Роман по сценарию
Шрифт:
— Но… Почему? — мои слова дрожали от напряжения.
— В документах говорится, что помещение было выкуплено сетью ресторанов, якобы для “дальнейшего использования по назначению”.
Я замерла, чувствуя, как слова Райана эхом отдаются в моей голове.
— Но через месяц здание сгорело. Официальная версия — несчастный случай.
Моё дыхание участилось.
— Остатки полностью снесли, и на его месте построили развлекательный центр. — продолжил Райан.
— Подожди… Ты хочешь сказать, что… — я не могла закончить фразу.
— Я хочу сказать, что смерть твоих родителей могла быть не случайной, — его голос был твёрдым, но в нём сквозила ледяная ярость. — Это было частью чего-то большего.
Райан подошёл ближе и сел на край стола напротив меня.
— Это не просто исчезновение любых следов, Велория, — он говорил медленно, как будто выбирал каждое слово с осторожностью. — Это было тщательно спланировано.
Я покачала головой, не веря в то, что слышу.
— Ты думаешь, они забрали его специально?
— Это больше похоже на рейдерский захват, — вмешался Адам. — Они использовали сложные схемы, чтобы стереть все следы, а потом перепродать участок.
Эти слова заставили меня замолчать. Внутри всё переворачивалось.
— Значит смерть моих родителей могла быть подстроена, — произнесла я едва слышно.
Райан кивнул, его взгляд был тяжёлым.
— Это слишком подозрительно, чтобы быть простым совпадением.
Мир вокруг меня пошатнулся. Я схватилась за край стола, чтобы удержаться на месте.
— Я думаю, что это была часть чьей-то игры, — Райан говорил твёрдо. — Кто-то хотел полностью избавиться от них, и зачистил все следы.
Моё тело обдало ледяной дрожью. Всё, что я думала о своём прошлом, вдруг показалось ложью.
— Это не может быть правдой, — прошептала я, чувствуя, как слёзы жгут глаза.
Райан обошёл стол и встал передо мной, наклонившись, чтобы наши глаза встретились.
— Я понимаю, что это тяжело, но ты должна знать правду, — сказал он. — Они не просто загнали вашу семью в долги. Они специально уничтожили этот бизнес.
— Но зачем? — прошептала я, глядя в его глаза.
— Это мы ещё выясним, Возможно все было, для постройки этого центра— ответил Райан, его голос был ледяным. — Но я уверен в одном: твои родители стали жертвами чьих-то продуманных махинаций.
Я не могла сдержать слёз. Гнев, боль, шок — всё смешалось внутри меня.
Райан посмотрел на Адама, который молча кивнул и вышел из комнаты, оставив нас вдвоём.
— Я собираюсь продолжать копать. Найти тех, кто за этим стоит, и сделать так, чтобы они ответили за всё, — его голос был холодным и решительным.
Я встала напротив него, сдерживая слёзы.
— Это опасно, Райан. Если они пошли на такое с моими родителями, то что сделают с тобой?
Он взял моё лицо в свои руки и посмотрел прямо в глаза.
— Я справлюсь, — сказал он. — И я обещаю, что защищу тебя, чего бы мне это ни стоило.
Я ничего не ответила, только прижалась к его груди, слушая гул его сердца. Мы были близки к правде и не знали, чего она будет нам стоит. Но я была готова сделать всё, чтобы докопаться до неё вместе с ним.
Невыносимое осознание
Райан ушел рано утром. Когда я услышала, как хлопнула входная дверь, внутри что-то рухнуло, осознав что я осталась одна. Окна уже заполнял тусклый рассветный свет, пробиваясь через тяжёлые шторы. Я лежала в кровати, уставившись в потолок. Плакать больше не было сил — ни одной слезы.
Голова будто разрывалась от мыслей. Всё, что я знала, всё, чем жила, оказалось чьей-то грязной игрой. Родители, сестра, моя жизнь — всё это разрушено лишь по чьему-то приказу. Эта боль — долг, что не отпускает, мучает, терзает. Это чья-то адская рулетка, в которой досталась роль жертв.
Гнев разрывал меня на части. Я сжала кулаки, но боль, таящаяся внутри, оказалась сильнее. Больше я не могла сдерживать этот накал эмоций. Казалось, что если я не выпущу хоть что-то, меня просто разорвет изнутри.
Встав с кровати и, едва понимая, что делаю, направилась на кухню. Бутылка виски, спрятанная в одном из шкафов, оказалась на столе. На улице только светало, но это меня не останавливало. Я налила первый бокал и выпила его залпом. Потом второй, третий… Горечь алкоголя жгла горло, но не так сильно, как истощающая меня изнутри правда.
В голове крутились обрывки воспоминаний: лицо мамы, запах отцовских любимых духов, звонкий смех сестры… И все это уничтожено ради чьей-то выгоды. Мир терял краски.
Не помню, как оказалась на террасе. Морозный воздух обжёг кожу. Легкий иней первого снега покрыл всё вокруг. Я стояла там в одной ночной рубашке, не чувствуя холода, смотрела, как первый свет нового дня меркнет перед тёмными мыслями, заполнившими меня до краёв. Не знаю сколько времени прошло.
— Велория! — услышала я громкий голос.
Это была Лидия. Я даже не обернулась.
— Велория, что ты делаешь?! — Она уже бежала ко мне, её лицо выражало ужас.
Я не ответила. В груди было пусто, настолько, что казалось, я уже не существую. Лидия схватила меня за плечи, разворачивая лицом к себе.
— Что с тобой? Ты совсем с ума сошла? Ты замёрзнешь насмерть! Господи, да ты ледяная— её голос звучал напуганно, но я видела, что она пытается сохранить спокойствие.
— Это всё бессмысленно, Лидия, — произнесла я тихо, будто разговаривая сама с собой. — Всё это… Они сломали всё.
Лидия резко потянула меня к двери, но я остановилась.
— Почему? — вырвалось у меня. Голос задрожал, и в глазах выступили слёзы, которые я так долго пыталась сдерживать. — Почему они так поступили с ними? С нами? Они же ничего плохого не сделали!
— Велория… — Лидия говорила мягко, но твёрдо, — это не твоя вина. Это не их вина. Это просто люди, которые потеряли свою человечность. Но ты должна бороться. Быть сильной! Пожалуйста пойдем внутрь.
— Сильной? — я горько усмехнулась. — Я не сильная, Лидия. Я просто выживаю, цепляюсь за что-то, чтобы не рухнуть окончательно.