насочиняли. Можно подумать, что у ГРУ есть свой ведомственный крематорий. Нет, Поляков был расстрелян 15 марта 1988 года. Существуют правила захоронения предателей. Видимо, согласно им, предали земле и его.

— Какой, на ваш взгляд, была реакция Полякова, если бы он узнал, что первый гвоздь в его гроб вколотил тот самый неопытный практикант, которого он называл «коновалом»?

— Наверное, удивился бы, дескать, неужели этот ты, Гульев, смог меня откопать?

— Коль речь зашла о предателях и предательстве, выскажите свое мнение о генерале Олеге Калугине, которого обвиняют в том, что он долгие годы работал на американцев.

— Хотя мы трудились в соседних фирмах, встречаться приходилось. Он производил впечатление активного работника и неглупого человека. Но то, что произошло с ним позже, его переселение в Америку, выпуск книги, полной излишних подробностей, — на мой взгляд, позволяет вполне обоснованно подозревать его в измене.

— Вы так долго работали против США, видели в этой стране вероятного противника, какое сегодня у вас отношение к Америке и американцам?

— И во времена холодной войны, и сейчас я испытываю самые теплые чувства к американцам, их трудолюбию, жизнерадостности, оптимизму. Это великий народ. Годы, проведенные на земле Америки, это незабываемые годы…

Но я всегда старался сделать все, дабы защитить интересы своей великой страны, своего трудолюбивого и талантливого народа. Чтобы, не дай бог, не вспыхнула ядерная война. Вот какая диалектика военного разведчика.

— Чем занимаются разведчики на пенсии?

— Как-то в своем интервью бывший начальник ГРУ Федор Ладынин на похожий вопрос ответил, что те, кто пришел в военную разведку, — остаются в ней навсегда.

Сразу должен оговориться, что служебные встречи автора настоящей книги с начальником американского стратегического управления генерал-лейтенантом Леонидом Александровичем Гульевым показали, что это был человек-магнит. Он притягивал к себе своими добротой и искренностью, умением увлечь собеседника, но и знал границы, за которые переходить нельзя. Таких людей считают в любом коллективе «штучным» товаром из-за высокого профессионализма и широкого общекультурного кругозора. Его лепта в разоблачении предателя Полякова была очевидной.

Пять лет прошли в тяжелейшей тяжбе оперативников с начальством разных степеней, пока военные контрразведчики наконец-то убедили все инстанции — от председателя КГБ и до главного военного прокурора — о наличии оснований для задержания Полякова, проходившего по делу оперативной разработки под псевдонимом «Дипломат».

За это время оперативный состав 2-го отделения основательно проработал материалы своих предшественников: поднимались архивные дела по расследованию фактов утечек секретных данных, проводился их дополнительный анализ, оценивались вновь поступившие данные, выдвигались и перепроверялись очередные версии по вновь открытым обстоятельствам. Год за годом, месяц за месяцем сужался круг подозреваемых в возможной причастности офицеров ГРУ Генштаба к агентуре противника. А круг был велик — более шестидесяти человек! Через год осталось 31, на следующий — 25, потом -10, и наконец пятеро фигурантов…

Колесо возмездия теперь покатилось быстрее по направлению к той истине, которая прорисовывалась в материалах, имеющихся у военных чекистов.

Последний год был самым активным, самым нервозным и самым продуктивным в достижении конечного результата. Наконец-то вычислили кандидата на задержание и проведение с ним соответствующей работы. Им был генерал-майор в отставке Поляков Дмитрий Федорович, чья причастность к вражеской агентуре была оперативно доказана. Санкция на конспиративное задержание Полякова наконец была получена, обставленная немалым количеством письменных предупреждений со стороны начальства страховочного плана, в том числе о наступлении тяжелых административно-правовых последствий в случае провала операции.