Чтение онлайн

уже кончим свою работу, а они еще только ее середину жевать будут. Словом,

информация -- как свет далекой звезды. Красавицы давно уж нет, а мы

продолжаем видеть ее в расцвете...

– - Ха! Вы -- дипломат, мой мальчик. В такие дела мы попали, дай бог

теперь нам хитрости поболе!

– - И потом, надо разработать систему подачи этой ин- формации, чтобы

где-то по возможности "случайно" нарушалось какое-то важное звено во всей ее

цепи. Информация будет исходить от меня, в случае чего сошлюсь на незнание

ваших тонкостей.

– - Чудесно! Я сегодня же сяду и набросаю этакую хитроумную систему.

Первую порцию информации вы получите на той неделе. Можете сообщить

представителю этой "Веги", что доктор Притт принял их предложение. Деньги на

бочку! Ха-ха!..

– - Сколько запросить?

– - О, милый мой! Чем больше запросим, тем солидней будет выглядеть наша

фирма. Неужели мы не стоим каких-нибудь двух миллионов?

– - Да нет, я серьезно...

– - Ну, просите миллион! Не дадут -- поторгуемся. Время-то на нас

работает. И последнее: никому ни слова. Мы -- заговорщики...

Услышав сумму, Сурен присвистнул: "Игра идет по крупной". Он вспомнил

наказ Ратта -- на доллары не скупиться. И все же он не ожидал такой цифры.

– - Ваш доктор умный человек, совсем не фанатик.

– - Доктор Притт гениален. Он стопроцентный американец. Мне не пришлось

его долго уговаривать. Узнав, что имеет дело с солидной фирмой, он выставил

счет. Его банковские счет в "Чейз-Манхэттен". Миллион вы переводите туда.

Надеюсь, мне вы тоже заплатите, хотя бы сто тысяч?

– - Ваш банк?

– - Переводите на имя Кэт в городскую сберкассу Теритауна. В следующую

пятницу вы получите первую часть информации. Только прошу вас иметь в виду

работу нашей секретной службы. В случае провала Корпорация уничтожит вашу

"Вегу", как мышонка.

"Знал бы ты, какая у нас "Вега", дурачок,-- подумал Сурен. И сверкнул

улыбкой:

– - Секретная служба для того и существует, чтобы ее остерегались.

Доктор Ривейра вылечивал шизофреников и эпилептиков. Поэтому попасть на

прием к нему было не просто. И не только потому, что слава его была в

зените. Ривейра днями пропадал в лаборатории, реже -- в клинике, а уж на

прием пациентов, особенно на разного рода консультации, оставалось совсем

ничего, хотя в уплату за такой прием нужно было отдать приличный месячный

заработок. Поэтому Джоан записалась без особых надежд на успех.

Регистратор уточнила ее адрес, телефон и сказала, что раньше будущего

месяца Джоан нечего беспокоиться.

Она и впрямь уже забыла о Ривейре, как вдруг он сам позвонил ей и очень

любезно пригласил приехать в любой удобный для нее день.

– - Я очень обязан профессору Барнету,-- говорила трубка приятным

басом,-- и постараюсь хоть в какой-то мере отквитать свой долг. Прошу вас,

мэм, назначить день и час.

Джоан решила не откладывать, и они условились на послезавтра.

На этот раз, как только она назвала себя, девушка в регистратуре

ослепила ее счастливой улыбкой.

– - Ах, мэм! Мы вас так ждали... Полина, проводи леди к доктору.

Эдлай Ривейра, доктор медицины, лауреат Нобелевской премии,

просматривал микрофильмы, снятые по ходу его последних опытов. Перед ним

жила своей таинственной жизнью группа нейронов больного мозга. С помощью

нейтронного интромикроскопа Ривейре удалось заснять работу нервных клеток в

стадии самовозбуждения. Ученому хотелось проверить возникшую у него идею

расчета управляемых и неуправляемых разумом нейронных процессов путем их

физико-электрического и биохимического сравнений. Если это удастся,

вероятно, можно будет найти и возбудителя этих неуправляемых импульсов...

– - Да, войдите,-- сказал Ривейра, услышав стук в дверь.-- Миссис

Барнет!
– - он поднялся со стула и поклонился, взглянув выжидательно в лицо

гостьи. Старая, усвоенная с детства привычка -- выждать реакцию белого

человека на свое приветствие. Может, именно этот взгляд и расположил Джоан,

избегавшую обычно близко общаться с черными. Она протянула руку, которую он

осторожно поцеловал.

– - Садитесь, пожалуйста,-- указал он на кресло.

Девушка, приведшая Джоан, укрепила на теле пациентки датчики и вышла.

Привычным движением руки, не глядя, доктор включил диагностическую машину.

– - Я внимательно слушаю вас...

Уже сам рассказ больного о своем недуге может служить дополнительным

источником объективной информации для врача, если только этот врач

внимательный психолог. Еще древними диагностиками было замечено соотношение

действительного и мнимого в анамнезе: чем подробнее, красочнее рассказывает

человек о своей болезни, тем меньшую опасность представляет эта болезнь на

самом деле.

И наоборот -- серьезно больной человек часто не представляет истинной

опасности своего положения. Естественная защитная реакция организма --

оптимизм -- укрепляет нервную систему, а последняя мобилизует все внутренние

силы на борьбу с недугом.

Диагностическая машина Ривейры, исследуя биотоки всех важнейших органов

пациента по особой программе, выработанной ее создателем, соотносит с ними

качество сигналов, поступающих из волевого центра мозга больного,

рассказывающего о недомогании. И только после такого сложнейшего

психо-физиологического анализа выдает заключение.

Доктор чем-то расположил к себе Джоан, может, своими большими, карими

глазами, смотревшими на нее с внимательным уважением, немного печально. Он