Роль, с которой он не справился
Шрифт:
Каждая новая минута пробуждала в них желание, и поцелуи становились настойчивыми, даже слегка грубоватыми. Клер под напором Тома практически улеглась на пол, не отрываясь от его губ, но потом скользкий шепот пролетел у неё прямо над ухом:
– Думаю, нам стоит закрыть дверь, - Томас рассмеялся, за ним прыснула и Клер, переводя взгляд на дверь, которая теперь вряд ли запрется и сможет защитить квартиру.
– Фиби нас убьет, - пробормотала девушка, прижимаясь к Тому плотнее.
– Уверен, она все поймет, - Томас, напоследок прикоснувшись к губам девушки, резко поднялся на ноги и закрыл дверь, которая, естественно, лишь создала видимость плотно запертой квартиры. Во всяком случае сейчас Тома мало волновала эта мелочь, он быстро вернулся к Клер и рывком поднял её с пола, прижав к своей груди, положив свою руку на изгиб её талии.
– Так гораздо лучше, правда?
– спросил он, пронзая её своими прекрасными глазами, в которых собирались несколько оттенков, смешивались и затягивали в свой бушующий ураган.
– Пока нет, - шепнула Клер, впиваясь в губы Тома, попутно снимая с его плеч короткое пальто. Томас же не растерялся, он поднял руки девушки вверх, а после стянул футболку с её тела, бросая ненужную тряпицу на пол. Клер приходилось стоять на носочках, чтобы вдоволь насладиться его поцелуем, так как Томас выше её почти на одну голову. Одежда вскоре полетела на пол, сейчас она была не нужна, она была лишней. Диван стал местом, куда их обнаженные тела упали, сливаясь в долгом и сладостном поцелуе.
Возбужденные, горячие, они не могли оторваться друг от друга, словно не виделись целую вечность, все их эмоции сейчас были собраны во что-то единое, во что-то более жаркое. Его руки блуждали по её телу, уделяя особе внимание выпуклой груди, тонкие пальцы умело ласкали Клер, а губы дарили пьянящие поцелуи, облепляя ими доверчиво подставленную шею. Клер зарывалась пальцами в его шевелюре, ощущая, как внутри неё кипит кровь, внизу живота скапливается приятная тяжесть. Она стонет, чуть подмахивая бедрами, призывая партнера к более решительным действиям в тот момент, когда он опускает свои поцелуи все ниже - от груди, к плоскому животику, а после резко разводит её ноги в стороны. Он ползет наверх, и краем глаза Клер замечает его обезумевший взгляд. Том вновь целует её губы, а после резко врывается в её тело, поднимая её ногу под колено и закидывая себе на бедро. Его хватка грубая и крепкая, его толчки размеренные, непрерывные, и она вскрикивает от неожиданности, она теряется в этих ощущениях, её ногти впиваются в его спину, едва ли не до крови царапая кожу. Она стонет, когда движения становятся все ритмичнее, сотрясают её и дарят невероятное удовольствие. Она слышит, как он гневно дышит ей на ухо, почти рычит от переполняющего возбуждения, целует в шею, чуть отдергивая голову за густые волосы. Их стоны сливаются воедино в какой-то момент, диван скрипит под натиском сумасшедших движений, Том вбивает девушку в этот тесный диван, и наслаждается её губами, которые всегда раскрываются для него так доверчиво, как нежные лепестки роз. Он жадно впивается в неё новым поцелуем, а потом делает финальный толчок. Клер ощущает, как он заполняет её, всю без остатка, она стонет от наслаждения и громко дышит под ним, слыша биение собственного сердце. Он прижимается лбом к её лбу и мягко целует её в носик, улыбаясь.
– Больше я никогда тебя не отпущу, - шепчет он, пытаясь отдышаться.
– А я больше и не уйду, - отвечает она.
– В таком случае, будь моей женой, Мисс Холт.
– Буду, - она нежно улыбнулась, и на её душе сразу стало легко. Том поцеловал будущую супругу в губы.