Чтение онлайн

Современные формальные пределы Российской Федерации после 1991 года резко сократились по сравнению с геополитическими границами. Соответственно понятие РГП в настоящее время является более широким, чем Российская Федерация.

Вот, например, Крым. Вопрос о принадлежности Крыма к Украине или к России в рамках текущей ситуации является конфликтным. А в рамках понятия РГП он просто не существует, поскольку Крым является такой же неотъемлемой частью РГП, как Великороссия и Украина.

Кавказ давно входит в состав РГП, и ничего иного быть не может. Грузия и Армения сегодня забыли о том, что их государи просились под руку России добровольно и на вечные времена. А если бы не просились, то проблему кавказских народов Османская Турция решила бы так, как она решила армян скую проблему в 1915 году.

Как знать, если у грузин и армян их историческая память окажется не более прочной, чем у поляков, если Россия будет и далее слабеть и распадаться, то не отметит ли усилившаяся Турция столетие армянской резни новой резней? Кто, если не Россия, может ей в этом помешать? Иран, в перспективе, может быть активен в Закавказье, особенно с учетом того, что численность иранских азербайджанцев (до 16 миллионов) существенно превышает численность азербайджанцев непосредственно в Азербайджане (примерно 7 миллионов). И ведь не в общности языка тут суть. Чего уж там - дело в нефти. Но у Каспийского моря может быть только один прочный и справедливый статус в рамках РГП. По южному краю Российской Федерации вытягиваются сегодня "большая" и "малая" "исламские" "дуги". Одна проходит по неестественным "границам" непосредственно РФ, другая - по естественным границам Российского геополитического пространства.

Большая "дуга" - это Турция, Иран, Азербайджан, Туркмения, Казахстан, Таджикистан, Узбекистан, Киргизия, Афганистан и Пакистан.

Малая "дуга" - это Турция, Иран, Афганистан и Пакистан.

Тут ситуацию прогнозировать легко. Сильная Россия быстро сведет "большую" дугу к "малой". Ведь большая часть народов (а не новоявленные беки и эмиры) Средней Азии будет плакать слезами счастья, вернувшись под крыло России. Но и России Средняя Азия нужна не только по тому, что она - ее геополитическое "мягкое подбрюшье".

Средняя Азия - еще и ценнейшее сырье и не просто сырье, а вся та инфраструктура его добычи и переработки, которую Россия создавала там десятилетиями.

Сильная Россия быстро сведет "большую" дугу к "малой". Для слабой России "большая" дуга, в перспективе, превратится еще в одну удавку, особенно с учетом того, что дополни тельную окраску возможному будущему тут придает курс США на трансформацию ряда стран "дуги" в своих сателлитов.

Соединенные Штаты пошли на риск прямого военного внедрения в пределы РГП, явно пренебрегая возможными по следствиями такого шага и не боясь их.

Америка вламывается в Грузию, протискивается и Среднюю Азию. И под возможный удар тактической авиации НАТО с бывшей советской авиационной базы в Киргизии Манас уже попадают многие жизненно важные регионы России - Нижнее Поволжье, Урал, Западная Сибирь.

Но это ведь только так говорится - "тактическая авиация НАТО". На самом-то деле нужно говорить о тактической авиации США. "Войска НАТО" - в Средней Азии - это примерно то же, чем были "войска ООН" в Корее. Кого там в 1950 году только не было - даже Эфиопия, Греция и Люксембург отметились. И все они там были не более чем "на подхвате" у Америки.

Тогда Америка камуфлировалась "под ООН". Теперь -"под НАТО".

А как же смотрит на это Англия?

Франция?

Германия?

Для Англии роль американского услужливого "клиента" уже стала привычной. Примером тому являются ее попытки принять посильное (точнее нужно бы сказать - непосильное) участие в акциях США по закреплению их военного присутствия в Средней Азии.

Любой ядерный удар по Великобритании, ввязавшейся в авантюры Америки, стал бы для Британского Острова уничтожающим. Однако Британия идет на совершенно неоправданный риск, блокируясь с США и игнорируя возможную реакцию преодолевшей кризис России.

Но и внешняя политика Франции - несмотря на ревнивое отношение французского руководства к национальному ядер ному статусу и статусу великой державы - все более теряет черты самостоятельности.

По сути можно говорить о неком новом воспроизводстве ситуации накануне Первой и Второй мировых войн, когда Франция бездумно и самоуверенно шла к национальной катастрофе и военному поражению, обеспечивая, внешне, стратегические, а фактически - тактические интересы Великобритании и хорошо замаскированные стратегические интересы США.

В перспективе ситуация во Франции может развиваться, пожалуй, двояко. Не исключено нарастание в стране сильных националистических настроений. Не всем французам приходится по вкусу "шоколадный" мулатский оттенок в трехцветной кокарде Великой Французской революции. Поэтому правые во Франции активны и популярны. Успех Ле Пэна у всех на памяти. И он неслучаен.

Такие настроения могут оказаться и традиционно антигерманскими, особенно с учетом возможного резкого роста националистических настроений в самой Германии. Не все ведь там уныло вешают нос, как Оскар Ференбах. Безотносительно к ее политической направленности, тенденция к оживлению, так сказать, "комплекса Лоррайна" способна подрывать европейскую стабильность.

Если ранее Франция пыталась блокироваться с Россией (на что Россия шла вопреки собственным национальным интересам), то в будущем можно, скорее, ожидать от Франции еще большей ориентации на США в надежде на их патронаж. Ведь французы тоже давно научились элегантно сдаваться.

И вот уже знакомый нам Франсуа Шлоссер пессимистически констатирует в своей статье: "Россия - не единственная страна испытавшая понижение в мировой иерархии сил... Европа, отвергнутая за своей "бесполезностью", оказывается в еще более унизительном положении".

Что ж, Франция и в прошлом была склонна быстро переходить на фактически вторые роли (исключая период активной голлистской политики) в расчете на благосклонность сильного. Так что Францию сбрасывает, в перспективе, со счетов мировой ситуации сама Франция.

А вот Германия...

Германия на протяжении своей новейшей истории не раз демонстрировала способность к концентрации усилий государства и нации с целью выхода на лидерские позиции в мире. И в каждом случае одним из основных (если не основным) системным фактором этого оказывалась удивительная и спасительная способность германского общества к быстрому обретению высокого психологического тонуса как базы для интенсификации общественных экономических и политических усилий.

Вообще-то и русский народ на эдакое способен. А как же - долго запрягаем, но быстро ездим. Так сказал о нас немец Бисмарк. И не случайно родственные натуры умеют подмечать порой у партнера такие детали, которые не очень-то замечает за собой сам партнер.

Накануне франко-прусской войны 1871 года раздробленная Германия относилась к аутсайдерам мирового политического процесса.

А после победы Пруссии над Францией и провозглашения Германской империи Германия за два десятилетия превратилась по многим позициям во вторую мировую державу, имея хорошие шансы обойти даже США.