Чтение онлайн

Горький опыт оказался полезен по крайней мере в одном: осознав, что красивые парни с отличной мускулатурой — ее рок, Сирил дала обет никогда впредь не уступать этому искушению судьбы и до сих пор держалась на высоте.

До сих пор — это все-таки пять лет… И хотя на своем пути она столкнулась с множеством красивейших мужчин, ни разу не снизошла она до свидания с кем-нибудь из них. Если Сирил и позволяла себе с кем-то выйти на люди прогуляться, то это были парни вроде того худосочного заседателя-брюнета, читавшего за ланчем тощую книжицу стихов. Вчера она даже почти убедила себя, что именно он автор этих веселых посланий, несмотря на всю свою унылость закоренелого праведника.

Бронзовый колосс, сидящий рядом с ним, мог сколь угодно долго жариться под огнедышащим солнцем Калифорнии, но едва ли в состоянии был сочинить эти озорные строчки. И уж тем более его огромные ручищи вряд ли смогли бы вывести их на бумаге столь изящным почерком…

Нет, «эллинский бог» исключается! Так может быть, виной всему пожилой седеющий мужчина напротив его — у этого кандидата в воздыхатели по крайней мере романтический испанский облик!

Вспоминая процедуру утверждения состава суда, когда представители участвующих в процессе сторон могли задавать присяжным любые вопросы, Сирил попыталась вспомнить все, что касалось этой троицы. Поскольку ее фамилия возглавляла список кандидатов, она раньше других прошла через сито отбора и заняла кресло в первом ряду.

Она рассеянно слушала, как участники предстоящего процесса пристрастно допрашивали ее коллег, и краем глаза смотрела, как заполняются одиннадцать кресел. К концу процедуры Сирил знала уже все о механизме формирования суда присяжных: шутка ли сказать — ей пришлось выслушать ответы всех пятидесяти кандидатов, обозначенных в списке!

Но в итоге сейчас, когда важна была информация именно об этих трех коллегах, все слышанное накануне превратилось в ее голове в хорошо нарезанную окрошку из лиц, фактов и мнений. Она помнила имена и профессии двух или трех присяжных, но увы — не тех, кто ее интересовал.

Кто ее интересовал! Да разве могло ее интересовать сейчас что-то, кроме срочной работы?! У Сирил уже был план на день: вечером, после конца заседания, доделать уже начатые эскизы, а для этого во время перерыва на ланч созвониться с натурщиками. Пожалуй, она и в самом деле сможет успеть, если весь уик-энд будет пахать как вол.

— Я тебе еще покажу, где раки зимуют… — прошипела она сквозь зубы, вспомнив Мартина, после чего наконец-то смогла сосредоточиться на ходе заседания.

Оказалось, все это время Сирил бессознательно следила за развитием мысли адвоката истца, Дэниэла Стерна. Он, закончив вступительную речь, предоставил слово первому свидетелю — своему подопечному.

Истец принес присягу, после чего начался допрос:

— Пожалуйста, назовите свое полное имя, — сказал адвокат Стерн.

— Джеймс Роберт Говард, — отозвался истец, явно нервничая.

— Мистер Говард, каков ваш род занятий?

— Я научный сотрудник, работаю сейчас над диссертацией на соискание степени доктора философии в области физики. — Мальчишеского вида истец-свидетель примостился за трибуной для свидетелей обвинения.

— Не могли бы вы пояснить высокому суду, что подразумевает защита диссертации? — спросил адвокат, широким жестом указав в сторону скамей присяжных.

— Ну, все необходимое мною уже сделано, осталась только защита как таковая. Мне надо будет выступить перед ученым советом нашего факультета, изложить содержание диссертации, отметить ее новизну, доказать корректность и обоснованность выводов, ответить на вопросы и замечания оппонентов и членов совета.

— Другими словами, вам придется доказать, что исследований, лежащие в основе диссертации, носят оригинальный характер, что идея принадлежит вам и только вам и что гипотеза, выдвинутая вами, подтверждается материалами научных экспериментов?

Адвокат ответчика, мистер Барсон, моментально вскочил, обращаясь к председателю суда:

— Протестую, ваша честь! Адвокат манипулирует свидетелем и вместо него отвечает на свои же вопросы!

— Мистер Стерн, вам никто не отказывал в праве попросить свидетеля самому ответить на ваши вопросы, — сухо прокомментировала Каррера.

Обворожительно улыбнувшись высокому суду — но в основном Сирил, — Дэниэл Стерн задал клиенту серию вопросов, и ответы Джеймса Говарда полностью уложились в версию обвинения.

Утреннее заседание завершилось. Адвокат Стерн величаво расхаживал перед скамьей присяжных и после очередной своей блестящей фразы останавливался перед Сирил, будто проверяя на ней силу произведенного эффекта.

После зачтения технической информации пол-одиннадцатого был объявлен короткий перерыв. Когда Сирил, прогулявшись и размявшись, вернулась в зал, в щели между подлокотником и сиденьем кресла она снова увидела аккуратно сложенную записку. Небрежно сунув ее в карман юбки, Сирил изобразила на лице внимание.

— Хорошо, мистер Говард, — сказал адвокат Стерн. — Перед самым перерывом вы сообщили нам, что разработали оригинальную методику выращивания кристаллов уникальной чистоты, способную произвести промышленную революцию. Я верно вас понял?

— Да, дело лишь за тем, чтобы наладить их промышленное производство. Формально, конечно, речь идет о теоретической разработке, но я не сомневаюсь в ее практической перспективности. Во всяком случае, все признают правильность моих теоретических расчетов! Более того, меня заверяли, что эксперимент будет включен в программу полетов «Шаттла», как только они возобновятся! — с жаром объявил Джеймс Говард.

— И каков же будет результат, мистер Говард?

— Не понял… — Лоб истца прорезала морщина.

— Я хотел сказать, что будет означать успех вашего исследования лично для вас? — пояснил адвокат.

— Ну, полагаю, я стану страшно богатым, — с трогательной деловитостью ответил юноша.

Зал разразился дружным хохотом, настолько простодушным было это признание. Особенно сочный и басовитый смех раздался сбоку, и Сирил невольно повернула голову — смеялся «эллинский бог». Смеялся так заразительно, что губы Сирил тоже расплылись в улыбке.

В ту же секунду «бог» повернулся в сторону Сирил и обдал ее дружелюбным взглядом своих янтарных глаз. Сирил мгновенно приняла суровый вид и отвернулась от него.

Судья Каррера призвала зал к порядку:

— Прошу всех присутствующих соблюдать тишину! Заседание суда продолжается.

Удар гонга — и Сирил застыла, чувствуя, как колотится ее сердце. «Уймись! — строго приказала она себе. — Он всего-навсего мужчина, а не бог, и в нем наверняка куча всяких недостатков». Каких именно — она, правда, затруднилась бы ответить.