Чтение онлайн

На пустых полутёмных улицах — ни прохожих, ни автомашин.

Густая.

Ночная.

Непроницаемая тишина.

Потому так далеко-далеко слышен храп цирковых сторожей.

Так крепко спали сторожа, что не слышали и не видели, как мимо них скользнули одна красная и четыре чёрных тени.

Скользнули туда, где жили птицы и звери.

Те мигом очнулись и замерли, прислушиваясь к голосам вошедших.

Стукнувшись головой о какую-то железяку, Фомка заворчал:

— Тут можно покалечиться! Безобр-рразие, как темно!

— Не слышно ничего, как под водой, — Артос потряс сердито головой.

— В этой железной, вонючей берлоге голову можно оставить и ноги, — поддакнул Мишка.

— Эй вы! Где тут львы?! — крикнул Ромка Ромазан.

— Мы тут! — ответил сразу Эд. — Зажгите-ка скорее свет. Красный Лис нашарил выключатель. Вспыхнул свет. Что тут началось! Ни сказать, ни описать.

От радости львы обнимались. Прыгали. Кувыркались. Лапы тянули. Кричали:

— Ромка! Привет! Мы вас ждали!

— Фомка, здорово! Хвост твой на месте?

— Мишка! Какие принёс ты нам вести?

— Здравствуй, Артос! Лапу давай!

— Эй, Красный Лис! Не зажги наш сарай!

— Где Каррыкарр?

— Сторожит сторожей. В путь собирайтесь. Да поскорей, — ответил Ромка.

— А Орангул?

— Орангула в паучка превратили. Всем зверям свободу воротили, — ответил Красный Лис.

— И деревьям, и цветам. И, конечно же, вам! — договорил Фомка, поднимая хвост восклицательным знаком.

Львы обнялись и трижды прокричали «Ура!».

А Ромка тем временем, чуть отступив от клетки, негромко выговорил заклинание:

— Крупбарело. Колдовело. Тири... Тури... Тах... Размыкайся. Разлетайся. Рассыпайся в прах...

Послышался лёгкий треск, и клетка, в которой сидели львы, растаяла. Будто и не было никогда этих толстенных железных прутьев.

Пять освобождённых. Пять ликующих. Пять могучих львов обступили друзей.

И давай им лапы жать. И давай их обнимать. Нежнонежно в нос лизать.

Потом львы выстроились в шеренгу и самый старший и самый сильный лев по имени Эд запел:

Все говорят: я — царь зверей, И мне должны служить, А я хотел бы без царей И без холопов жить. Будь ты хоть кроха-бурундук Иль малая пичуга, Ты всё равно мой добрый друг, И, коль тебя обидят вдруг, Я заступлюсь за друга...

Пять львов грянули хором:

Долой царей! Не надо слуг! Скорее встанем в общий круг. Пусть кто-то запоёт. За друга грудью встанет друг И от беды спасёт...

Песенка так понравилась Ромке, Фомке, Артосу, Мишке и Красному Лису, что они ещё раз пропели её все вместе.

— Пора в путь, — сказал Ромка. — Скоро рассвет.

— Давно пора, — промолвил Эд.

И все направились к выходу.

Как вдруг...

Как вдруг раздался тихий всплеск. Как будто морская волна накатила на песчаный берег и снова сползла в глубину.

«Откуда здесь вода?» — подумал Ромка и тут же увидел в клетке громадный железный чан. Целое озеро с железными берегами.

В озере лежал кто-то длинный и зелёный. И глядели на Ромку два большущих, выпуклых, очень грустных глаза.

Кто ты? Чего хочешь? — сочувственно спросил Ромка. Тут заговорил Зелёный Крокодил:

Я вырос в Ниле. В целом мире Нил всего один. Я спал на мягком тёплом иле, Жил, как господин. Я плыл туда, куда хотел, Когда хотел, я спал и ел. Теперь живу в корыте, Как бессловесный раб. Спасите! Помогите! Я гибну! Я ослаб...

И Зелёный Крокодил слёзы молча проглотил.

Но они потекли снова. И в грустной тишине было слышно:

Кап...

Кап...

Кап...

Это падали в чан крупные, солёные, тяжёлые Крокодиловы слёзы.

У Ромки от сострадания перехватило дыхание.

Фомка горестно вздохнул и хвостом слезу смахнул.

— Крокодил. — сказал Артос, — тоже зверь. Кто ж утешит его бедного теперь?

Красный Лис сказал:

— Конечно. Будет мучиться он вечно.

— Нет! — воскликнул Мишка. — Нет! Мы Крокодила не бросим!

Самый старший и самый сильный лев по имени Эд согласился с Мишкой.

Повернулся Ромка к клетке, в которой плескалось маленькое озеро с железными берегами, а в озере плавал Зелёный Крокодил. И снова произнёс заклинание.

Распались, будто растаяли, железные прутья решётки.

— Вылезай живо! — сказал Ромка Зелёному Крокодилу. — Пошли!

— Я лишь в воде умею жить. Мне надо плавать — не ходить, — горестно ответил Зелёный Крокодил.

— Ну уж. Это уж. Совсем уж. Никуда уж, — вконец расстроился Ромка, не зная, что же делать теперь.

— Понесём его вместе с озером, — предложил Мишка.

Пять львов, Мишка, Ромка, Фомка, Артос и Красный Лис взялись за огромный железный чан, в котором плавал Зелёный Крокодил. Еле подняли чан, пронесли шага четыре и остановились.

— Нет! — промолвил Эд. — Нам его не унести. Может, можно увезти?

А Зелёный Крокодил снова две слезы пролил. И сказал негромко он:

— Унесёт меня лишь слон.

Тут зашевелился Слон. Как огромный дом.

Сарай качнулся, накренился и едва не развалился.

Слон вздохнул:

Ох-ох-хо! Ох-ха-ха! Жизнь моя совсем плоха. Я никого не обижал И никого не трогал, По жаркой Африке гулял Своей себе дорогой. И вдруг меня схватили, В клетку посадили Да ещё железной цепью К полу прикрепили...

— Ну уж. Это уж... — решительно начал Ромка и, не договорив, повернулся к клетке несчастного Слона.