Чтение онлайн

Гусары и на следующий день ходили на рекогносцировку, уничтожив очередной шведский форпост, при этом потеряв одного прапорщика раненным. Так продолжалось каждый день, до тех пор пока русская армия не приблизилась вплотную к Гельсинфорсу.

Интересным может показаться факт, что Ласси в своих донесениях в Петербург очень часто пишет о том, что со стороны финнов к нему постоянно обращаются депутации различных уездов с просьбой привести их к присяге Императрице Елизавете, а также выдать охранные листы для посылаемых на рекогносцировку казачьим частям, чтобы те не трогали безоружных мирных жителей, признавших власть России. В шведских источниках об этом ничего не говориться, тем не менее, подобные обращения опубликовывались в "Санкт-Петербургских ведомостях" за 1742 год.

Было ли это на самом деле сказать сложно. Скорее всего, нет. Разорение, которому подвергалась в ходе войны Финляндия, не могло вызвать подобные чувства среди местного населения. Последующие события осени, зимы и весны 1743 года, когда развернулась партизанская война практически по всей Финляндии, и заговор, о котором знали в Стокгольме и который должен был вылиться в одновременное выступление против русских по всей Финляндии, в апреле 1743 года, как раз свидетельствует об обратном. Здесь, скорее всего, имеет место желание фельдмаршала Ласси произвести впечатление на Императрицу о действенности ее весеннего манифеста, подкрепленного успехами русских войск.

Подтянувшись к 12-му августа к Гельсинфорсу, русская армия приступила к рекогносцировкам. 13-го, шведы даже построились в боевой порядок в надежде, что, наконец-то, будет дело. Русские тоже встали в "ордер". Но все ограничилось стычками легкой кавалерии русских с драгунами. Кирасирские полки остались на месте.

Манштейн, в своих мемуарах, рассказывает о пришедшем в первый же день в русский лагерь финне, который предложил показать обходную лесную дорогу, прорубленную русскими войсками еще в Северную войну, позволяющую обойти шведов и отрезать их от Або. Может это еще одна сказка, подтверждающая лояльность местного населения к завоевателям, а может, в полках просто служили ветераны, помнившие о ней, но дорога была действительно обнаружена. За прошедшие тридцать лет (с 1713 года) дорога заросла мелколесьем и кустарником, посланные 64 роты гренадер со всех полков, да еще 4 пехотных батальона, за одну ночь расчистили ее полностью. Так утром 12-го августа, русская армия закончила окружение Гельсинфорса [637] .

Таким образом, все сухопутные сообщения шведов были отрезаны, и еще лишь несколько дней осуществлялась связь с метрополией морским путем. Но вскоре подошел, вышедший, наконец-то, из Кронштадта русский флот под командованием адмирала Мишукова, принудив шведскую эскадру уйти в Карлскрону. Кольцо окружения замкнулось. Еще около двух недель шведы строили укрепления вокруг лагеря, после чего вступили в переговоры с русскими.

Тем временем, развивались события и в других районах Финляндии. Вышедший 22 июля из Кексгольма отряд князя Мещерского к 6-му августа прибыл к крепости Нейшлот и вступил в переговоры с комендантом. Сначала последний ссылался на необходимость связаться с Левенгауптом, но на следующий день уже согласился на капитуляцию. Гарнизон Нейшлота составлял 220 человек при 6 офицерах.

21 августа, в главный русский лагерь под Гельсинфорсом прибыла делегация от гарнизона Тавастгуста с предложением о передачи крепости русской армии. Капитуляция была принята, и в тот же день туда ушел Киевский драгунский полк во главе с полковником Резановым. Тавастгустский гарнизон состоял из 243 человек и 10 офицеров.

Окончательное окружение шведов под Гельсинфорсом, в принципе, освободило их от необходимости продолжать постыдное отступление. 17 августа Ласси посылает к Левенгаупту своего адъютанта Бестужева с сообщением о падении Нейшлота и предлагает во избежание дальнейшего, совершенно бесполезного кровопролития, почетную капитуляцию, обещая всей шведской армии свободу возвращения домой, в Швецию. Ответ Левенгаупта был пока отрицательный. Он настаивал на том, что ему необходимо связаться со Стокгольмом. Состояние шведской армии стало заметно ухудшаться. Возникли серьезные проблемы с фуражом, так что пришлось пожертвовать всеми обозными лошадьми. Часть жилых домов солдаты разобрали на топливо, а на пороге уже стояла осень.

Левенгаупт послал к русским майора Горна с предложением перемирия на две-три недели, пытаясь выиграть время, но безрезультатно. Русские отвечали, что их предложения сделанные раньше больше сообразны с текущим моментом.

19 августа из Стокгольма прибыл адмирал Риддерстольне с приказанием Левенгаупту и Будденброку отбыть в метрополию, где оба должны были предстать перед риксдагом. Командование армией принял генерал-майор Бускет. Шведы попробовали снова продолжить переговоры. 22-го августа состоялась последняя стычка с казаками и гусарами, когда генерал Бускет, так рвавшийся в бой, попытался атаковать противника, но русские поспешно отступили, не приняв бой.

24 августа в русский лагерь были отправлены полковник Вреде, подполковник Спарре и майор Горн, для подписания капитуляции. После составления текста условий капитуляции она была подписана уполномоченными лицами, а затем и командующим шведскими силами генерал-майором Бускетом. Все было кончено.

Условия капитуляции были более чем снисходительными для побежденной стороны. Предполагалось, что шведская пехота морским путем отправиться на родину прямо из Гельсинфорса, а кавалерия сухим путем дойдет до Вазы, а далее, если будет обеспечена транспортом — то морем в Швецию, если нет, то продолжит движение до Торнео. Точно также разрешалось и тем пехотным частям, что не смогут быть обеспечены транспортом в Гельсинфорсе, следовать в любое другое место для переправки в Швецию. Всем гражданским лицам, а также чиновникам, сопровождавшим армию, разрешалось беспрепятственно покинуть Финляндию.

Шведские войска уходили со своим оружием, багажом, знаменами и всей амуницией. В их распоряжение передавалось достаточное количество провианта, необходимого для нормального обеспечения людей во время их переходов.

Артиллерия и артиллерийские припасы, а также все провиантские магазины, расположенные в Гельсинфорсе оставались русским.

Финским полкам, входившим в состав армии было предложено на выбор или отправиться вместе со всей армией в Швецию, или, сложив оружие, самораспуститься и разойтись по домам.

Несколько слов о численности всей шведской армии…

Шведские источники, по данным Н. Шпилевской, не упоминают о численном составе всей армии, а говорят лишь о финских полках, насчитывавших 12000 человек. По реляции фельмаршала Ласси, количество сложивших оружие финнов было 7019 человек, в том числе около 1500 драгун.

Попробуем разобраться непосредственно по полкам.

Шведская армия состояла из:

Кавалерия:

— Нюландский драгунский (Nylands dragonerna) (считался финским)

— Вестгет-кавалерийский (Westgota Kavalleri)

— Лейб-драгунский (Lifdragonerna)

— Эстгет-кавалерийский (Ostgotha Kavalleri)

— Смоландский драгунский(Smalandska dragonerna)

— Лейб-полк (Lifregementet)

— Абосский драгунский (Abolans dragonerna) (считался финским)

— Карельский драгунский (Carelska dragornerna) (считался финским)

Пехота:

— Упландский (Uplands)

— Седерманландский (Sodermanlands)

— Тавастгусский (Tavasthus) (финский)

— Вестерботнийский (Westerbottens)

— Эстерботнийский (Oesterbottens) (финский)

— Вестманландский (Westmanlands)

— Остготландский (Oestergotlands)

— Далекарлийский (Dahls)

— Нерикский (Nerikes)

— Вермландский (Wermanlands)

— Бускета (Buskets)

— Виллебранта (Willebrants)

— Абосский (Abolans) (финский)

— Нюландский (Nylands) (финский)

— Гельсингский (Helsinge)

— Биернеборгский (Bjorneborgs) (финский)

— Лейб-гвардейский (Lifgardet)