Чтение онлайн

— Слушай, почему все время, когда ты приходишь на аудиенцию к Касьяну Андреевичу, весь твой вид говорит о том, что ты не хочешь находиться здесь, а на лице лежит тень страдания и нежелания входить в святая святых?

— Я думала мое лицо излучает оптимизм, — вздохнула я и убрала с губ жалкую улыбку.

— На твоем лице написано желание бежать отсюда со всех ног. Неужели Касьян Андреевич вызывает такое отвращение?

— Дело не в этом. И я восхищаюсь талантом руководства, — наклонившись к ней, объяснила я. — Просто так получается, что сюда меня вызывают всегда неожиданно и не в лучшее для меня время. Однако, в последнее время я все чаще прихожу к мысли, что встречи с руководством сами по себе не подразумевают желания видеться с ним.

— Завернула, но суть я уловила, — кивнула Валерия, не спеша направлять меня в кабинет шефа. — Что решила по поводу приглашения?

— С удовольствием приеду к тебе. Мне не помешает развеяться, учитывая, что мое настроение стремительно падает до уровня плинтуса.

— Вот и правильно, — заулыбалась она.

— Екатерина Дмитриевна, мой кабинет находится немного дальше секретарского стола, — услышала я сзади голос Соколова и от неожиданности вздрогнула.

— Извините, — покорно склонила я голову, повернувшись. — Я просто хотела уточнить, сможете ли вы принять меня сейчас.

— Смогу. Проходите. — Он отошел от двери, давая мне возможность пройти. — Валерия, пока я не освобожусь, ни с кем меня не соединяйте. Если будет что-то срочное, я потом сам перезвоню.

Я устроилась в кресле и посмотрела на Касьяна Андреевича. Сердце забилось быстрее, и на меня обрушились причины столь мрачного настроения в последние дни. «Он мне нужен, — неожиданно осознала я. — Поэтому и с Вовой так получилось. Нужен только он. И что дальше? Он привык к свободе, и чтобы получить необходимое, необязательно жениться. Какое там жениться? Можно даже не заводить столь обременительных отношений. Захотел поесть — отправился в ресторан, в квартире стало грязно — вызвал специально обученного человека, секс — для этого существуют женщины, не с такими высокими требованиями, как у меня. Им много внимания не нужно — встретились, выпили, переспали, — а мне он нужен весь. Я хочу готовить ему завтрак, видеть его лицо с утра, когда он только проснулся… Замечательная перспектива…».

— Екатерина Дмитриевна, понимаю, что смотреть на меня сплошное удовольствие, но хотелось бы, чтобы вы оторвались от созерцания и обратили свое внимание на то, что я говорю, — ворвался в мои мысли голос Соколова, и я поняла, что уже некоторое время смотрю на него в упор и абсолютно не слушаю.

— Прошу прощения, — смутилась я. — Я немного задумалась.

— Судя по тому, как вы смотрели на меня, предметом ваших мыслей был я, что меня, как мужчину, безусловно, радует, — полувопросительно сказал он.

— Конечно, — кивнула я, взяв себя в руки. — Я думала о том, как вы отнеслись к проекту, смогли ли увидеть в моем докладе все, что я хотела донести до вас, и чего следует ожидать — похвалы или выговора.

— Уверен, что как раз об этом вы думали меньше всего. Если вообще думали, — насмешливо изогнул он бровь. — Но раз вы начали разговор о проекте, скажу, что я с интересом прочитал ваш отчет. И, смею заверить, я прочитал все, что вы хотели сказать. И в строчках и между ними. Особенно порадовали результаты практических исследований.

— Да, это дает понять, насколько загружены люди на производстве, — ответила я, потому что он смотрел на меня, явно ожидая каких-то слов.

— И это подводит нас к тому для чего, все это было надо. — Касьян Андреевич вновь пробежал глазами мой доклад. — Мы сможем увидеть, кто и как работает, и кто может продолжать работу, а кого придется уволить.

— Значит, сокращения все-таки будут?

— Екатерина Дмитриевна, вы ведь аналитик и понимаете, что в условиях мирового кризиса очень сложно поддерживать обороты производства на прежнем уровне. Если падает спрос, значит, нужно сокращать и предложение. Мы ведь не одни на мебельном рынке, конкуренция достаточно сильна, особенно учитывая то, что половина нашей продукции предназначена для общего доступа. Поверьте, я очень ценю сплоченную команду «Санап-инта», которая образовалась за почти пятнадцать лет существования корпорации, и мне тяжело принимать подобные решения, но бизнес — весьма жестокое дело, и здесь нет места для слабости.

— Я понимаю, Касьян Андреевич, и повторяю еще раз — вы действительно талантливый руководитель, за это вас многие ценят. И верю, что вы сделаете все возможное, чтобы эти сокращения прошли как можно безболезненнее для фирмы в целом.

— Я постараюсь, но всем не угодишь. — Соколов поймал мой взгляд и задержал его в синем омуте своих глаз. — А вы молодец, проделали великолепную работу.

— Спасибо, — кашлянула я и поспешно переключила внимание на картину, висящую за его спиной.

Повисло молчание, и я решила, что сейчас самое время вернуть долг. Достав из сумки пачку денег, я положила ее на стол.

— Это что? — Касьян Андреевич перевел недоуменный взгляд со стола на меня.

— Я трезво оцениваю затраченное время и знаю, что за неделю работы с «Неомодой» вы заплатили очень много. Лишнего мне не надо, так что половину я возвращаю.

Соколов недоверчиво хмыкнул и поинтересовался:

— Это дело принципа, да? Пытаетесь показать, что вам не нужны мои деньги?

— Я ничего не пытаюсь. Ваши деньги мне нужны только в качестве заработной платы, — сказала я, поднимаясь со своего места. — Очень жаль, что у вас все разговоры сводятся к финансам. До свидания.

— Екатерина Дмитриевна! — окликнул он меня, и я притормозила, вопросительно выгнув бровь. Шеф, видимо, хотел продолжить перепалку, но махнул рукой: — Идите! И попробуйте поверить, что я не переплатил вам, а просто пытался дать понять, что я высоко ценю ваш профессионализм.

Я вышла из кабинета и увидела, что Лера с интересом смотрит на меня.

— Что? — спросила.

— Нет, ничего. — Она подошла ко мне и шепнула на ухо: — Я тут сидела и в очередной раз думала — может, ты бросишь своего Вову и обратишь внимание на Касьяна Андреевича? Уверена, из вас может получиться великолепная пара.

— Я не могу общаться с человеком, который уверен, что я мечтаю завладеть его капиталом, — ответила я.

— Это он тебе так сказал?

— Не совсем так, но смысл был именно этот, — кивнула я. — Ладно, давай адрес и говори, ко скольки приезжать.

Пока Лера писала адрес, я перезванивала Егору. Он звонил несколько раз, пока я была у Касьяна Андреевича. Услышав меня, он как будто обрадовался и предложил:

— Кать, можно я тебя сегодня отвезу домой?

Вопрос меня удивил — когда я пару недель назад сказала, что на работу и обратно буду ездить с Валерией, он явно вздохнул с облегчением.

— Ну хорошо, давай, — согласилась я. — Когда соберешься уходить, позвони. Я спущусь, и встретимся у проходной.

— Сегодня со мной не едешь? — спросила Лера, когда я убрала сотовый в сумку.

— Нет. Пообщаюсь со старым знакомым.

— Милые девушки, работать будем? — услышали мы недовольный голос шефа.

— Уже, — заверила я и поспешила к себе.

В восемнадцать ноль-ноль я встретилась с Егором. Увидев мой светлый образ, он улыбнулся и обнял меня.

— Рад тебя видеть, — сказал он, целуя мою щеку.