Чтение онлайн

Мы снова замолчали, но молчание было тёплым. Райан остался сидеть рядом, держа мою руку, пока я не задремала.

Время в больнице шло медленно, но Райан был для меня ниточкой, связывающей с внешним миром. Каждый его визит приносил новости.

Через несколько дней он снова пришёл, выглядя чуть бодрее.

— У нас есть продвижение, — сообщил он с порога, его голос был полон энергии.

— Что случилось?

— Мы нашли счета, на которые Леон переводил деньги. Несколько транзакций связаных с его подставными фирмами. Этого достаточно, чтобы дополнить наши обвинения.

— Значит, его сеть рушится?

— Именно. Но я хочу, чтобы ты была готова к тому, что он может попытаться нанести ещё один удар. Леон не из тех, кто сдаётся без боя.

Я кивнула, чувствуя одновременно страх и решимость.

— Что ещё?

Райан вздохнул.

— Мы нашли несколько его укрытий, но он везде успел спрятать следы. Полиция и мои люди работает круглосуточно. Но он всегда на шаг впереди. Но его найдут. Я сделаю всё для этого.

Его слова были наполнены такой уверенностью, что я почти поверила, что опасность миновала.

Вскоре полиция подтвердила арест ещё двух сообщников Леона. Их показания стали последним гвоздём в крышку его репутации. Заголовки новостей гремели: “Разоблачение преступных схем Леона Локвуда”.

— Теперь осталось найти самого Леона и добиться для него справедливого наказания.

Я знала, что впереди ещё долгий путь, но в этот момент я впервые почувствовала, что мы близки к победе.

Прошлое

День начинался как обычно. Я смотрела в окно своей больничной палаты, наблюдая за редкими прохожими внизу. В этот момент дверь приоткрылась, и в комнату заглянула Лидия с яркой улыбкой и пакетом в руках.

— Доброе утро, — сказала она, входя. — Решила принести тебе что-то съедобное, чтобы ты наконец перестала жаловаться на больничную еду.

Я усмехнулась, чуть приподнимаясь на подушке.

— Ты святая, Лидия. Если бы не ты, я бы уже разучилась чувствовать вкус нормальной пищи.

Она подошла ближе, поставив пакет на тумбочку.

— Сегодня у нас домашние шнитцел и пюре. А на десерт — твой любимый яблочный пирог.

— Пирог? Ты только и делаешь, что портишь меня! — поддразнила я, но сердце наполнилось теплом.

Лидия уселась на стул рядом с кроватью, облокотившись на спинку.

— Знаешь, если ты не хочешь, чтобы тебя баловали, лучше не говори мне, что больничные супы больше похожи на воду из-под крана.

Я засмеялась.

— Хорошо, сдаюсь. Скажу, что ты лучшИй человек на свете.

Она улыбнулась, но её глаза выдали тревогу.

— Как ты милая, держишься?

Я вздохнула.

— День за днём. Иногда кажется, что всё это просто дурной сон. Но ты знаешь, это странное чувство — быть живой, но будто поломанной.

Лидия кивнула, её выражение стало серьёзным.

— И это пройдёт.

Мы немного помолчали, прежде чем она ушла, оставив меня с тарелкой еды и тёплым ощущением её заботы.

Позже я занялась обычными делами, чтобы как-то отвлечься. Полистала социальные сети, посмотрела новости. Но тут мой взгляд зацепился за один из заголовков: “Мировая супермодель госпитализирована: что случилось с Велорией Хейл?”.

В статье не было конкретики, только предположения: от несчастного случая до слухов о выгорании или попытки свмоубийства. Мне стало не по себе. Казалось, даже за этими стенами я не могла спрятаться от мира.

“Ничего, — подумала я. — Всё это пройдёт”.

Через пару дней дверь палаты снова открылась, и на пороге появилась Виктория Локвуд. Её обычно уверенное лицо было мрачным, а глаза покраснели, как будто она всю ночь плакала.

— Можно? — тихо спросила она, останавливаясь у двери.

— Конечно, заходите, — ответила я, удивлённая её неожиданным визитом.

Она вошла и села на кресло рядом с кроватью, сложив руки на коленях. Некоторое время мы сидели в тишине, и я почти подумала, что Виктория просто пришла проведать меня, но её дрожащий вздох разрушил молчание.

— Велория, я пришла… чтобы попросить у тебя прощения.

— Прощения? — переспросила я, не совсем понимая, о чём она.

Виктория опустила глаза, и её плечи дрогнули.

— Всё это… Всё, что случилось с тобой, это из-за Леона.

Я нахмурилась.

— Это из-за Леона, да. Но вы здесь ни при чём.

Она покачала головой, её голос задрожал.

— Велория, Леон… Он не мой настоящий сын.

Я замерла, не сразу понимая смысл её слов.

— Как это?

Она выпрямилась, её лицо стало сосредоточенным, но в уголках глаз заблестели слёзы.

— Много лет назад, мой муж… он совершил ошибку. Единственную в своей жизни. Он изменил мне.

Её голос задрожал, и она отвела взгляд.

— Он раскаивался. Плакал, умолял о прощении. Мы долго ссорились, но я в конце концов простила его. Я думала, что на этом всё закончится, что мы сможем жить дальше, как будто ничего не случилось.

Она замолчала, словно собираясь с духом.

— Но через несколько лет та женщина, от которой был Леон, оставила его у нашего дома. Она просто… подкинула его к двери.

Я с трудом осознавала её слова.

— Вы… вы взяли его к себе?

Виктория слабо кивнула.

— Да. Я не могла бросить ребёнка. Дети не виноваты в грехах своих родителей. Мэттью тоже был согласен, он считал своим долгом воспитать Леона. Мы оба старались дать ему всё, что могли.

Её голос стал тише, почти шёпотом.

— Я действительно полюбила его. Он рос таким чудесным ребенком, но, в какой-то момент стал другим. Слишком холодным, слишком жестоким. Сначала я списывала это на трудности подросткового возраста, но со временем он начал превращаться в того человека, которого ты знаешь сейчас.

Она вытерла слёзы рукой, пытаясь сохранять самообладание.

— Я несу ответственность за то, что не смогла его изменить. Может быть, я что-то упустила, может, не додала ему любви.

Я накрыла её руку своей, чувствуя всю её боль.

— Виктория, вы не виноваты. Иногда люди просто выбирают свой путь, каким бы неправильным он ни был.

Она подняла на меня глаза, полные слёз.

— Спасибо. Прости пожа За все что он сделал.

Я кивнула. Я понимала что несмотря на её раскаиваеия, она виноватой не являлась.