Чтение онлайн

— От чего ты так напряглась?

— Ни от чего, — ответила она, не готовая покидать их уютный мирок, который они вчера создали.

— Тебе пора вставать, иначе ты опоздаешь.

— Сегодня я буду работать дома.

— Почему?

Сэм почувствовала вину за свое вранье.

— Я хочу получше изучить твою вчерашнюю зацепку, и мне нужно провести кое-какие исследования, которые будет проще сделать дома у отца, чем в офисе. К тому же, убью двух зайцев одновременно: поработаю и побуду с отцом.

— Звучит, как хороший план. — Он поцеловал ее и поднялся с кровати. — Грехэм вчера сказал, что похороны Джуллиана состояться в субботу в Кэмбридже. Они планируют скромную церемонию, только для близких. Он спросил, согласишься ли ты прийти, и я сказал, что спрошу у тебя.

— Конечно. И если к этому времени мы не закроем дело, мне все равно придется пойти на похороны.

— А если закроете?

— Тогда я пойду, чтобы поддержать тебя. — Сэм посмотрела на обнаженного Ника. — Жаль, что тебе пора уходить.

Ник вышел из гардероба с костюмом и рубашкой в руках. — Почему? Чтобы ты со мной сделала, будь я целый день в твоем полном расположении?

— Уверена, я бы что-нибудь придумала. У нас еще не было возможности провести целый день вместе.

Ник наклонился, целуя ее еще раз. — Скоро мы это исправим. Но сегодня у меня встреча с двумя сотнями девочек-скаутов из Норфолка. Они приедут в Капитолий на экскурсию, а после мы все вместе обедаем.

— Я уже ревную.

— Не стоит. Ты же знаешь, ты единственная девочка, которую я люблю. — Улыбаясь, Ник удалился в душ.

Только Нику удавалось хоть на пару минут отвлечь ее от мыслей об отстранении и вероятности понижения в ранге. Она могла бы понять понижение на один ранг, но на два — это уже слишком. Так, все, она не должна об этом думать. Сэм взяла телефон и набрала Гонзо.

— Привет. Как ты?

— Это лучше спросить у тебя. Я слышал про отстранение.

— Могло быть хуже. Строго между нами, я буду работать у отца, и мне не помешала бы помощь.

— Конечно, без проблем. Прессе не терпится узнать о ходе расследования. Шеф вне себя от злости. Все требуют поимку убийцы и как можно скорее.

— Тогда давай не будем заставлять их ждать. Сделай мне одолжение, покапай на Тони Сандуччи. Он главный противник закона об абортах. Найди на него все, что есть, давай встретимся у моего отца в районе 10?

— Понял. Буду у него в 10 и приведу кавалерию.

— Только смотри, аккуратней. — Они оба понимали, Сэм несдобровать, если в департаменте узнают о ее расследовании в период отстранения.

— Обязательно.

***

Час спустя Ник сидел в своем кабинете, подписывал стопку благодарственных писем, когда в его кабинет вошла Кристина, выглядела она очень уставшей.

— Тяжелая ночь?

— Вроде того. Томми вчера был сам не свой.

— Пожалуйста, — сказал Ник, — Только без непристойных подробностей.

— Как Сэм?

— Хорошо, — ответил он, довольный тем, что Кристина спросила. Это тоже был своего рода прогресс. — Она давно работает и за годы службы привыкла к таким событиям, поэтому быстро оправилась после случившегося.

— Она должно быть в ярости. Томми только об этом и говорил.

Ник не понимал, о чем именно говорила Кристина, поэтому сказал:

— Она больше расстроена смертью Риза, которой можно было избежать. Ведь она практически убедила его сдаться перед тем, как в кафе ворвался отряд специального назначения.

Кристина посмотрела на него, словно он говорил на греческом.

— Я имела в виду отстранение. Томми сказал, что дело притянуто за уши. Ты очень помог им в раскрытии дела О`Коннора, и вместо благодарности отдел внутренних расследований капается в ваших отношениях. Надеюсь, эта информация не просочиться в прессу.

Нику показалось, что ему влепили пощечину.

— Да, — ответил он, — Я тоже на это надеюсь. — Он поднялся из-за стола и взял свое пальто. — Во сколько прибудут девочки-скауты?

— В полдень. А что?

— Я вернусь к этому времени.

— Куда ты уходишь?

— Я скоро вернусь.

***

— Тони Сандуччи, — докладывал Гонзо. — 39 лет, родился и живет в Кливленде, штат Огайо. Последние 10 лет активно выступал против закона об абортах. Был подозреваемым в организации нескольких незаконных митингов перед женскими консультациями, но обвинения ему так и не предъявлялись. Его богатые родители наняли ему целую армию высокооплачиваемых адвокатов, которые всегда его отмазывают. Женат, четверо детей, живут в пригороде Кливленда, но недавно открыл магазин на Нью-Йорк Авеню. У него есть последователи, которые ежедневно читают его блог и там же получают указания от него. Не все так яростно поддерживают его взгляды, но в тоже время никто не старается его остановить.

— Пассивное убеждение, — сказала Сэм.

— Именно, — согласился Гонзо. — Его статья в Washington Post была завуалированным проявлением ненависти. Но по ней было видно, Сандуччи сделает все, чтобы не дать Синклеру попасть в Верховный суд.

— Нужно с ним поговорить, — сказала Сэм. — Давайте определим его главных и более активных последователей, готовых ради него на все, и пообщаемся с ними. Он, может, на прямую и не убивал Джуллиана, но мог натравить на него других.

— Не верится, что Post могли такое опубликовать, — сказала Джинни.

— Свобода слова, — напомнил ей Скип.

— Также мне хочется узнать, почему его охраной занималась Секретная служба. Неужели им было известно об угрозах?

— Это просто необходимо, когда против человека настроены миллионы жителей, — предположил Скип.

— Интересно, а Синклер знал об этих угрозах, когда отказался от охраны? — спросил Гонзо, держа в руках газету со статьей. — Интересно, он ее читал или нет.