Чтение онлайн

В 1948 г. на Заводе № 88 были изготовлены и в декабре того же года направлены на испытания на полигон Капустин Яр 200 реактивных снарядов Р-103 типа «Тайфун*. В начале 1949 г. прошли испытания снаряда, результаты которых признаны удовлетворительными. Комиссия по испытаниям признала целесообразным изделие Р-103 после устранения выявленных на испытаниях недостатков подвергнуть заводским испытаниям со стартовой установки. Отстрел экспериментальных снарядов Р-103 (202 штуки) был проведен в I квартале 1950 г„ а в июне-июле того же года на полигоне Капустин Яр провели отстрел опытной партии нормальных снарядов Р-103 и опытной партии удлиненного снаряда Р-103А. Были достигнуты следующие результаты: предельная высота — 15 км, максимальная дальность —18 км.

Однако на вооружение Р-103 принят не был. Нашлись умники, которые захотели как лучше: «Даешь Р-110!» но вышло «как всегда».

Разработка ракет Р-110 началась летом 1948 г. Калибр Р-110был увеличен до 122 мм, длина — до 2570 мм, вес — до 47 кг, а вес боевой части — до 2 кг. Досягаемость по высоте у Р-110 была доведена до 18 км.

3 сентября 1948 г. состоялось Планерное заседание научно-технического совета НИИ-88, на котором приняли решение разработать технический проект снаряда Р-110.

Первоначально неуправляемый реактивный снаряд Р-110 разрабатывался вдвух вариантах: с самоликвидатором Р-110Б, Р-110Б2, впоследствии получивший название «Чирок», и соспуском двигательной установки на парашюте Р-110А, Р-110В («Чирок П»), Затем появился третий вариант снаряда Р-110 без этих двух особенностей (полевой вариант «Чирок Н»). Во всех трех вариантах реактивного снаряда использовалось несамовоспламеняющееся горючее.

В июне-июле 1950 г. на полигоне Капустин Яр было произведено 26 опытных пусков ракет Р-110. Полученные баллистические данные оказались близки к расчетным и заданным тактико-техническими требованиями за исключением кучности по дальности, которая была почти в два раза ниже заданной.

Как писал В.В. Казанский: «...низкую кучность немцы (и мы тоже) хотели компенсировать большим количеством выпускаемых по самолетам ракет, тем не менее, втак-тико-техничсском задании она была указана, и военные настаивали на ее достижении... Поскольку реально оценить кучность в воздухе не представлялось возможным, баллистики КБ П.И. Костина с согласия военных перенесли заданные отклонения на горизонтальную плоскость, упустив при этом, что рассеивание снарядов у цели в воздухе и при их дальнейшем неуправляемом полете к земле будет, естественно, отличаться. Но это упущение вошло в официальные документы, после чего началась долгая и безуспешная борьба за требуемую кучность по квадрату на земле, естественно, к успеху не приведшая. Попытки главного конструктора доказать заказчику (Министерству обороны) с помощью баллистических расчетов неправомерность принятого решения были весьма долгими. К этому добавились периодические прогары камер сгорания ракет (примерно по каждой 14-й — 15-й ракете), причем все обычные механические методы (замена марок стали, изменение диаметра отверстий в форсунках) к успеху не приводили»126.

С 1952г.разработкаракстР-110 «Чирок» велась в недавно созданном ОКБ-3 Н И И-88

г

(главный конструктор Д.Д. Ссврук). В состав ОКБ вошел 6-й отдел П.И. Костина. Нссамовоспламсняющееся горючее было заменено самовоспламеняющимся. В ОКБ провели исследования по новым головкам камеры сгорания и испытали 31 вариант таких головок, но приемлемый вариант, обеспечивавший надежное охлаждение и устойчивую работу камеры, создать так и не удалось. Однако нестабильность работы двигателя конструкторы ОКБ устранили, и проведенные в августе-сентябре 1953 г. экспериментальные летные испытания 60 снарядов, изготовленных в ОКБ-3, подтвердили надежность работы двигательной установки, хотя необходимой кучности по дальности получить не удалось. В марте 1954 г. по результатам контрольных испытаний двигательной установки было решено допустить ее к полигонным летным испытаниям.

С 24 мая по 4 октября 1954 г. прошли испытания зенитного неуправляемого реактивного снаряда «Чирок», которые подтвердили надежность работы двигательной установки, средняя дальность при этом составила 25,4 км.

В 1954 г. был разработан технический проект снаряда «Чирок», и к 1955 г. Ковров-ский механический завод получил задание на изготовление партии таких снарядов. В марте-апреле 1955 г. были проведены экспериментальные пуски 149 «Чирков», опять показавшие неудовлетворительную кучность по дальности.

3 января 1956 г. вышло распоряжение Правительства^» 17, которым объем работ по «Чирку» сокращался до минимума, и вместо запланированных пусков 600 снарядов оставлялось только 240. Однако провели лишь 60 пусков снарядов, в том числе и по наземным целям, то есть пытались использовать «Чирок» в полевом варианте. Но и тут кучность по дальности была неудовлетворительной, и в 1957 г. с учетом бесперспективности снаряда как в зенитном, так и в полевом варианте дальнейшие работы по «Чирку* были прекращены. Основными причинами прекращения работ стали неудовлетворительная кучность, нсотработанность парашютного устройства и взрывателя, а также трудность в эксплуатации.

Интересно, что ракета «Чирок» послужила основой для создания неуправляемой тактической ракеты «земля—земля» Р-7.

В свое время в «Энциклопедии отечественного ракетного оружия», рассказывая о потомках «Тайфуна», я написал: «По мнению автора, неуправляемые зенитные ракеты имели право на существование в первое послевоенное десятилетие. К сожалению, доработка ракеттипа «Стриж» очень сильно затянулась. А эти ракеты могли бы сыграть существенную роль в Корее, где американские бомбардировщики Б-29 действовали в сомкнутом строю. Причем неуправляемые ракеты были бы крайне эффективны но тесно летящим большим группам «летающих крепостей», мало того, они заставили бы рассыпаться строи бомбардировщиков, после чего те становились бы легкой добычей самолетов МиГ-15*'17.

И вот нашелся мастистый историк нашего ракетостроения, который в малотиражном журнальчике сравнил возможность применения неуправляемых зенитных ракет в Корее с применением пулеметов под Козельском в 1238 г.

Как говорится, с больной головы на здоровую. Наши конструкторы погнались в 1946 г. сразу за двумя зайцами — пороховым и жидкостным «Тайфуном», вместо того, чтобы «довести до ума» один из них. Мало того, они не сумели оценить развитие реактивной авиации и понять, что бороться с околозвуковыми и сверхзвуковыми бомбардировщиками на высотах 15— 20 км никакие «Чирки» и «Стрижи» не смогут, а вот тактика американских и британских винтовых стратегических бомбардировщиков не изменилась. В результате за 11 лет горе-конструкторы потратили впустую миллионы народных рублей.

Наши историки авиации вздыхают: вот, мол, «тиран* Сталин заставил Туполева сделать бомбардировщик Ту-4, «содрав» один в один летающую крепость Б-29. А, мол, Андрей Николаевич хотел все переработать и сделать как лучше. Бесспорно, Туполев мог сделать более совершенную летающую крепость. Но когда? Когда реактивный Б-52 пошел в серию?

К сожалению, в 1946 г. никто не стукнул по столу кулаком: «Срочно доделать любой вариант “Тайфуна” и без всяких затей!» Вот тогда и американцам бы стало жаркое Корее.

Глава 14

Использование в СССР германских надводных кораблей

Согласно соглашению о разделе германского флота союзники выделили СССР 145 боевых надводных кораблей и 441 вспомогательное судно. Потребованиюбритан-ской стороны буксиры мощностью 140 л. с. и менее, плавучие краны, рейдовые танкеры, водолеи, баржи и некоторые плавучие базы не считались частью военного флота и не подлежали разделу. В итоге их взяли те страны, в чьей зоне оккупации они находились. Таким образом, СССР досталось еще 101 плавсредство.