Чтение онлайн

— Черт знает, что в голове творится, — пробормотал он.

«Давай ей засадим — тут же отозвался член. — Никто не узнает»

" Я буду знать»

— У тебя кто–то есть? — резко спросила Стелла, не подозревая, какой раздрай творится в голове жениха. — Последние дни ты меня игнорируешь. Не отвечаешь на звонки, шлешься по окраине, твой Антон врет в глаза. Ты опять мне изменяешь?

— Глупости! — Роман скривился. — В отличие от тебя, я работаю. Не ищи проблем там, где их нет, — добавил жестко. — Я уже говорил и повторяю последний раз, я никогда не буду перед тобой оправдываться, как никогда не буду обсуждать с тобой свои дела. Или ты принимаешь меня, или мы расстаемся.

— Ты такой же, как мой отец, — в сердцах выпалила девушка. — Он тоже считает, что женщина способна лишь тратить деньги.

— Твоя молодая мачеха это подтверждает, — хмыкнул Тимуров. Очередная жена Войцеховича была на год моложе его дочери. — Кстати, не хочешь перед отлетом прошвырнуться по магазинам? — сменил тактику Роман. — Мне нужно купить парфюм…

Стелла несколько долгих минут смотрела на него, потом вздохнула и улыбнулась.

— Как пожелаешь, милый. До завтра.

Она поцеловала его в щеку и вышла, повиливая бедрами и гордо задрав подбородок.

— Умная стерва, — качнул головой Роман, глядя на закрытую дверь. — Умная, хитрая и расчетливая. Неплохая жена будет… наверное…

Он так и не лег спать, работал до утра, а утром действительно уехал на встречу, посчитав, что следует воспользоваться моментом и переговорить с полезным человеком. Потом Стелла потащила его по бутикам и в самолет он грузился с единственным желанием — оглохнуть, ослепнуть и потерять обоняние.

Зато в обшарпанный подъезд старой пятиэтажке вбегал с предвкушением и азартом, оправдываясь перед собой заурядной фразой:

— Мне нужна гармония и глоток свежего воздуха.

Понедельник я провела на телефоне: доставщик вымотал все нервы до единого! Даже мое поистине ангельское терпение пару раз дало трещину.

Сначала этот навязчивый мужчина позвонил в восемь утра. Я как раз тряслась в переполненном автобусе. Зажатая как селедка в бочке, пытающаяся удержаться на ногах при поворотах, сохранить имущество и чувство собственного достоинства… В общем, звонка не услышала.

Потом на всех парах летела в библиотеку. Дальше шла пятиминутка с Тамарой Олеговной, растянувшаяся на час. В итоге, когда Тамара Олеговна выговорилась, а я, наконец, добралась до телефона, на нем оказалось аж пять пропущенных с неизвестного номера! Следом раздался звонок. Грубый мужской голос начал отчитывать с пол–оборота, едва я представилась:

— Девушка! По вашему мне больше заняться нечем, кроме как вам названивать? И караулить ваше величество у подъездов? Я похож на влюбленного прыщавого девятиклассника?!

— Э-э, я вас ни разу в жизни не видела. Но полагаю, вы значительно старше, — опешила.

— Я уже уехал из вашего района, теперь ждите до завтра! — заявил он и бросил трубку.

Не успела я выдохнуть, как мобильный вновь пискнул. И снова тот же номер!

В течение дня мне звонили еще раза три, уточняя, не собираюсь ли я домой пораньше и не могу ли принять кучу рулонов обоев на работе. Я тысячу раз пожалела, что не оставила на кассе номер Романа! Пришлось признать, что женщине живется намного легче, когда ремонтом занимается мужчина.

Невольно вспомнился Ромин поступок в лифте. Сосед ни секунды не сомневался, прежде чем заслонить меня собой. Возможно, кто–то подумает: как мелочь! А мне было приятно.

А этот поцелуй в щеку!.. Я улыбалась каждый раз, стоило о нем подумать. Однажды едва не спалилась перед Тамарой Олеговной, начальница та–ак посмотрела, что я быстро забыла и о Роме, и о ремонте. Бросилась выполнять насущные дела.

Вечером нас с Кнопкой ждала тишина. Доставщик так и не приехал. Я написала Роману, что он может не приходить, так как делать всё равно нечего.

И получила скупой ответ: «Ладно».

Поначалу дико обрадовалась, что не придется вновь спорить, выкручиваться и даже отбиваться от соседской пошлой настойчивости! Сколько можно нам с Кнопой нервы мотать? Но к ночи заскучала. Почему–то думала, сосед всё равно припрется, неважно с бутылкой шампанского, валерьянкой или еще чем–то неожиданным и оригинальным.

А он взял и не пришел.

Интуиция подсказывала, что Роман провел этот вечер с девушкой. Обычно я доверяю своей интуиции, но в этот раз отчаянно с ней боролась. Не хотелось верить, что у него кто–то есть.

Следующее утро началось со звонка из магазина. На этот раз со мной разговаривала приветливая девушка, с которой быстро и легко удалось договориться на дневное время.

Предупредив Тамару Олеговну, что могу задержаться с обеденного перерыва, я помчалась домой принимать покупки.

Какой же суматошный день! Всё бегом, впопыхах. Время поджимало, но, тем не менее, я потратила уйму времени, проверяя вместе с курьером, всё ли на месте: обои, клей, краска…

Закончив с приемкой и подписав акт, я уже собиралась выпить кофе и бежать на остановку, как в дверь вновь постучали.

Роман? Неужто соскучился? Растянув губы в улыбке победительницы и наспех глянув в зеркало, я вновь распахнула дверь и застыла на целую секунду, не веря собственным глазам! Передо мной стояла… Варвара.

— Приве–ет, Люба-а! — закричала подруга детства и бросилась мне на шею.

Я тоже обняла Варю. Правда, не слишком крепко.

— Варенька, ого! Ты как здесь? Это… сколько мы не виделись? Года три?

— Много, — отмахнулась Варя. — Приехала на работу устраиваться. Ты не против, если пережду у тебя пару дней? На гостиницу денег нет, ценник у вас здесь — аховый! Честному человеку в жизни не скопить. И не всем так повезло с наследством.

Варя широко улыбнулась и, не дождавшись ответа, начала разуваться.

— Тощая–то какая! Небось, голодом себя моришь, как здесь принято, — тараторила она. — Мужик–то есть?

Я открыла рот, а потом закрыла. Варя тем временем прошлась по квартире, заглядывая в кухню, в санузел. А я начала вспоминать, почему мы давно не общались: слишком разные. Наши мамы крепко дружили, и мы вроде бы тоже, но затем пути разошлись. И мы особо не стремились друг к дружке.

— Ты потоп пережила, Люба? А это что? Ремонт будешь делать? — с опаской произнесла Варя, подойдя к недавним покупкам, которые сейчас занимали часть комнаты и коридора.