Чтение онлайн

Наконец, еще один пример. В январе 1962 года в Таллине должен был состояться суд над гитлеровскими пособниками, участниками расправ над мирным населением в военные годы. Журнал «Социалистическая законность» – орган прокуратуры СССР – решил дать отчет о процессе. Но как это сделать? Если послать корреспондента на процесс, то отчет мог появиться только в апрельском номере – технология выпуска всякого советского ежемесячника отнимает 75-90 дней. К апрелю все уже успели бы забыть об этом суде, и репортаж, понятно, был бы неинтересен.

Редактор журнала, руководствуясь самыми лучшими побуждениями, решил, так сказать, заготовить материал впрок. В ноябре, за два месяца до суда, он послал корреспондента к прокурору Эстонской ССР, который готовил дело, чтобы взять сведения о предстоящем процессе. Прокурор был польщен вниманием центрального журнала и охотно дал журналисту не только текст своей будущей речи, но и текст приговора – в лучших традициях советской законности приговор был изготовлен задолго до суда. Журналисту оставалось немногое: только дописать, что суровый, но справедливый приговор – смертная казнь для всех обвиняемых – был встречен публикой с единодушным одобрением. Что журналист и сделал.

Январский номер «Социалистической законности» с отчетом о процессе должен был выйти в свет 15 января. Суд был назначен на 2 января с окончанием через три дня, так что все выглядело отлично. Однако в последний момент, по каким-то техническим причинам, открытие процесса отложили на две недели. В Москве об этом не знали, а прокурор Эстонии давно успел забыть о визите столичного журналиста, да и вообще не вникал в журнальные тонкости. Судья, отложивший процесс, тем более понятия не имел, что кто-то заранее списал приговор, – журналист к нему не заходил. Одним словом, суд открылся шестнадцатого. И люди входили в зал, держа в руках свежий номер журнала с отчетом о еще не начавшемся процессе, со смертным приговором и с сообщением о «единодушном одобрении» приговора публикой. Название журнала – «Социалистическая законность» – придавало событию особенно колоритный оттенок.

Конечно, и главный редактор журнала и его заместитель были изгнаны с работы и из партии; конечно, журналист, ездивший в Таллин, был пожизненно лишен права заниматься журналистской деятельностью. По их адресу в ЦК сыпались ругательства – но никто и полслова не сказал о сути дела, о приговоре до суда.

Никто не подумал сказать, что если бы суд не отложили, то действия редакторов и журналиста считались бы вполне нормальными. Наконец, никто не наказал прокурора Эстонии или судью – да и смешно было бы наказывать, ведь они только подготовили «проект» приговора, а утвердили этот проект в том же ЦК!

Достаточно, я думаю.

Покончив с «преступлениями и наказаниями», руководитель совещания переходит к заключительной части – к информации о том, какие законы, решения, постановления будут приняты в ближайшие недели или месяцы. Подобно эстонскому судебному приговору, законы эти заранее пишутся в ЦК. О них говорится так: «Принято решение ввести пенсии для колхозников» или «Решено назначить товарища Н. министром по таким-то делам». Эта информация нужна редакторам для того, чтобы готовить «общественное мнение» и создавать у людей иллюзию, будто законы издаются «в соответствии с пожеланиями трудящихся» (любимая формула передовых статей «Правды»).

Потом редакторы прячут блокноты в портфели и расходятся восвояси, чтобы изложить подчиненным «мудрые указания партии» на следующие 14 дней. И подчиненные с новыми силами принимаются проводить эти указания в жизнь – недаром Хрущев со свойственной ему очаровательной прямотой однажды назвал журналистов «подручными партии».

Рабочий день в центральной утренней газете начинается, как правило, в 11 часов. Садятся на свои места заведующие отделами и центральная фигура каждой редакции – так называемый ответственный секретарь. По должности ответственный секретарь – третье лицо в газете, после главного редактора и его заместителя.

Однако фактически ни редактор, ни замы (их в больших газетах бывает по несколько) над номером не работают, а секретарь делает всю газету.

Придя на работу, ответственный секретарь первым делом просматривает бюллетени ТАСС (телеграфного агентства Советского Союза). Лишь пять крупнейших газет СССР – «Правда», «Известия», «Комсомольская правда», «Литературная газета» и «Труд» – имеют собственных корреспондентов за границей. Но и они пользуются информацией ТАСС очень широко. А для всех прочих газет бюллетени ТАСС – единственный источник иностранной информации. Только в ТАСС ежедневно приходят и просматриваются в секретном отделе западные некоммунистические газеты.

Из сообщений своих многочисленных корреспондентов во всем мире и иностранных газетных статей ТАСС составляет несколько видов бюллетеней. Лишь один из этих бюллетеней, печатаемый на ротаторе лиловой краской, предназначен для воспроизведения в газетах. Давая сообщения из этого бюллетеня в номер, ответственный секретарь вправе только сокращать их, если не хочет помещать полностью. Запрещается изменять хотя бы одно слово.

Секретарь имеет доступ еще к одному бюллетеню ТАСС – так называемому «белому», хотя он печатается черной краской. Бюллетень этот содержит чуть более подробную и более правдивую информацию, однако воспроизводить ее на газетных страницах нельзя. Содержимое «белого» ТАССа служит только для контр-пропаганды – например, для полемических статей газетных обозревателей против тех или иных высказываний западной прессы. Но так как собственные иностранные обозреватели есть у очень немногих газет, то «белый» бюллетень рассылается только этим газетам.

Еще более конфиденциальные сообщения – правдивые обзоры зарубежной прессы – содержатся в «красном» бюллетене ТАСС (он, как показывает название, размножается красным шрифтом). Но этот бюллетень рассылается исключительно главным редакторам нескольких крупных газет и высшим партийным чиновникам – «для сведения». На нем стоит гриф «секретно» со всеми вытекающими отсюда последствиями (см. главу IV).

Насколько мне известно, подобная система организованной дезинформации уникальна и не применялась даже в фашистской Германии.

Понятно, что фильтрация зарубежных сообщений, многоступенчатая их проверка, цензурный контроль и прочее требуют массу времени. Даже тысяча с лишним сотрудников, сидящих в здании ТАСС на Тверском бульваре в Москве, не может справиться со всем этим достаточно быстро. Бюллетени ТАСС дают поэтому информацию суточной, а то и двухдневной давности. Сами журналисты из ТАСС придумали такую шутку.

В здании ТАСС начинает стучать телетайп. Дежурный сотрудник подходит к аппарату и читает выползающую ленту. «Париж, 25 мая. От вашего собственного корреспондента. По сообщению агентства Франс Пресс, в Москве, на Тверском бульваре, горит здание Телеграфного агентства Советского Союза...» Сотрудник бросает ленту и бежит к окну. Он видит, как к зданию подъезжают пожарные машины.

Но, как бы то ни было, у ответственного секретаря газеты нет выбора. Он может поставить в номер только один вид зарубежной информации – тот, что лежит перед ним в «лиловом» бюллетене. И эта информация попадет к читателю только на следующий день.

Для начала ответственный секретарь отбирает те зарубежные сообщения, которые пойдут на первую страницу. Их не очень много, и вся эта работа занимает десять минут. Теперь надо заполнить остальную площадь страницы.

На лежащем перед ним макетном листе секретарь отчеркивает место для будущего клише заголовка, созывает к себе заведующих отделами промышленности, сельского хозяйства и информации и начинает «творить».