Чтение онлайн

– Ау, милый, – она смеётся и машет передо мной ручкой, кокетливо прикусывая нижнюю губу. – Пока ты соберёшься и спустишься к своей мышке, Джеймс уже принесет мне честь своей девчонки.

Ее хохот вырывает меня из собственной волны возбуждения и заставляет посмотреть туда, куда снова указывает ее палец и я, наконец, вижу выбранную девочку. Точнее, ее макушку. Не могу оценить ничего, кроме достаточно длинных волос, завитых в причудливые кудри, и не совсем той фигуры, к которым я привык.

– А похудее нельзя найти? Джеймсу ты, почему-то, выбрала очередную модельку.

– Поверь, Мэтти, ему плевать, кого трахать. Ты сам это знаешь. А тебе нет. Ты у нас тот ещё педант. Поэтому не спорь и иди, – Крис растягивается в шикарной улыбке и берет в руки бокал с шампанским. – Я еще придумаю Тернеру сложности, не волнуйся. У тебя даже будет фора.

Она подмигивает мне и заставляет сердце замереть в предвкушении. Что не говори, как бы мне не было странно участвовать в этих играх, подсознательно, я действительно хотел этого. Хотел почувствовать себя охотником. Чтобы кровь гнал по венам чистый животный инстинкт и осознание собственного превосходства. И Кристин понимала это.

Медленно спускаюсь вниз, поправляя массивные часы на запястье. Всматриваюсь в толпу девиц на танцполе, пока не замечаю свою. Девчонка стоит спиной и что-то говорит подруге. Каштановые волосы раскинуты по лопаткам, закрывая оголенные руки. Красное платье в пол подчёркивает достаточно крупные плечи и далеко не узенькую талию. Подойдя ближе, отмечаю ее достаточно высокий рост, но все равно даже на каблуках она значительно уступает моему. Щурюсь, обдумывая в голове план дальнейших действий, но судьба решает все за меня.

Когда до девчонки остаётся всего несколько шагов, кто-то толкает сзади нее официанта. Огромный стакан голубой жижи летит прямо на платье, отпечатываясь на нем уродливым пятном. Девушка что-то гневно выдает бедному пацану, а затем резко разворачивается и впечатывается испачканной грудью в мою белоснежную рубашку.

– Черт!

Чувствую горячие ладони на теле через тонкую ткань, втягиваю носом лёгкий цветочный аромат, перемешанный с алкоголем, оставшимся на одежде, и только потом опускаю голову, встречаясь с ней глазами. В темноте клуба очень сложно рассмотреть цвет ее зрачков, но сразу же мне подумалось, что они зелёные. Не такие, как у Крис, а теплее. После мой взгляд пробежался по аккуратному носу, небольшим щечкам и скругленному подбородку, а затем упёрся просто в огромный вырез на красном платье, открывающем вид на зачетную грудь, ничем не уступающую той, которую я оставил в кабинке наверху.

– Прости, ради Бога, я не хотела! – девушка осторожно отстраняется и заливается краской в тон к цвету своей одежды. – Меня толкнули и я…

– Стоп, – поднимаю руку, позволяя себе вдоволь рассматривать выбранный экземпляр. Полновата немного, но в целом – неплохо. Лицо красивое. – Я видел, что произошло. Не страшно.

– Но твоя рубашка испорчена.

– Как и твоё платье, – улыбаюсь, показывая на отвратительную синюю лужу.

– Да, есть такое.

Девчонка растерянно осмотрела себя с ног до головы и заправила прядь волос за аккуратное ушко.

– Как тебя зовут?

– Брук, – она протягивает мне руку. – Очень приятно, даже при неприятных обстоятельствах.

– Мэтью, – жму небольшую ладонь и обнажаю ровные зубы. – Очень даже неплохие обстоятельства. Могу предложить помощь по спасению от этой мерзости. К тому же, мне тоже не помешает.

Бросаю взгляд на растекшиеся по рубашке кляксы и снова вскидываю взгляд. Брук обдумывает несколько секунд, а затем поворачивается к подруге, с нескрываемым интересом наблюдающей за нами, и что-то шепчет на ухо. Та только кивает, а затем улыбается и отходит, оставляя нас вдвоем. Девушка осторожно поправляет подол, морща нос, когда вонь от пятна доходит и до ее носа, а затем встаёт рядом.

– Если ты знаешь, как убрать с моего любимого платья эту вонючую гадость, то я иду с тобой. Даже если ты не это имел в виду.

Наши дни

Мэтью

Первое, на что падает взгляд, когда открываются створки лифта, выпускающего меня в пентхаус друга – невероятный бардак. Бутылки. Море бутылок вперемешку с мужскими вещами и пачками сигарет. Табак разбросан по полу, словно кто-то в нервной агонии раздирал замысловато закрученные губительные трубки.

Шокировано озираюсь по сторонам, оценивая масштабы катастрофы, и натыкаюсь на початую бутылку водки. Подхожу, беру в руку, прокручивая в ладони, и морщусь. Громкий грохот заставляет меня обернуться в поисках шума. Тишину разрывает мощнейший аккорд Skillet – Comatose, что-то внутри переворачивая. Иду в сторону музыки и в ступоре застываю.

Джеймс сидит на полу, рядом такая же бутылка, что я видел ранее, только пустая наполовину. Под глазом алеет набирающий яркость фингал, скулы рассечены, как и губы. И костяшки, которые выделяются броским пятном на сжатых кулаках. Комната буквально взрывается в сильных звуках, пробирая до мурашек напряжённое тело.

Подхожу и сажусь рядом. Встречаюсь с каким-то обезумевшим отсутствующим взглядом друга, и волной паники накрывает. Я его таким не помню. Не знаю.

– Джеймс, – сжимаю его плечо, продолжая сверлить израненное лицо. – Скажи мне, что происходит?

Тот только молча качает головой.

– Ты на связь не выходишь несколько недель. Твой отец в натуральной панике. Дома тебя не застать. А когда появляешься – постоянно в раздолбанном состоянии, – протягиваю ладонь к пульту и отключаю акустику. Резко наступившая тишина моментально обострила и так до боли воспаленные ощущения. – Мужик. Давай поговорим. Я помогу.

Тернер запрокидывает голову и смеётся. Громко, отчаянно, заполняя безжизненным голосом каждый миллиметр пространства. А потом резко замолкает. Разрубает меня черными зрачками, будто током от себя ко мне по венам кипящую безысходность передавая.

– Ты был прав. Во всем прав, как и всегда. Говорил, что доиграюсь. И вот, – хриплый смешок, – нахуевертил от души.

– Так в чем дело? Что внутри тебя раскурочивает?

– Сдохнуть хочу, – отрывистый вдох, – отравиться всем этим дерьмом. Просто этой ебаной водкой захлебнуться, – глотает с горла, – и не чувствовать больше нихрена.

Молчу, давая выговориться. Понимаю, что ему это жизненно необходимо.

– Про Скотта слышал уже, наверное? Хотя, конечно… Об этом только ленивый не говорит, – снова смешок. Глоток. Вдох. – Но уже даже на этой похуй.

– А на что нет?

– Знаешь, что я сделал? Скучно мне, блять, стало.

– Только не говори, что…

– Ты все правильно понимаешь, мужик.

– На нее?

Чувствую, как внутри пожар разгорается. Секунда, и уже полыхает. Языки пламени жгут все, до чего достают за грудиной. Тернер ещё больше мрачнеет, ловя мой взгляд, и уводит свой. Не вывозит.