Ромашка
Шрифт:
Растерянный взгляд девушки оторвался от завораживающего зрелища, едва она услышала новый стон.
Смысла в ожидании, пока до них доберется Ткахт, больше не было. Слишком далеко его оттеснила вражеская магия. Достичь их убежища до того, как Ниэль очнется, он точно не сможет.
Нила перевела взгляд на развороченную грудную клетку Ниэля и приступила к работе, быстро и четко залечивая рану, вливая всю свою целительскую силу и усиливая регенерацию в десятки раз.
Мужчины неодобрительно посмотрели на девушку, но промолчали оба, стараясь больше внимания уделять темному провалу входа. В данный момент куда важнее была та опасность, что в любой момент могла появиться из храма. Темный туман тем временем все прибывал, поднимаясь от земли. Он уже скрыл крупные валуны и доходил мужчинам едва ли не до пояса.
Длительной передышки им не дали.
— Кажется, начинается, — произнес Тэй и Нила, что еще не успела закончить с Ниэлем, подняла голову.
В проходе храма сгустилась мгла и из нее вышла прекрасная женщина. Прекрасная, но лицо ее было жестоким, а глаза — злыми.
Она, не раздумывая и не обращая внимание на вторую группу смертных, направилась медленным, торжественным шагом к Ниэлю.
Нила судорожно завершала плетение, закрывая рану и пытаясь погрузить мужчину в сон.
Тэй с Константом выступили вперед, закрывая Нилу.
Амира скривилась.
Ей даже не понадобилось делать пассы руками: взмах ресниц — и защитный купол лопнул, еще один взмах — и Констант с Тэем оказались скованными по рукам и ногам черным туманом.
Но и на них женщине было наплевать.
Всего лишь смертные. Ничтожные. Не достойные.
Только двое интересовали ее на этой поляне.
Но и они не оказались достойными противниками.
Один спал. А вторая, встала над ним, как самка, защищающая своего детеныша.
Девушка смотрела настороженно, но без вызова и страха.
Амире это не понравилось. Она хотела, чтобы ее молили о пощаде и боялись, а не смотрели, как на опасную, но ровню.
— Равновесие… — Процедила она презрительно. — Всего лишь слабая человечка, что даже в подметки не годится Мире. И это тебя попытались противопоставить мне? Печальная попытка для неудачника-мира.
Женщина продолжала сверлить Нилу глазами. И девушка чувствовала, что, от этого пронзительного взгляда, короткие волоски на затылке и руках встают дыбом, настолько он был тяжелым и проникающим.
Внезапно в глубине глаз женщины промелькнула жестокая радость. Почти восторг.
Она предвкушающе улыбнулась, продолжая смотреть на девушку.
Нила почувствовала тревогу и попытку передать какой-то образ от Тэя, но слишком размытый, непонятный. Нила невольно покосилась в его сторону и он тут же обмяк изломанной куклой, по одному движению руки Амиры. И связь оборвалась, словно и нет с той стороны никого.
Нила в ярости вскинулась.
— Так-так, значит, они тебе настолько не безразличны? Что ты меняешься все быстрее и быстрее… Хорошо… Просто замечательно, — протянула бывшая Покровительница Любви с наслаждением в голосе.
И не успела Нила среагировать, как черный шар сорвался с рук Амиры и полетел в Константа, Нила дернулась к нему, понимая, что этот шар — верная смерть. И почувствовала, что не может сделать и шага — лодыжки ее ног плотно обвивал темный туман. А ее собственный, переливающийся белыми искрами, магический шар пролетел мимо черного, не сумев его разрушить.
Доли секунды, что длились бесконечно, и черный шар разбивается, распадается брызгами о тонкую защитную пленку, что неведомым образом растеклась над Константом. Но не все остается на пленке. Часть черной энергии преобразуется, превращайся в нечто золотисто-зеленое, с вкраплением красного. И когда эта неведомая субстанция падает на Константа, он начинает страшно кричит, выгибаясь. Нила и сама едва не закричала, чувствуя его боль. Не полностью, не до конца, лишь отголоски, оборванные прервавшейся связью. Крик Константа все продолжался и продолжался, переходя в хрип, но даже в страшной агонии он пытается защитить остальных и не передать им и толики своих мучений.
Амира зло заскрипела зубами, в отличие от Нилы, которая и знать не знала, что это за пленка, она прекрасно поняла, что это такое.
— Значит, на твою защиту даже ее бестолковые прихвостни встали?! Думаешь, мир тебя принял, да? Не надейся даже! Я уничтожу твоих друзей, уничтожу этот мир, а ты на все это будешь смотреть. И умрешь самая последняя.
Амира резко развернулась и вскинула руки. Огромный по своим размерам шар ее магии завис в воздухе…
Женщина взглянула на троих смертных, одна из которых была без сознания.
И растерянно заморгала…
«Сукхат.» — Руки ее дрогнули и шар сорвался. Он летел на большой скорости. И две женщины замерли, следя за его полетом. Одна, в ужасе, широко раскрыв глаза, вторая — с широко раскрытым в беззвучном крике ртом.
Он летел. Приближался.
Миай усилил щит, надеясь на невероятное спасение.
И оно пришло — магический сгусток, отклонившись от первоначально заданной траектории из-за дрогнувших рук Амиры должен был пролететь мимо.
Облегченно выдохнули не только Миай и Ткахт, но и Амира с Нилой.
И тут случилось то, чего никто не ожидал.
В той стороне, куда летел шар, на самом краю большой поляны открылся портал и в нем показался силуэт высоко мужчины.
Доли секунд понадобились на то, чтобы Нила узнала Вана и стала кричать, предупреждая его об опасности.
Доли секунд понадобились на то, чтобы Миай принял решение, почувствовав нарастающий животный ужас Нилы. Она знала последствия удара этого шара. Она видела. И понимала, что Ван живым не останется.
Доли секунды.
И наперерез шару изо всех сил прыгнул крупный изящный барс.
Доли секунды.
И он, пересекаясь в прыжке с черным магическим заклятием, вспыхнул огромным огненным шаром и осыпался пеплом на жухлую темную траву. Практически под ноги, ослепшему от интенсивного свечения, сбитому с ног магической отдачей, сильфу.
Нила раньше и не подозревала, что едва возникшие и расправленные крылья могут, могут настолько безжалостно отобрать. Обрубить. Искромсать. Кинуть под ноги и втоптать в грязь.
От шока она даже не ощутила боли разрыва связи.
Она не чувствовала ни боли потери, ни черной бессмысленности существования.
Злость и ненависть распирали девушку изнутри.
Она задыхалась от этой ненависти.
Уничтожить.
Вот и все, на что она была сейчас способна. О чем думала и к чему стремилась.
Амира, с искаженным лицом обернулась к девушке, черная мгла всколыхнулась и спеленала тех, кто присутствовал на поляне. Практически всех.
Кроме проморгавшегося сильфа-некроманта и невысокого худощавого мужчины, скромно восседавшего на нижней ступени храма и внимательно наблюдавшего за происходящим, даже не пытаясь вмешиваться в борьбу.