Чтение онлайн

Наконец, они пришли. Лифт бесшумно поднял их на 8 этаж.

– Проходи.

– А родные не будут против?

– Я живу одна, родные бывают, к сожалению, не часто, – с грустью добавила она. – Ты сходи в душ, а то вся спина, наверное, чёрная. Полотенце на полочке возьмёшь. Брюки и рубашку я у тебя потом заберу. И извини, мужской одежды у меня нет.

Закрыв кран, Меркулов пошарил взглядом в поисках полотенца. Салатовое с бабочками…

– Слушай, а другого полотенца нет? Тёмно-синего или коричневого?

– Нет, есть ещё сиреневое и жёлтое с тюльпанами.

Лёха вздохнул, оборачивая полотенце вокруг талии: "Хорошо, что не розовое со слониками!" И вышел из ванной. Она уже переоделась в домашнее платье и выглядела уютной. Забрала его грязные вещи, великодушно не стала шутить по поводу бабочек, скользнула взглядом по Меркулову:

– Не парься, спасатель. Такую великолепную фигуру ничто не может испортить. Что будешь пить: чай, кофе?

– Чай, пожалуй, чёрный, с сахаром. А лимона нет случайно?

– Где-то был в холодильнике.

И ушла ставить чайник. Из кухни доносились мерное жужжание стиральной машины, потрескивание тостера. Засвистел на плите чайник. Меркулов прошёлся по комнате, остановился у рамок на стене. "Лее Тураве от Светланы Захаровой. Мечты должны сбываться!"

В другой рамке были билеты театра "Ла Скала" на балет "Жизель". "Значит, её зовут Лея: редкое имя. И, похоже, она фанатеет от балета". В дальнем углу, за креслом, Алексей наткнулся на гитару в чехле.

– Ты на гитаре играешь? – крикнул он хозяйке.

– Нет, она для гостей. Доставай, если хочешь.

Меркулов взял гитару в руки.

– Ого, приличный инструмент, и звук шикарный.

Алексей сам писал песни и исполнял их на английском и на русском. С первого курса был востребован на всех концертах в Академии. Но сейчас просто проиграл пару мелодий и отложил гитару. Лея появилась с большим подносом с чашками, бутербродами, вареньем, фруктами. Алексей подскочил и, забрав поднос, поставил на стол.

– Красивая музыка. После чая сыграешь ещё?

– Хорошо.

Меркулов хрустел горячими бутербродами, прихлёбывал чай с лимоном и смотрел на Лею: она только пила чай и налегала на дольки лимона.

– Складывается впечатление, что кроме лимона вся пища отравлена. Ты ни к чему не притронулась… Мне уже страшно.

Лея рассмеялась, отломила у Лёхи кусочек тоста и отправила в рот:

– Так спокойнее?

– Вполне. А… можно спросить, имя такое редкое тебе кто дал?

– Отец. И совсем оно не редкое. В Грузии.

– У тебя отец грузин? – поинтересовался Меркулов.

– Нет, как раз папа русский. Мама из Тбилиси. Турава – это старинная грузинская фамилия. Они договорились: родится мальчик, будет Наумов, родится девочка – Турава. Родилась я.

Запищала стиральная машина, призывая освободить её, и девушка вышла. Вдруг послышался звук открывающихся дверей лифта, щёлкнул замок входной двери, и чей-то приятный мужской голос спросил:

– Лисёнок, ты дома?

Саша Байер, снимая кроссовки, заметил бежевые лодочки Леи: "Ты дома!" И , проходя в комнату, снова крикнул в глубину квартиры:

– Доставка продуктов на дом. Нет, ну меня сегодня кто-нибудь обнимать будет?!

Лея уже бежала к порогу. Не давая поставить тяжёлые пакеты, она повисла на статном красивом парне и поцеловала его в щёку:

– Сашенька!!! Ты почему не позвонил?

– Я заехал, но мне сказали, что репетиция уже закончилась, – сказал Байер, ставя пакеты на пол, обнимая Лею за талию и отрывая её от земли.

Меркулову стало вдруг очень неловко, захотелось одеться и уйти. Он был тут явно лишним. Лёха встал. "Где она развесила мои вещи? В ванной? Скорее всего…"

И тут Байер увидел Алексея. Взгляды парней встретились. Сашкины глаза скользнули вниз по фигуре непрошенного гостя, не пропуская ни единой мелочи: ни мокрых волос, ни краешка плавок, выбившихся из-под полотенца, ни прокаченной мускулатуры. Про себя Байер отметил, что парень не стушевался, держится уверенно, с достоинством, но без вызова. А ведь ситуация очень щекотливая…

Не меняя тяжёлого взгляда в упор, Саша обратился к Лее:

– Пойдём на кухню, поможешь мне пакеты разобрать.

Когда дверь на кухню плотно закрылась, Байер обратился к девушке:

– Лея, это кто?!

Байер, взбешённый сначала, сейчас пытался разобраться в происходящем. Набить морду он ему всегда успеет. Будет сложно, судя по хорошей физической форме парня, но он, Байер, это сделает, если его сестрёнку попытаются обидеть.

– Я повторяю, кто этот парень, Лея? Как его зовут?

– Не знаю, он не успел представиться…

Байер поперхнулся:

– Лея! У тебя по квартире расхаживает полуголый мужик, а ты даже с ним не знакома?!

На пороге кухни возник Меркулов.

– Не кричи на Лею. Она правда, не знает, как меня зовут. Не нужно заставлять её оправдываться, тем более, что она ни в чём не виновата: просто напоила меня чаем и постирала мои вещи.

Прислушиваться не было необходимости – говорили громко. Он не мог допустить, чтобы у девушки были проблемы из-за него.

– Алексей Меркулов, курсант Академии МЧС, 4 курс. Ещё есть вопросы?

Потом Лёха обратился к самой Тураве:

– Спасибо, я наверное, пойду. Мои брюки и рубашка в ванной?

Сашка понял, что его подозрительность была на пустом месте, и Лее не только ничто не угрожает, а наоборот, парень встал на её защиту. Словом, повёл себя как мужик. И ещё МЧС… Это то, куда Байер собирался после факультета психологии. Цель, что маячила впереди, – быть психологом МЧС.

Лея встала за спиной сидящего Сашки, положила ему руки на плечи:

– Лёш! Пожалуйста, не обижайся! Саша очень боится за меня, готов порвать всех потенциальных обидчиков, как Тузик грелку. Мы с ним выросли вместе, он мне с детства вместо брата. Ты не представляешь, какой он удивительный!