Чтение онлайн

Наша страна уже становится межцивилизационным «полем боя» — первыми признаками этого являются неуклюжие попытки лавирования между расходящимися европейскими и американскими, противостояние международному исламскому терроризму, наглядное столкновение интересов США и Китая по поводу восточносибирского нефтепровода.

И российское общество, каким бы слабым и разложившимся оно ни было, вновь становится одним из ключевых факторов развития человечества, ибо цивилизационное столкновение будет осуществляться не просто «на его территории», но внутри него самого. Возможно, оно даже станет его стуктурообразующим признаком.

Мы сможем влиять на развитие человечества не в силу своей мощи, как 15 лет назад, но, напротив, в силу своей слабости, так как полем решения глобальных проблем человечества станет наш дом, наша территория. Мы не просто окажемся «ближе всех» к месту, где будут решаться эти проблемы, но и будем знать его наилучшим образом.

Цена этого «могущества от слабости» — жизнь, ибо любая, даже тактическая ошибка может стать смертельной. В операциональном плане перед российским обществом стоит задача гармонизации интересов и балансирования усилий различных цивилизаций, осуществляющих экспансию на нашу территорию.

Таким образом, внутренняя российская политика в ближайшее время будет инструментом решения не просто международных, но глобальных проблем, — и мы опять окажемся в этом отношении зеркальным подобием США (с той существенной разницей, что они являются преимущественно субъектом, а мы — преимущественно объектом глобальной политики).

В силу этого миссия России ни при каких обстоятельствах не может являться внешней; вектор развития нашего общества направлен вовнутрь, а не наружу. Единственная оформленная идея, связанная с поиском места нашего общества в развитии человечества— «либеральный империализм» — сводилась к попытке превращения России в «региональную державу» на основе реализации на территории СНГ (и ни в коем случае не Прибалтики!) глубоко чуждых как ей, так и ее соседям американских интересов и именно потому была отброшена. Она была изначально обречена на неудачу не только в силу противоположности интересов России и США по целому ряду вопросов, не только в силу неизбежного столкновения на том же пространстве с конкурирующими европейскими интересами, но и из-за элементарной слабости России. Пора изжить «ракетноквасной патриотизм» как частный случай шизофрении и осознать наконец, что у нашего общества просто нет и до решения его внутренних проблем гарантированно не будет реальных ресурсов для осуществления сколь-нибудь значимой политики, направленной вовне.

Миссия России на современном этапе ее развития связана не с внешней экспансией, для которой нет необходимых ресурсов (прежде всего организационных), но в первую очередь с внутренним упорядочиванием и модернизацией.

В силу разрушения технологического базиса России его модернизация создает возможность качественного рывка на основе широкого распространения класса так называемых «закрывающих» технологий, названных так потому, что емкость открываемых ими новых рынков в краткосрочной перспективе существенно ниже емкости рынков, «закрываемых» в результате вызываемого ими повышения производительности труда. Их использование сделает ненужными огромное количество широко распространенных производств и, соответственно, лишит работы занятых на них. Классические примеры «закрывающих» технологий — лазерное упрочение рельсов, способное привести к трехкратному уменьшению потребности в них и к соответственному сокращению их выпуска, а также «нефтяной реактор», позволяющий перерабатывать нефть в бензин без строительства колоссальных дорогостоящих установок и драматически снижающий стоимость последнего.

Пока «закрывающие» технологии в основном сконцентрированы в пределах бывших специальных исследований, проводившихся в СССР. В развитых странах аналогичные разработки частью не велись в принципе (как из-за своей опасности для рынка, так и потому, что рыночная экономика экономней социалистической и не позволяла работать «в стол», разрабатывая конструкции, не способные найти быстрого применения), частью надежно блокировались навсегда при помощи патентных механизмов. (Собственно, и разрушение СССР можно рассматривать как коллективное захоронение всех этих представляющих смертельную опасность для развитого мира технологий — своего рода «оружия массового уничтожения» — в одном гигантском могильнике).

Массовое распространение «закрывающих» технологий не просто разрушит глобальный монополизм, решив проблему его загнивания, но и вызовет резкое сжатие всей индустрии, что приведет к катастрофическим последствиям для большинства стран.

Россия как владелец и, потенциально, основной продавец «закрывающих» технологий, может получить от их распространения наибольший выигрыш, причем не столько деньги, сколько колоссальный политический ресурс. Он связан с принятием решения о том, какие технологии из «ящика Пандоры» и в каких объемах выпускать в мир — и, соответственно, в каких отраслях развитых стран и в каких объемах сворачивать производство. Россия выиграет и как страна, в которой в результате катастрофических реформ объемы производства упали ниже уровня минимального самообеспечения: в этих условиях кардинальный рост производительности приведет не к перепроизводству, а всего лишь к импортозамещению на российском рынке.

Россия является единственной страной мира, для которой все глобальные кризисы являются и внутриполитическими и которая обладает при этом потенциалом, способным оказаться достаточным для отработки моделей и алгоритмов решения этих проблем на уровне внутренней политики.

Мы находимся сегодня в блаженном положении домохозяйки, которая, подметая пол и выметая дохлых тараканов из-под плиты, не просто наводит минимально необходимую чистоту, но и гармонизирует Вселенную.

Российское государство должно со всей решительностью отказаться от химеры ответственности перед кем бы то ни было, кроме своих собственных граждан, — и, проникнувшись этой ответственностью, подчинить их интересам все свои действия, в том числе в области внешней политики.

Необходимо в полной мере использовать современный благоприятный период: с одной стороны, колоссальные запасы свободных денег, с другой — замешательство США, вызванное как внешними, так и внутренними проблемами, бюрократический ступор Евросоюза и обострение цивилизационной конкуренции.

Пассивные и слабые государства, не использующие в полной мере возможности коллективного интеллекта, обречены в этой ситуации на утрату своих позиций. Однако активная политика, опирающаяся на четкий анализ и сопряженная с демонстрацией своей силы, способна кардинально увеличить влияние России и тем самым создать необходимые предпосылки для качественного улучшения ее экономического положения.

Мы должны решительно и настойчиво изменять реальность в свою пользу, а не быть ее заложниками.

Стратегической целью России, обеспечивающей максимизацию ее экономического и политического влияния, должен стать перевод оплаты российского экспорта (как минимум российского сырья и продукции первого передела) на российские рубли. Эта мера обеспечит устойчивый глобальный спрос на них и тем самым создаст прочный экономический фундамент для реального, а не формального (и потому временного и разрушительного для национальной экономики) превращения рубля в полностью конвертируемую валюту. Ее полномасштабная реализация в стратегической перспективе позволит российскому рублю бороться за превращение в мировую резервную валюту, [2] а России — в «срединное царство» человеческой цивилизации и ключевого участника глобальной конкуренции.

Для этого России придется приложить значительные усилия для обеспечения надежной обороноспособности в широком смысле слова, включая защиту от «хирургических» операций по устранению неудобных лидеров и массированной психологической войны. Причина этого проста: неизбежные при достижении ею стратегического успеха потери наиболее экономически развитых сегодня стран (в том числе и коммерческие потери) могут с легкостью толкнуть их на попытки прямого решения «российской проблемы».

Однако прежде всего нам предстоит весьма существенно изменить самих себя, превратив свой образ жизни не только в наиболее эффективный, но и в наиболее привлекательный и одновременно общедоступный из существующих в современном мире.