Чтение онлайн

В январе 1793 г. был заключен русско-прусский договор и произведен второй раздел Речи Посполитой, по которому к Пруссии отходили польские земли (Гданьск, Торунь, Познань), а Россия воссоединилась с Правобережной Украиной и центральной частью Белоруссии, из которой была образована Минская губерния.

Второй раздел Польши вызвал подъем в ней национально-освободительного движения, возглавленного участником борьбы северо-американских колоний за независимость генералом Тадеушем Костюшко. Оно началось в марте 1794 г. в Кракове, а в апреле — в Великом княжестве Литовском. Осенью 1794 г. А. В. Суворов взял штурмом предместье Варшавы Прагу. Восстание было подавлено, Костюшко попал в плен.

В 1795 г. состоялся третий раздел Польши, положивший конец ее существованию. Соглашение было подписано в октябре 1795 г., но, не дожидаясь его заключения, инициатор раздела Австрия ввела свои войска в Сандомир, Люблинскую и Хелминскую земли, а Пруссия — в Краков. К России отошли западная часть Белоруссии, западная Волынь, Литва и герцогство Курляндское. Последний король Речи Посполитой отрекся от престала и до смерти в 1798 г. жил в России.

Воссоединение с Россией Белоруссии и Западной Украины и вхождение в состав России Литвы и Курляндии имели своим последствием то, что прекратились религиозные преследования православных, а католикам была предоставлена свобода вероисповедания. Россия обеспечила защиту извне, чего не могла гарантировать слабая Речь Посполитая, ликвидировалось своеволие польско-литовских магнатов, лишенных права держать свои войска и крепости. Воссоединение с Россией народов, этнически близких русским, способствовало взаимному обогащению их культур.

19 декабря 1795 г.

Божьей поспешествующей милостью Мы, Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская, Московская, Киевская, Владимирская, Новгородская, Царица Казанская, Царица Астраханская, Царица Сибирская, Царица Херсонеса-Таврического, Государыня Псковская и Великая княгиня Смоленская, Литовская, Волынская и Подольская, Княгиня Эстляндская, Лифляндская, Курляндская и Семигальская, Самогицкая, Карельская, Тверская, Пермская, Болгарская и иных; Государыня и Великая княгиня Новагорода Низовские земли, Черниговская, Рязанская, Полоцкая, Ростовская, Ярославская, Белоозерская, Удорская, Обдорская, Кондийская, Витебская, Мстиславская и всея Северные страны повелительница и Государыня Иверских земель, Карталинских и Грузинских Царей и Кабардинских земель, Черкасских и Горских князей и иных наследная Государыня и обладательница.

Нам любезноверным подданным» великого княжества Литовского духовным, благородному рыцарству и земству, городам и всем обывателям.

Присоединив на вечные времена к империи Нашей области великого княжества Литовского [38] в нижеозначенной черте лежащие, а именно, начиная от пределов Волынской Губернии вниз по течению реки Буга до Бржеста литовского и спускаясь далее по течению сей реки до пределов Подляхии, потом простираясь по рубежам воеводств Бржестского и Новогрудекского к реке Йемену против Гродны, откуда продолжаясь вниз по сей реке до того места, где правый берег сей реки входит в области прусские, и наконец, следуя по старой границе королевства Прусского в сей стране до Палангена и до моря Балтийского, так что все земли, города и округи, в сей черте находящиеся, навсегда имеют состоять под скипетром Российской державы, жители же тех земель всякого рода, пола, возраста и состояния в вечном подданстве оного, возложили Мы на Нашего генерала литовского генерал-губернатора князя Репнина от всякого звания обитателей означенных земель принять на вечное подданство и на верность присягу и потом, приступив ко введению управления по образу изданных от Нас учреждений, коими управляются и все губернии империи нашей, представить нам все те распоряжения, которые благу оных надежнейшим образом способствовать могут. Объявляя вам, Нашим любезноверным подданным, о таковом на вечные времена непоколебимо утвержденном бытии вашем и потомства вашего, обнадеживаем притом императорским Нашим словом за Нас и наследников Наших, что не токмо свободное исповедание веры, от предков вами наследованной, и собственность, законно каждому принадлежащая, в целости соблюдены будут, но что от сего времени каждое состояние народное вышеозначенных областей имеет пользоваться и всеми правами, вольностями и преимуществами, каковыми древние подданные российские по милости Наших предков и Нашей пользуются. Впрочем, удостоверены Мы, что вы, имея уже опыты попечения Нашего о благе вашем, сохранением ненарушимой верности Нам и преемникам Нашим и усердием к пользе и службе государства Нашего потщитесь заслуживать продолжение монаршего благоволения. Дан в С. -Петербурге декабря 14-го дня, в лето от Рождества Христова тысяча семьсот девятдесять пятое [39] царствования же нашего всероссийского тридесять четвертое [40] и таврического четвертоенадесять. [41]

Территории современной Латвии и Эстонии с XVII в. до 1917 г. назывались Прибалтикой, Прибалтийскими или Остзейскими губерниями, в то время как Литва и Белоруссия именовались Северо-Западным краем (Западными губерниями).

До середины XVI в. Латвия и Эстония продолжали составлять территорию Ливонского орденского государства. В это государство входило несколько различных феодальных владений: Ливонский орден, Рижское архиепископство, три епископства (Тартуское, Сааремаа-Ляанемааское на территории Эстонии и Курземское на территории Латвии) и города. Важнейшим феодальным владением средневековой Ливонии был Ливонский орден.

Орденское рыцарство регулярно пополнялось пришельцами из Германии, которые прибывали в Ливонию в поисках наживы и славы. Тесными узами с немецкой метрополией были связаны также ливонские вассалы, которые происходили в основном из потомков немецких захватчиков XIII в. Из этих вассалов образовалось местное дворянство в епископских и орденских владениях. Орден, епископы и их церковные чины являлись наиболее крупными феодальными землевладельцами. В некоторых орденских землях, например в Северной Эстонии (Харью-Виру), и епископствах преобладающая часть земель принадлежала вассалам-дворянам, угнетавшим эстонские и латышские народные массы. Политика Ливонского орденского государства сохранила до конца своего существования резко выраженный захватнический характер.

В конце XV — первой половине XVI вв. наиболее характерным процессом в социально-экономической жизни Ливонии являлось интенсивное развитие помещичьего землевладения. Это было обусловлено повышением спроса на зерно и другие сельскохозяйственные продукты вследствие роста городов и увеличения неземледельческого населения в стране. Но главной причиной был все более увеличивавшийся в Западной Европе спрос на основной предмет ливонского экспорта — зерновой хлеб и значительное повышение цен на него. Ливонские феодалы (Орден, епископы и вассалы-помещики) не преминули использовать благоприятную конъюнктуру и увеличили производство товарного зерна, что достигалось прежде всего путем усиления феодальной эксплуатации крестьянства. Для расширения господской запашки крестьян сгоняли с их исконных земель, которые превращались в помещичьи и обрабатывались барщинным трудом крестьян. Наиболее распространенной формой сопротивления крестьян возросшему феодальному гнету стали побеги. Феодалы стремились прикрепить крестьян к земле. В связи с этим в конце XV в. и в первой половине XVI в. в Ливонии происходило закрепощение крестьян и юридическое оформление крепостного права.

Закрепощение охватило в первую очередь дворохозяев, которые составляли основную массу крестьянства и отбывали барщину в феодальных поместьях. В XVI в. процесс закрепощения, неуклонно расширяясь, охватил и прослойку безземельного крестьянства — бобылей, живших в крестьянских дворах и усадебных пристройках и работавших у дворохозяев поденщиками, мастеровыми, рыбаками. Особую группу беднейших крестьян составляли «пешеходцы» (юксъялги), которые обычно возделывали запустевшие и целинные земли и, не имея своего рабочего скота, выполняли только пешую барщину. Несмотря на значительную дифференциацию крепостного крестьянства в Ливонии, его борьба своим острием была направлена против общего классового врага — феодалов.

В обстановке расширения и углубления феодальной эксплуатации подневольного крестьянства увеличивался удельный вес дворянского сословия в политической жизни Ливонии. Большое значение с конца XV в. приобрел ландтаг, т. е. представительное учреждение господствующих сословий страны — Ордена, епископств, «рыцарств» и наиболее крупных городов. На деле ландтаг был орудием дворянства, которое с успехом использовало его для укрепления своего политического влияния.

В конце XV в. и в первой половине XVI в. возросла также политическая роль городов, в первую очередь крупнейших из них — Риги, Таллина (Ревеля) и Тарту. Города эти были членами Ганзейского союза и пользовались весьма развитым самоуправлением, всячески противодействуя стремлению крупных феодалов и их вассалов распространить на них свои права и привилегии.

Высшие органы городского самоуправления оставались в руках городских верхов, в первую очередь немецких купцов. При разрешении важнейших вопросов городской жизни в Риге, Таллине и Тарту особенно значительную роль играла Большая гильдия, объединявшая крупных купцов и представителей некоторых ремесленных профессий (например, ювелиров). Из членов этой гильдии выбирался магистрат — высший орган управления города. Члены магистрата и Большой гильдии составляли городской патрициат. Основной массой бюргерства являлись ремесленники и мелкие торговцы, объединявшиеся по профессиям в цехи, входившие в свою очередь в состав Малой гильдии. Среди ремесленников в Риге было значительное количество латышей, а в Таллине и Тарту — эстонцев. Городская беднота, не входившая в гильдии и цехи и не пользовавшаяся гражданскими правами, состояла главным образом из бежавших в город крестьян, занятых в качестве домашней прислуги и разного рода чернорабочих. В крупных городах Ливонии в конце XV и в первой половине XVI в. жило также значительное количество русских купцов и ремесленников. Они составляли в этих городах население особых улиц — «концов».