Чтение онлайн

Позже, обессиленные от вспышки страсти, любовники лениво переползли с палящего солнца в благодатный тенек рощи. Марк пытался задремать на разлапистых листьях папоротника, Лили хотела общения и мешала ему всеми возможными способами. Испробовав щекотать любимого, целовать его, кусать и даже петь прямо в ухо, она в конце концов просто залезла на него верхом и принялась безжалостно тормошить.

— Ну сколько можно спать, несносный лентяй! Мы не делаем абсолютно ничего — как же ты мог устать?

— Тебе жалко, что ли… — бормотал Марк, вяло отбиваясь. — Что плохого, если я посплю…

— А то, что мне скучно, и я хочу поговорить о чем-нибудь! Ты еще не забыл как это делается, или все что ты теперь умеешь — это есть и спать?

— Дорогая, прекрасная идея… Давай поговорим. Расскажи мне что-нибудь интересное…

Марк почти исхитрился произнести эту фразу убедительно, но на последнем слове зевнул.

— Ах так!.. Рассказать тебе что-то, чтобы тебе лучше спалось? Ну нет уж, не дождешься! Да и к тому же, что я могу знать такого, чего не знаешь ты?

— Ты вчера видела Милу… Помнишь, когда она приходила за нашим маслом, в той роще оно не растет… Мила рассказывала что-нибудь? Как там они поживают?..

Лили отмахнулась от вопросов.

— Фи, это скука смертная. Расскажи лучше ты. О звездах, например. Когда-то ты много говорил о них, знал кучу историй.

— Теперь не знаю, я позабывал их. Зачем нужны эти звезды, кроме как для того, чтобы украшать ночное небо?

Девушка улыбнулась.

— Как забавно! Теперь ты говоришь точно как я. А ведь пару лет назад ты был совсем другой… Скажи, тебе не скучно здесь со мной?..

Марк резко привстал и заглянул ей прямо в глаза, нежно обнял за плечи.

— Что ты, милая! Мне здесь так хорошо!.. Я так счастлив с тобой! Честно. Это — то счастье, которого я всю жизнь и искал. Это — настоящее.

— Но разве не нужно чего-то еще, чего-то большего?..

— Чего?! Ты вспомнила о звездах. Так вот, я часто думал, что нам таки стоило прожить жизнь там, среди звезд, чтобы спуститься сюда и понять что это — настоящее. Для жизни и для счастья нужно только то, что ты видишь вокруг. Природа, тепло, любовь, радость жизни. А остальное — амбиции и причуды, и ничего более.

Лили приникла к его губам с мягкой сердечной нежностью, затем отстранилась, ласково глядя на него, и позволяя ему любоваться ее обнаженным телом.

— Ты — мой самый любимый человек на свете! Я так рада, что… я еще не говорила тебе… у нас будет ребенок.

— Правда?..

Она кивнула. Марк прижал ее к себе, покрывая поцелуями. Волна нежности поднялась из самых глубин сердца. Вот теперь у него действительно было все для счастья. Абсолютно все.

— Ваша Светлость, во имя великого Пути Роя, я умоляю вас открыть.

Монах-затворник, в прошлом Первый Мистик Роя, стоял в середине своей кельи, не решаясь пошевелиться. Он провел в уединении 6 лет, в комнатушке размером 2 на 2 метра, где единственным его собеседником и единственным развлечением были книги. Не раз рояне приходили к его двери — он слышал, как они стоят там, часто подолгу, глубоко дыша, иногда шепотом обращаясь к нему. Обращения были всегда риторическими, и никто никогда не пытался попасть внутрь кельи. Даже после позорной отставки рояне чтили и уважали бывшего Хранителя Святыни, и не смели нарушить его добровольное уединение вторжением или хотя бы громким голосом.

Но вот теперь некто просил принять его, и если память не изменила Мистику за шесть лет, этот некто был Лидером Флота.

— Ваша Светлость, ваше предсказание сбылось полностью. Флора не вернулась. Есть все основания полагать, что она погибла. Мы пришли к вам склонить голову в молитве и просить о благословении. Ваша Светлость, умоляем не отказывать нам.

Медленно, с тяжелым томлением в сердце, Мистик вытянул руку и принялся сдирать цементную пломбу, которую сам наложил когда-то. Цемент поддавался с трудом, рождая боль в ободранных пальцах. Эта боль была ему приятна. Наконец остатки пломбы упали на пол, и Мистик, помедлив с минуту, передвинул рычажок. Дверь откатилась в сторону. Перед ней, в полумраке кладбища, на котором располагалась келья, на коленях стояли двое. Двое первых людей Роя — Лидер Флота и Лидер Науки. Позади них белели в сумраки мраморные склепы, над ними простирался прозрачный колпак, накрывающий кладбище, над колпаком — равнодушные, недоступные теперь звезды…

— Благословенен Путь, — молвил Мистик.

— Свята его Цель, — хором ответили двое, не поднимаясь с колен.

— Я готов выслушать вас, хотя теперь и не в моих силах изменить что-либо. Но прежде встаньте!

Оба поклонились.

— Ваша Светлость, — сказал Лидер Флота, — излишне говорить, насколько вы были правы, и насколько страшнее от этого наша вина.

Мистик слегка усмехнулся.

— Ваша Храбрость, вы не голосовали за мою отставку. Я знаю об этом.

— Но я голосовал за отправку Флоры на Раллию. Это была страшная ошибка.

— Откуда вы знаете, что Флора погибла?

— По расчетам, она должна была долететь до цели, заправиться и вернуться уже месяц назад. Прошел месяц — ее все еще нет. Мы знаем, откуда ожидать прилета Флоры, и нацелили туда направленные гравиметры. Приборы почувствовали бы движение такого гигантского корабля, как Флора, за треть светового года — но они молчат. Это значит, что матка не только не вернулась, но даже не приближается к нам. Такое опоздание может означать только одно.

Хранитель Святыни тяжело вздохнул.

— Я был бы рад своей правоте, если бы не страшная боль.

— Нет, Ваша Светлость!.. — Лидер Науки горячо схватил его за руку, но спохватился и отступил назад. — Есть выход. Мы пришли за вашим благословением, поскольку этот выход безумный, жуткий, чудовищный… и нет никакой уверенности в успехе… но есть хотя бы надежда.

— Звезда?.. — Мистик с интересом шевельнул острыми кончиками ушей.

— Да, Ваша Светлость. Схарта. Мы можем получить от нее энергию.

— Продолжайте.

Лидер Науки заговорил горячечной скороговоркой, забыв о кладбище, периодически немного взлетая в волнении.

— Я наблюдаю за Схартой уже шесть лет. Зонды расставлены по орбите, они сканируют всю поверхность звезды. Мы точнейшим образом измерили ее диаметр. За шесть лет диаметр не изменился ни на метр! Если такая гигантская звезда вообще не меняется в размере — это значит, она балансирует в шатком равновесии между силой гравитации, сжимающей ее, и давлением света, распирающим ее изнутри. Все остальные наблюдения — измерения температуры, поверхностной и глубинной активности, жесткого излучения — подтверждают эту версию. Звезда на переломе своего развития, она достигла максимального размера и вот-вот начнет сжиматься.