Чтение онлайн

— Знаю. И в последний раз прощу оставить меня в покое. Думаю, вы уже наигрались.

— Люба, это не так. Я не играл с тобой, я…

Слушать его дальше не собиралась. Знала — сейчас начнет плести оправдание за оправданием в надежде, что я поплыву и прощу его! Поэтому я перебила Романа.

— Для вас меня больше не существует. Считайте, что Любовь Иванова умерла. До свидания.

С этими словами я отключилась. И нарушила собственное обещание — заплакала снова.

Мне вдруг захотелось ломать и крушить все вокруг. Проклятый ремонт! Зачем только он мне его сделал? Это была его подачка? Благодарность за секс? Наверное, Стелле было смешно, что жених, вместо того, чтобы купить любовнице квартиру, делает ей ремонт в дыре, как она выразилась! Да за кого он меня вообще считал?!

На меня накатила ярость. Не понимая, что творю, я стала бить кулаками по дивану. А потом собрала все подушечки, вазы, посуду, которую мне привезли. Разложила по мешкам и потащила во двор. Там поставила рядом с мусорными баками. Может быть, кто–то возьмет.

Домой пошла не сразу. Сидела во дворе на качелях и смотрела на небо, полное звезд, отгоняя слезы и воспоминания. А когда шла к подъезду, обратила внимание на большую черную машину. Появилось ощущение, что оттуда на меня кто–то смотрит, поэтому я поскорее скрылась за тяжелой дверью и путей подлетела к лифту.

Утром я решила начать новую жизнь. А с чего начинают новую жизнь? Конечно, с прически! Благо, что была суббота, и на работу идти не пришлось. Я каким–то чудом записалась в салон в соседнем доме, который очень хвалили знакомые. И сказала, что хочу модную стрижку. Каре.

— Что, мужик бросил? — с пониманием спросила мастер.

Я ничего не ответила. Какая ей вообще разница? Впрочем, мастер оказалась хорошая. Сделала стрижку и уложила волосы так, как я и хотела. После нее я поехала и уже в другом салоне сделала кроваво–красный маникюр. Там же оказался свободен визажист, и я попросила меня накрасить. А затем сделала то, о чем даже помыслить раньше не могла. Поехала в большой торговый центр, сняла накопления и купила комплект красивого белья и невероятное платье — облегающее, глубокого темно–синего цвета. Короткое и с открытыми плечами. А к нему — туфли на высоких каблуках и духи, о которых мечтала, но не могла себе позволить, потому как они стоили каких–то совершенно неприличных денег.

Идя по улице в своем прекрасном платье и стуча каблуками модных туфель, я поняла, зачем сделала это. Мне не хотелось быть хуже этой Стеллы. Пусть у меня нет богатого папочки, и я обычая библиотекарша, но я тоже могу быть красивой.

Старалась держаться уверенно. Идти, гордо расправив обнаженные плечи. Я все вынесу. Я ведь сильная. Найду себе кого–то другого. Достойного мужчину. А Роман… Пусть живет, как хочет.

На меня смотрели мужчины. Бывало, они проявляли ко мне внимание и раньше, а сейчас просто не отрывали глаз. Может быть, потому что раньше я надевала скучные серые костюмы да невзрачные тряпочные туфли? Или обычные джинсы да кроссовки. А на голове вечно были то хвостик, то гулька… И ноль косметики.

Интересно, почему Рома выбрал меня? Посчитал, что серую мышку легко покорить? Или что серая мышка не станет возмущаться, узнав, что она любовница? Не увидел же он во мне нечто большее, чем незаметная библиотекорша?

Несмотря на новый образ, боль все так же жила внутри. Может, напиться? Мой взгляд скользнул по модному бару, над которым ярко мигала вывеска. Недолго думая, я пошла спустилась вниз и села за барную стойку, чувствуя, каким взглядом меня провожает мужчина в очках за одним из столиков. Увидев меня, бармен заулыбался и в качестве комплимента от заведения сделал бесплатный коктейль. Осторожно пила его через соломинку и пыталась зарядиться хорошим настроением. Получалось плохо. Роман не желал выметаться из моих мыслей.

Чтобы забыться, я заказала еще один коктейль и пошла танцевать. И хотя ноги гудели из–за высоких каблуков, динамичная музыка помогла отвлечься.

Я танцевала так, как не танцевала даже в студенчестве, когда мои подружки то и дело бегали по свиданкам и клубам. В то время мне приходилось не только учиться, но и работать, потому что от мамы я съехала и нужны были деньги. Терла полы в офисах, мыла посуду в ресторане, расставляла продукты на полках в супермаркетах. Порой было тяжело, и только книги помогали держаться мне на плаву. Я читала и переносилась в другие миры.

Все шло неплохо до тех пор, когда ко мне не подошел тот самый мужчина в очках, который смотрел на меня. Его звали Константин. Высокий, широкоплечий и уверенный — он казался интеллигентным. Наверное, за счет очков. Он не лапал меня и вел себя довольно прилично. Потом пригласил за свой столик, где сидели его друзья. Они тоже показались мне обычными мужчинами. Не агрессивными, не пьяными. Адекватными.

Какое–то время я посидела с ними за столиком, вежливо смеясь над шутками и игнорируя алкоголь. А потом Константин и его друг, сидящий с другой стороны от меня, почти одновременно положили ладони на мои колени. Я вздрогнула от неожиданности, чувствуя, как ладони нагло ползут по бедрам, заползают под платье. Вскочила.

— С ума сошли?! — выкрикнула я гневно.

На нас стали оборачиваться другие гости бара.

— Села, — велел Константин. — Не устраивай цирк.

— Не смейте меня трогать, — процедила сквозь зубы.

— А ты разве не этого хотела? — усмехнулся Константин, поправляя очки. — ты же пришла мужика снять. А сняла сразу четверых. Прикинь, в четыре раза больше заработаешь.

— Пошел ты! — Я с чувством послала и этого урода, и его друзей, поняв, за кого меня приняли. А они только довольно захохотали.

Я с трудом вышла из–за стола, и меня схватили за руку.

— Куда пошла, киса? Не уйдешь, пока всех не обслужишь, — сказал один из дружков Константина — рыжеволосый и громкий. И хлопнул меня по пятой точке.

Не сдержавшись, я схватила стакан и вылила воду ему на голову. Сама не поняла, как.

— Ах ты падла! Да я тебя сейчас урою!

Рыжий вскочил и занес руку, чтобы меня ударить. Но не успел — его руку перехватил человек, который появился у меня за спиной.

Я резко обернулась. Это был Роман. Его лицо казалось будто высеченным из камня, а в глазах полыхала ярость.

— Не смей трогать мою женщину, — с угрозой произнес он, легко удерживая руку того, кто хотел ударить меня.

— Иначе что? — выкрикнул рыжий. — Что ты мне сделаешь, урод?

Вместо ответа Рома ударил его в лицо, и удар был такой силы, что рыжий упал прямо на стол. Его друзья повскакивали с мест. На их лицах появилась агрессия — такая, которая бывает у мужчин перед дракой, когда они готовы кидаться друг на друга, выясняя на кулаках, кто сильнее.

Они втроем бросились на Романа, думая, наверное, что легко справятся с ним одним. Однако просчитались — из–за его спины выскользнула охрана. Это были серьезные с виду ребята в черных костюмах, которые очень легко разобрались с нападавшими. Словно с детьми.

Сам Рома схватил меня за руку и потащил наверх. Мы остановились у входа, стоя друг напротив друга в свете фонарей — на улице было совсем темно. Выглядел Рома не так, как я привыкла его видеть. Прическа, одежда, обувь — все другое. Даже щетины нет — лицо гладко выбрито, и от этого кажется более строгим. Это был не водитель–сосед, к которому я привыкла за это время. Это был бизнесмен, имя которого значилось в списке «Форбс». Уверенный, властный, красивый. И чужой.

— Ты безумно красивая сегодня. Только волосы зря обрезала, — тихо сказал он, не отрывая от меня взгляда.