Чтение онлайн

— Куда тебя отправили? — Нила с интересом покосилась на вскрытый конверт зеленого цвета в руках однокурсника.

— Закатная Роща. Это практически на границе с орками. Тепло, озера, шаманы с травками, полуголые пляски с бубнами. Красота!

Кошак широко улыбался.

— Давай, свой вскрывай! — Ненасытный оборотень легко подергал девушку за прядь волос и муркнул в ухо, разжигая вибрацией тепло внизу живота.

Нила, волнуясь до дрожи в руках, вскрыла свой зелено-черный конверт, с преобладающим зеленым. Внутри оказался кусок белой плотной бумаги с одним словом: «Фантэй».

Глава 3

Все тепло, навеянное предвкушением, общей радостной атмосферой и, без утайки, мурчанием оборотня на ухо, тут же выветрилось. И на его место пришло противное, холодное и склизкое ощущение полной задницы.

Посмотрев на внезапно побледневшую до упыриной синевы девушку, Миай выхватил клочок бумаги из ослабевшей руки и вгляделся в написанное.

— Они не могли так с тобой поступить. — Враз утративший весь свой задор парень с сочувствием смотрел на Нилу.

— Как видишь, могли, — почти прошептала девушка дрогнувшим голосом.

— Может подойти к ректору? Все-таки практика на границе с эльфами…

— Ты сам слышал, что он сказал. Ни пересмотреть, ни обменять… Да и с кем обмениваться? Разве что с боевиками и некромантами? Целителям нашего витка нельзя в зону боевых действий… — Почти обреченно произнесла девушка.

— Так, не раскисать, пойдем ка отсюда. — Оборотень взял Нилу за руку и стал выводить из зала, подальше от галдящей толпы восторгающихся своими назначениями студентов.

Они остановились в боковом коридоре, ведущим в учебные залы некромантов. Помещения пустовали, лекции завершились и студентам полагался заслуженный отдых перед ночными практиками.

— Ты знаешь, а ведь я только сегодня утром обсуждала новости с пограничья вместе с наирой Соней, нашей кухаркой. Вернее не совсем их, а возможные военные действия на границе с эльфами. А тут смотри, прям неожиданная милость — двойное попадание! Фантэй — единственный крупный город в приграничье, почти на границе сразу и с сильфами, и с эльфами. Если война все-таки из вялотекущей перейдет в активную, то там я и издохну… — Нарисовала себе весьма мрачное будущее молодая целительница.

— Да, перспективка так себе. Так и хочется спросить у Судьбы, куда она вообще смотрела, когда распределяла учеников? Знаешь, а давай обсудим это с Покровителями… — Кошак, как и все оборотни, не мог долго печалиться и уже стремился куда-то бежать и что-то делать.

— Это, прости, как? — Озадаченная предложением, Нила даже забыла от такого безумного заявления, что ей положено страдать.

— А вот так: возьмем сейчас в трактире шипучку из черницы и винных ягод. Знаю я тут одно место, недалеко, такую делают — закачаешься! А потом пойдем в храм Всех Покровителей, им пожертвуем, да и себе настроение поднимем.

Миай уже тянул Нилу на выход из академии.

— Тебя сильфы в детстве выкрали и по голове стукнули, такое предлагать? Для каждого Покровителя свой дар нужен! А ты хочешь всем только вино пожертвовать?!

— Думаешь, Покровители не пьют? — Лукаво улыбнулся Миай. И снова потянул Нилу за руку, — пойдем, будет весело!

Видимо, бешеная кошачья энергетика так ударила по мозгам девушки тоже, что она бодро пошла за оборотнем, как вьючное животное за погонщиком. На самом деле, что несказанно обрадовало Нилу, в сам храм идти не пришлось, по глотку вина они с Миаем налили в небольшие углубления при маленьких статуях Покровителей. Сами статуи находились в глубине парка, за храмом. Кто и зачем их туда поставил, ребята не знали.

Миай утверждал, что нашел эту беседку совершенно случайно, соблазняя какую-то очередную жертву его озабоченной харизмы и затаскивая ее подальше от любопытных глаз. «Не на главных же тропинках этим заниматься», — возмущался оборотень недогадливости Нилы.

Шипучка и правда «качала». После одного кувшина в трактире и еще половины на широких ступенях храма, качалось все: храм, ступени, деревья, дома, прохожие, Миай и, кажется, сама Нила.

Сознание плыло в тумане. Жемчужная дымка мягко обволакивала и давала ощущение покоя и одновременно возбужденного стремления, не привязанного к действию.

— Как тебе мой сюрприз? — Спросил туман высоким мелодичным голосом. Женским? Мужским? Не понятно.

— Сюрприз? Какой сюрприз? — Нега и полудрема не отпускали, дымка все больше укачивала и убаюкивала.

Туманный смех рассыпался хрусталиками:

— Не вздумай отказываться, пусть и будет возможность. Выбирай приграничье. Там твоя судьба.

Туман рассеялся и на смену умиротворению пришло ОНО! Тяжелой поступью отряда вооруженных гномов в Нилину голову пробралось похмелье.

— Нила, не дергайся. Давай еще поспим. — Хриплое в макушку.

Это первое, что она услышала, после того, как с трудом разлепила слипшиеся глаза и вяло помотала руками и ногами, пытаясь скинуть какие-то тяжелые предметы со своей груди и с нижних конечностей.

— Покровители, Миай, а ты что тут делаешь? — Нила с трудом отодвинула кошака и попыталась сесть в постели.

Общажные кровати не были рассчитаны на двоих и пространства возле стенки оставалось «чуть-чуть и только бочком». Оборотень занимал большую часть спального места, еще и навалился на девушку горячим телом. Поэтому ли, то ли по причине активных «жертвоприношений» накануне, сесть хоть сколько-нибудь грациозно у Нилы не получилось.

Повозившись и потершись спиной вдоль стены, Нила все-таки приняла более-менее удобное положение и задумчиво посмотрела на оборотня, затем на соседние кровати. Горины в комнате не оказалось, кровать заправлена. Занавесь вокруг кровати оборотницы опущена. Возможно, Дельфина еще спала.

Так, Миай в штанах, она, Нила, — в изрядно помятой форме, которую и надевала на распределение. Значит, просто спали.

Облегченно выдохнув, Нила решила разбудить засранца, который мог и бы к себе добраться, не в город же обратно идти надо было, а всего лишь этажом выше.

— Эй, Миай! Кошак, вставай! — Нила легонько потрясла мужчину, ухватив за предплечье.

— Нила, имей совесть, дай поспать! — Миай ловко ухватил девушку за талию и перекинул на пол. — Оооо, даааа! — Оборотень с наслаждением раскинулся на кровати. — Наконец хоть лягу удобно.

Кошачье мурлыканье сменилось на строгий и требовательный тон:

— Нила, делай, что хочешь, но меня не трогай, я и так надорвался, пока тебя в корпус нес, с тебя причитается.

«Интересно, а который сейчас час?» — Пришедшая в голову мысль была на руку практически сразу уснувшему целителю, но серьезно обеспокоила девушку. Ночную смену в Страже никто не отменял, и о своем отсутствии заблаговременно она не предупреждала.