Роковое правосудие
Шрифт:
Сэм пыталась его оттолкнуть, но Ник не отступал.
— Мы не можем этого здесь делать, — сказала она. — Ты же теперь сенатор.
Он обернулся и осмотрелся по сторонам.
— А кто нас увидит? — Он опустил голову, завладев ее губами в жарком поцелуе, ощущая, как ее плечи слегка расслабились.
— Мне теперь называть тебя Сенатором? — спросила она с блеском в глазах.
— Только в постели.
Ее щеки моментально покраснели.
— Почему ты так говоришь?
— Потому что это тебя смущает.
— Неправда.
— Врунишка.
Она ударила его под ребра, заставив засмеяться.
Позади них кто-то кашлянул. Они обернулись, увидев Тревора Доннелли, директора по связям Ника. Нику достался весь персонал Джона, включая и постоянно измотанного, но первоклассного Доннели.
— Эмм, простите меня, Сенатор, но пресса ждет, когда вы с ними пообщаетесь, а президент и первая леди ждут вас в кабинете. Им пора уходить.
— Я сейчас.
— Эмм... мне вас подождать? — спросил Тревор.
— Нет, ты можешь идти.
Неловко кивнув, Тревор вновь оставил их наедине.
— Для них это так непривычно, — сказал Ник, глядя Тревору вслед. — Две недели назад я был обычным сотрудником. А теперь им придется называть меня Сенатором.
— Думаю, ты внесешь некоторые коррективы в работу, и все будет как надо.
— Спасибо за такую уверенность. Надеюсь, ты права.
— Тебе лучше поторопиться. Президент ждет.
— Прежде, чем я уйду, — сказал он, взял ее руку и поднес к своим губам. — Мне нужно избавить тебя от этого ужасного и испуганного взгляда. — Когда все ее внимание было сосредоточено на нем, Ник продолжил: — Я люблю тебя, Саманта, и ты самое важное в моей жизни. Важнее моей работы, нового статуса и всех возможностей, которые он мне дает.
— Очень мило с твоей стороны, — она наконец-то улыбнулась, пока они шли к лифту. — Ты знаешь, сколько у нас в стране лейтенантов полиции?
— Возможно, пара сотен тысяч и с сегодняшнего дня еще плюс один, — ответил он.
— Верно. А сколько у нас сенаторов?
— Насколько я знаю, то ровно сто. К чему ты ведешь?
— Ни к чему, просто делаю подсчеты.
В лифте он прижал ее к стене.
— У тебя сегодня был важный день так же, как и у меня.
— Вот тут ты ошибаешься, — ответила она, положив руки ему на грудь. — У меня на церемонии был Мэр, а у тебя — Президент.
— Не говори ерунды. Он пришел, чтобы выказать дань уважения Джону, ведь он с Грэхемом старые друзья.
— Он пришел, чтобы поприветствовать нового Сенатора от демократической партии.
Ник передернул плечами.
— Сэм, ничто из этого не заставит меня измениться. Я клянусь. Я все тот же парень, рядом с которым ты проснулась сегодня утром. И тот же, с кем ты ляжешь спать вечером. Я тебе обещаю.
— О, ты уже перешел к обещаниям? — она натянуто улыбнулась, выходя за ним из лифта.
— Никаких пустых обещаний. — Он взял ее за руку, хотя стоило им войти в кабинет, Сэм усердно попыталась высвободить ее. — Просто констатирую факты, лейтенант.
— Тебе лучше пойти и поговорить с президентом.
— Пошли со мной.
— Нет, ты иди, а я подожду тебя там, — она указала пальцем на своего отца, Селию и двух сестер, стоящих в бывшем кабинете Ника.
Не обращая внимания на ее отговорки, Ник потянул ее за собой, и пошел к президенту. Пока они шли, он чувствовал, как Сэм напряглась, но он не хотел ее отпускать. И не собирался создавать барьеры и отдаляться от нее. Этому не бывать.
— Господин Президент, — сказал Ник, протягивая ему руку. — Не могу передать, как я признателен за то, что вы пришли.
— Не стоит благодарностей, Сенатор, — ответил президент Нельсон, заметив Сэм, он добавил. — Рад вас видеть, сержант.
— Вообще-то, — сказал Ник, обнимая Сэм за талию, — начиная с сегодняшнего дня Лейтенант.
— Тогда поздравляю вас обоих.
— Спасибо, — сказала Сэм.
— Нам пора уходить, — сказал президент Нельсон. — Но я с нетерпением жду начала работы с вами. Если вам что-нибудь понадобиться, дверь в мой кабинет всегда открыта.
— Спасибо, Сэр, — поблагодарил его Ник.
— Через пару недель у нас прием в честь премьер-министра Канады, — добавил Нельсон. — Надеюсь вас двоих там увидеть.
Ник почувствовал, как Сэм сжалась.
— Почтем за честь.
Президент и Миссис Нельсон спустя несколько минут покинули прием. Пока Ник и Сэм общались с ее семьей, к ним опять подошел Тревор.
— Простите, что прерываю, Сенатор, но вас ждут несколько репортеров в конференц-зале.
— Извините меня, я на минуточку, — сказал Ник.
Он оставил Сэм с семьей и пошел за Тревором. Следующие полчаса, Ник упорно доказывал, что при вступлении в должность главным законопроектом, который он будет продвигать и поддерживать, станет закон об иммиграции, который должны были вынести на голосование в день смерти Джона.