Чтение онлайн

Все это Камышов вспомнил, когда они с руководителем области прохаживались по поляне. Камышов ничего не рассказал своему спутнику о том, как натолкнулся здесь осенью в снегопад на машину и людей, он только отметил примерно, где стоял сам, где машина и люди с топорами. А спутник его, расстегнув пиджак, заложив руки за спину, ходил рядом и тоже молчал, но вид у него не был озабоченным. С неясной улыбкой оглядывал он поляну, березы, останавливался послушать дроздов, трещавших на черемуховых кустах, забыв, видимо, кто он такой, отстранившись, хотя бы на два часа, от кабинета, телефонов, больших и малых забот, чиновников своих, от всего того, что называлось государственной службой. Камышову подумалось, что, быть может, человек этот за пятнадцать лет жизни в городе впервые гуляет вот так, сам по себе вроде бы, без свиты. Возле Камышов, но он не докучает, его будто бы и нет вовсе. И жалко Камышову стало его…

— А что если мы превратим рощу в парк культуры и отдыха? — повернулся руководитель области. — Дорожки, скамейки, фонари. Облагородим. Окультурим, вернее. Тогда и безобразий будет меньше. Как вы?

— Только не это! — воскликнул Камышов. Такой поворот в разговоре он предвидел и боялся его. — Зачем? Есть городской сад в центре, есть сад на берегу реки. Достаточно для города. А это — роща, естественный лес. В скольких городах ни приходилось бывать, ничего подобного не встречал. Вся суть в том, чтобы оставить рощу в своем состоянии, в первоначальном. Навести порядок — да. Засыпать овраг, собрать, вывезти мусор. Закрыть въезд всякому транспорту. Запретить порубку, разжигание костров, посадку картошки. Запретить пасти коней, косить траву. А гулять — пожалуйста, пусть себе гуляют, как в городском саду. Время от времени и дежурных назначать, для острастки. Назначить ответственных, контролировать. Напомнить заводу, что роща давно закреплена за ним. Есть документы…

— Хорошо, мы подумаем, — сказал руководитель области. — Но ограду, на мой взгляд, все же следует поставить. Легкую, ажурную, достаточно высокую ограду. Со стороны дороги, хотя бы. Это будет дисциплинировать в какой-то степени, а? Вы согласны со мной? Давайте ваши предложения. Та-ак, где же мы сейчас с вами ходим?..

Разговаривая, они медленно продвигались к дороге, к машине.

— Я вас вот о чем попрошу, — продолжал руководитель области. — Вы заняты завтра? Найдете время некоторых товарищей поводить так же вот, как и меня, по роще? Показать? Я хочу, чтобы руководители города да и области знали, что в городе нашем есть такая редкость, такая красота — роща. Договорились? Вам позвонят. А после мы решим, как поступать дальше. Но вы не переживайте, все будет хорошо. Сохраним… сбережем… Все сделаем, что необходимо.

Машина подвезла Камышова к дому. Руководитель области пожал руку, прощаясь. Поблагодарил еще раз, передавая приветы домашним Камышова. Пожимая руку, он улыбнулся, и улыбка совершенно меняла его лицо. Камышов не знал, понравился ли он своему новому знакомому, но тот ему понравился, и очень. Был прост, вежлив, улыбчив. Разговаривая, не разыгрывал вельможу.

Дальше события развивались таким образом. Вернувшись к себе, руководитель области собрал в кабинете наиболее ответственных работников, а собрав, спросил, знают ли они о том, что в городе есть такая-то роща. Ответственные работники дружно ответили, что, понятное дело, знают, как не знать. Тогда руководитель области спросил, бывали ли они в роще. Подчиненные ответили и на это утвердительно, что да, разумеется, бывали. Кто и когда был в последний раз, последовал новый вопрос. Ответственные работники замялись. Многие из них вообще ничего не слыхали о роще, некоторые что-то слыхали, но бывать в ней не приходилось. Роща? А что за роща? Да еще в городе! Сквер, вероятно. Мало ли в городе различных скверов! Да нет, не сквер, чувствуется…

— Ну, так вот что, — продолжал руководитель области, — завтра с утра будет у вас экскурсия по роще. О впечатлениях своих и соображениях расскажите. Все. Сбор в девять. Поведет вас…

Наутро Камышов водил делегацию из ответственных работников. Человек двадцать было их, не меньше. Шли они по роще гуськом, по рангу, что ли, не забывая, кто из них есть кто, оставив черные и белые машины возле дороги. Позади всех и даже в стороне чуть, шел Камышов. Он был здесь совсем не нужен, никто не обращал на него никакого внимания, никто его ни о чем не спрашивал. Да никто и не знал, кто он такой. Камышов все это видел и понимал, ему было тошно, хотелось плюнуть и уйти. Но он обещал руководителю области повести и показать. А они прекрасно обходились без него.

Впереди, опустив беловолосую голову, с искаженным от внутренней болезни и недовольства, что оторвали его от важных дел, лицом, быстрыми шагами двигался мэр города. Пройдя краем до оврага, не углубляясь особо, пробыв не более получаса, мэр круто повернул к машине, сказав, что ему некогда, а с рощей все ясно. За ним потянулись остальные, каждый к своей машине. Камышов ушел к роднику, лег в траву под широкий таловый куст, долго лежал, глядя в небо, слушая слабый шорох листвы. Ни о чем не хотелось думать. Через несколько дней ему опять позвонили. Самая высшая областная инстанция, среди прочих вопросов, рассматривала вопрос о состоянии рощи и других зеленых насаждений в черте города. Камышова приглашали как лицо заинтересованное. Народу сошлось порядочно, кое-кто откровенно нервничал. Вот попросили всех войти в зал. Впервые Камышов видел такой зал заседаний. Он опустился на сиденье в задних рядах. Далеко впереди, на сцене, за длинным столом сидело несколько человек, в центре — руководитель области. Он перечислил фамилии тех, кто должен был выступать.

Первым по роще давал объяснение мэр города. Выйдя на трибуну, мэр признал газетную статью объективной, обещая в самом скором времени коренные изменения в судьбе рощи. Выступало еще несколько человек. Из речей их выяснилось, что все они очень любят природу, готовы защищать ее до последнего дня своей жизни, а уж что касается рощи, то тут иного мнения просто не может быть.

Было принято соответствующее решение, суть которого сводилась к следующему: навести в роще надлежащий порядок, следить за ней, поручив все это властям района, на территории которого расположена роща. Камышов был обрадован, что дело сдвигается. С таким чувством он и ушел.

Это было в августе. В сентябре, до дождей, школьники, студенты, частью заводские рабочие очистили небольшое пространство близ трассы, посадили березки, очистили предзаводскую зону, свалив собранное на берегу оврага, где уже высились холмы из отходов. Поставили знаки, запрещающие въезд всем видам транспорта. Укрепили щиты с надписями. Надписи разъясняли, что собой представляет данная роща, и призывали граждан беречь и охранять ее. Знаки скоро исчезли — поставили новые. Фанерные щиты с надписями сломали. Тогда на большом закрашенном листе жести написали нужные слова заново, лист приварили к двум трубам, а трубы глубоко вогнали в землю. Но машины не обращали внимания на знаки. Однажды на поляне самосвал свалил полный кузов битого стекла — отходов электролампового завода. Свободно проехал по всей роще, спустился к речке, разгрузился, свободно выехал.

Потом начались дожди, заморозки, выпал снег. За зиму все обо всем забыли. А весна была затяжная, сырая, в мае долго шли дожди, и можно было, при желании, сослаться на непогоду, что вот она мешает провести необходимые работы в роще. Но и в июне, когда подсохло, никто, кроме Камышова, не беспокоился особо. Раза два еще он встречался с руководителями района, напоминал. Они оживлялись. Да, конечно же, помнят. Сейчас большая занятость, а как лишь появятся просветы, непременно займутся. Ближе к осени. Точнее, к зиме. После уборочных работ. Машины освободятся, люди…

Закончилось лето, закончилась осень, наступила зима. Завалило снегами город, завалило, забуранило рощу. Год минул, но изменений заметных в жизни ее не было. В верховье оврага свозили и сбрасывали отходы, овраг расширялся, обваливаясь краями, падали в овраг деревья. В роще ломали веники, жгли костры, сажали картошку, пили. Спилили, увезли две великолепные сосны, никто на это не обратил внимания, никто и не узнал об этом, кроме Камышова. И Камышов понял, что бьется впустую.

А весной, перед майскими праздниками, руководитель области надумал проверить, как выполняется принятое по роще решение. И приехал в рощу. Но не один, человек тридцать подъехало следом на машинах, автобусе. Кроме руководства, собраны были основные городские службы, имеющие отношение к благоустройству, начиная с управления коммунального хозяйства. Пригласили и Камышова, к удивлению его. Когда он пришел, все были на местах.

Предзаводской территорией, невыровненной и заросшей бурьяном, прошли от дороги к дальнему оврагу, и там, стоя спиной к оврагу, лицом к подчиненным, руководитель области стал выслушивать всех по очереди. Камышов находился поодаль, поглядывая сбоку на приехавших. За прошедшее время руководитель области изменился. Теперь Камышов видел перед собой пожилого утомленного человека, самоуглубленного до рассеянности. На нем были плащ, шляпа. Слегка опустив голову, он думал о чем-то своем, как бы отстраняясь (настойчиво поговаривали о его скором отъезде) уже от области и города, где было столько прожито и сделано столько. А может, ему нездоровилось.