Чтение онлайн

После сорока или пятидесяти снимков Дрю не выдержал.

— Прекратите! — завопил он. — Я уже ничего не вижу правым глазом!

Наконец Кэмпбелл сфотографировала всех на свой телефон и отправила снимок в магазин Тиму. Он ответил сообщением: «НЕНАВИЖУ РАБОТУ, КОТОРАЯ ЛИШАЕТ МЕНЯ ПОДОБНОГО ЗРЕЛИЩА. Я ЗАСКОЧУ НА БАЛ». Девочки очень любили своего отца, но при этом надеялись, что Тим, который водил дружбу со всеми тренерами школы, не сдержит свое обещание.

И тут на пороге возникла Луна в черных армейских ботинках и кружевном платье до пола, похожем на чей-то гамак.

— Наша стильная Луна, — ухмыльнулся Дрю.

— Детский сад какой-то, — парировала та. — Я не пошла бы на школьный вечер, даже если бы мне за это заплатили. Мне не верится даже в то, что я вообще хожу в школу.

— Но у тебя одни отличные оценки! — удивилась Мерри.

— Это не по собственному желанию, — отмахнулась Луна. — Мерри, а ты знаешь, что у тебя оранжевая аура? Она излучает любовь и способна исцелять людей. Зато ваши ауры темные, — обратилась она к Саше и Мэллори. — Это указывает на тревогу.

— Кто это определяет? — поинтересовалась Мэллори. — Существует какая-то шкала значений ауры?

— Ничего подобного, — покачала головой Луна. — Это просто знаешь. То есть ты знаешь это, если знаешь, — уточнила она.

— Да, учитывая твои нагие танцы, ты должна в этом разбираться, — кивнула Мэллори.

— Еще одно слово об этом — и я нашлю на тебя сны, от которых у тебя волосы дыбом встанут, да так и останутся стоять, — пригрозила Луна.

«Если бы ты только знала…» — подумала Мэллори.

И тут в комнату, рыча, как грузовик, вбежал Оуэн, необыкновенно хорошенький в своей яркой пижаме с маленькими пингвинами. Лицо Луны тут же преобразилось.

— Привет, мужичок! — воскликнула она, подхватывая его на руки. — Собрался на бал?

— Луна, — прошептала вдруг Мерри. — А ты знаешь, что отец твоей матери каждую ночь стоит в ногах ее кровати. Он очень расстроен. Он знает о марках, которые она продала еще до его смерти, думая, что он находится в коме.

Луна уставилась на Мередит, которая, вообще-то, говорила чистую правду. Затем ее лицо снова приняло свое обычное скучающе-высокомерное выражение.

— Не будь дурой, — презрительно произнесла она.

— Будь осторожна, — продолжала Мерри. — Этот шум на чердаке — вовсе не мыши. Это Грэмпс ищет свои марки.

Кэмпбелл, которая ничего этого не услышала, обняла дочерей, а потом Сашу.

— Жаль, что твоей мамы здесь нет, — улыбнулась она девушке. — Она бы тобой гордилась.

— Это ничего, — вздохнула Саша. — Я уже давно перестала быть маленькой девочкой. Но я все равно очень счастлива, что сегодня вечером вы позволили мне стать частью своей семьи. — Она замахала рукой и запрокинула голову, чтобы слезы не покатились по щекам. — Кто бы мог подумать, что я такая нюня. Я не должна грустить в такие вечера, как этот. Слезами горю не поможешь. У меня есть сестра. Она учится в колледже. Когда я окончу школу, я буду жить с ней.

— Ты очень мужественная, — восхищенно произнесла Мэллори. — Я и представить себе не могу, как это — потерять всех близких.

— Не всем повезло так, как тебе, Мэллори, — сообщила дочери Кэмпбелл. — И не всем удается вырасти в окружении любящих родителей, тетей и дядей. У тебя до сих пор живы все родственники, за исключением одной бабушки.

Мать Кэмпбелл погибла от несчастного случая, когда близнецы были совсем маленькими, а ее отец жил то в Вирджинии, то во Флориде.

— Ваша мама невероятно добра ко мне, — кивнула Саша. — Я ей очень благодарна. Одиночество — это ужасная вещь.

— Поехали! — предложил Дрю. — Ваша бабушка будет сердиться. Вы же знаете, как высоко она ценит пунктуальность.

Бабушка Гвенни предложила приготовить обед для близнецов и их друзей, как для того, чтобы помочь им сэкономить на ресторане, в котором им ни за что не предложили бы такой шикарной еды, какой собиралась угостить их она, так и для того, чтобы полюбоваться их нарядами. Единственной вещью, подогревающей бабушкино тщеславие, была ее стряпня, основанная на фамильных рецептах.

— Ты прав! — почти закричала Мерри, пользуясь возможностью оборвать ужасно растянувшуюся фотосессию.

— Ваш экипаж подан! — сообщил Дрю, обращаясь к Мэллори и оборачивая ее плечи накидкой Кэмпбелл.

«Тойота» Дрю, которую он прозвал Зеленым Чудовищем и которая после пробега в сто восемьдесят пять тысяч миль все еще была на многое способна, некогда могла похвастать серебристым цветом, но нынче была перекрашена в самый уродливый оттенок, как в каком-то фильме ужасов. Но Дрю ею очень гордился и тщательно о ней заботился. Ее появление не единожды спасало близнецов в такие моменты, когда, казалось, надеяться им было уже не на что.

«Кажется, что все это было так давно», — подумала Мэллори.

Вечер был просто изумителен. Небо украшали звезды, и, хотя ее дыхание тут же обращалось в пар, холода Мэлли не ощущала. Они горланили песни, подпевая включенному на полную мощность радио, всю дорогу до Белл-Филдс, где на обширном ранчо жили бабушка и дедушка Бринны. Их гостеприимный дом совершенно не походил на шикарные особняки, увеличивавшиеся в размерах по мере приближения к престижному району Хэвен-Хиллс. Один из этих особняков принадлежал родителям Нили. Как кремовая крепость, он раскинулся на самой вершине горы. Из его окон открывался вид на город и окружающие холмы.

Бабушка с дедушкой купили новый дом ради прилегающего к нему участка. Их старый особнячок в два с половиной этажа с четырьмя спальнями, в котором теперь жили Мэлли и Мерри с родителями и братьями, был для них слишком велик. Они продали его Тиму после того, как у них с Кэмпбелл родились близнецы.

Сестры знали, что дедушка не меньше трех раз обратит внимание гостей на то, что все, за исключением креветок и муки, выросло в их с бабушкой саду, и что да, если бы у них была корова, они вообще могли бы не покупать продукты. («И трубопровод на Аляску», — иногда шептала сестре Мэллори, когда дедушка Бринн чересчур увлекался). Разумеется, в этот раз все было точно так же, только почему-то совершенно не раздражало, а, напротив, показалось близнецам очень даже милым.