Чтение онлайн

Я стал осознавать что моей мечте об уютном и тихом домике под кронами заснеженных деревьев осуществиться не суждено и я стал думать о возвращении в Колорадо. Однако я медлил поскольку еще надеялся что что-то может быть еще изменится и что мы снова сможем жить в мире и согласии. В конце-концов, этот дом был единственным местом где я мог жить.

Я уже стал привыкать к нему и стал думать что бы я мог сделать, чтобы превратить его в человеческое жилье.

Однажды утром S завела разговор, точнее монолог, перечисляющий мои грехи и недостатки. Я уже много раз слышал подобные высказывания в свой адрес. Однако на сей раз монолог закончился словами: "Собирай свои вещи и уезжай. Навсегда". Я осторожно заметил ей: "Ты взяла мои деньги и теперь выгоняешь меня из дома". Она подумала немного и согласилась: "Да, похоже на это". Я сейчас думаю что может все это так и было задумано изначально.

Вечером она уехала к матери на ночь, а я остался снова один. В комнате было темно, за большими во всю стену окнами чернел лес, а в камине слабо трепыхался огонек догорающего полена. Я сидел и размышлял что делать, какой я выход могу найти из этой по сути свершившейся катастрофы.

Внезапно раздался телефонный звонок. Это звонили мои знакомые из Колорадо, те самые которые впервые пригласили меня в Америку, беспокоились, спрашивали как я живу.

Я расплакался и рассказал что происходит со мной. Тогда мне сказали - "Приезжай к нам. У нас есть где жить".

"Исход"

Мне приснился сон. Я иду посредине грязной дороги и толкаю впереди себя тележку с моим скарбом. Ночь. С левой стороны дороги дома у которых светятся желтые окна. Я слышу неясные голоса. Там жизнь, там уют, там люди. С правой стороны дороги кромешная темнота. Впереди тоже темнота. Внезапно все окна погасли, голоса замолкли, и я очутился один в полной темноте. Сердце сжалось от невероятной тоски. И хоть это было во сне, я до сих пор помню и буду помнить всю свою жизнь это тяжелое чувство. В темноте я продолжаю идти вперед со своей тележкой, тщательно ощупывая ногами дорогу чтобы не провалиться. Внезапно посреди темноты я вижу отца S. Во сне я вспоминаю что прошлой весной он застрелился в грязном мотеле. Ему не на что и негде было жить. Он выстрелил себе в глаз из духового ружья. Дробина повредила сознание, но не нарушила физиологические функции. В госпитале его подключили к аппарату для искусственного поддержания жизни. Когда S приехала, ей сказали что в таком состоянии он может существовать очень долго и спросили ее разрешения отключить аппарат. Она согласилась. Ее спросили еще, могут ли они взять его кожу. Он согласилась. Аппарат отключили при ней и она уехала.

Во сне я думаю, все что произошло, это неправда. Он живой. Он стоит у обочины дороги, опираясь на палку и говорит мне: "Не бойся, Лев, иди вперед, я тебе помогу".

Я проснулся.

Было пять утра. S крепко спала. Я тихо встал, оделся, попил воды, сложил в багажник кое что из одежды, компьютер, несколько книг и немного еды. Оставил S открытку. Погасил свет в доме, запер за собой двери на ключ, сел в машину, включил зажигание и слегка тронул педаль газа. Шины тихо зашуршали по гравийной дорожке. Было совсем темно. Позади чернел силуэт моего дома, впереди чернела дорога в Колорадо. А где-то совсем далеко, "за морями, которым конца и края" оставался мой дом, который я покинул в поисках лучшей жизни. Очевидно не той, которую мне приходилось переживать в данный момент.

Эпилог

Иногда я спрашиваю себя: "Ну что, Лев, достиг ты чего хотел, удалось тебе реализовать себя в этой жизни?", и говорю сам себе: "В какой-то степени да, удалось. Хотелось бы больше, но спасибо судьбе и на этом. Я дальше спрашиваю себя - зачем тебе все это надо было? Пройдет немного лет и твое имя бесследно исчезнет из анналов цивилизации, как и сама цивилизация в свое время исчезнет с лица Земли, этой маленькой, крошечной пылинки, затерявшейся в бескрайних пространствах Вселенной. Есть ли в этом мире то ради чего действительно стоит жить? Любовь и преданность - это иллюзия, или они были запрограммированы во Вселенной еще с момента Большого Взрыва? Я не знаю ответа.

За свою жизнь в Америке я многое узнал и многому научился. Мое европейское и восточно-азиатское культурное образование пополнилось еще и знанием американской культуры, знанием ее традиций и обычаев; я познал тонкости преподавания в американских колледжах и стал хорошим профессором; я зарекомендовал себя как скромный но тем не менее как настоящий ученый. Ну и что? Я, конечно, могу этим гордиться. Однако, сопоставимо ли это с ценой, которую я заплатил за свои достижения? Я потерял свой дом в России, я не сумел построить свой дом в Америке. Я снова один.

Я вспоминаю Орсона Уэллеса: "Мы рождаемся в одиночестве, мы живем в одиночестве, и мы умираем в одиночестве. Любовь и дружба могут создать лишь мимолетную иллюзию того что мы не одиноки". Наверное, Орсон Уэллес прав. Понять эту истину умом можно, однако смириться с ней я не могу. Мне ближе простая истина Арсения Тарковского "...живите в доме и не рухнет дом". И я снова ищу

Кому нести печаль мою,

Какому идолу или богу,

К какому положить порогу

Печаль несносную мою?

Я к дому позабыл дорогу,

На каждый час, на каждый миг

Творю молитвы понемногу,

Но сердцу не хватает Вас,

И в сердце не унять тревогу.