Чтение онлайн

Советское правительство 2 марта 1969 г. направило правительству КНР ноту, в которой заявило решительный протест по поводу вооруженного вторжения в пределы советской территории и потребовало немедленного расследования и самого строгого наказания лиц, ответственных за организацию провокации. Советская сторона настаивала на принятии безотлагательных мер, которые исключали бы всякое нарушение советско-китайской границы, подчеркивая при этом, что в отношениях с китайским народом она руководствуется чувством дружбы и намерена дальше проводить эту линию{23}.

Однако китайская сторона оставила эти предложения без внимания, готовя новую вооруженную провокацию на границе, которая и была осуществлена 15 марта 1969 г.

В этот день примерно около 10 часов утра наблюдавшая за южной частью острова Даманский советская разведгруппа в составе офицера и пяти солдат сообщила, что с сопредельной территории через протоку на остров просачиваются нарушители. В общей сложности границу штурмовал пехотный полк НОАК при поддержке двух танков, артиллерии и минометов. Бой с нарушителями границы длился полтора часа, а всего столкновение, по свидетельству его непосредственного участника - полковника Николая Попова, продолжалось девять часов. За это время остров переходил из рук в руки восемь раз.

Теперь, в отличие от событий 2 марта, пограничники отбивали остров уже не одни, а в тесном взаимодействии с регулярными частями Советской Армии. В районе Даманского было развернуто мотострелковое соединение со всеми полагающимися ему средствами огневой поддержки, а также ряд других воинских частей, участие которых в столкновении, однако, не афишировалось. Более того, были предприняты меры по дезинформации противника. Когда в конце концов китайцев окончательно выбили с острова, все подходы к нему с китайской стороны были заминированы, а прилегающий участок границы с нашей стороны заблокирован частями Советской Армии.

Безвозвратные потери пограничников составили 17 человек, в том числе погиб начальник Дальнереченского пограничного отряда полковник Демократ Владимирович Леонов. Понесли потери в количестве девяти человек и направленные для оказания отпора нарушителям границы части и подразделения 45-го армейского корпуса.

До сентября 1969 г., то есть еще почти полгода, в районе острова было неспокойно: пограничники, оборудовав на окрестных сопках огневые точки, регулярно вели огонь по вспаханному снарядами реактивных установок "Град" и 122-мм гаубиц острову, когда на него пытались высадиться китайцы.

Окончательно ситуацию вокруг Даманского разрешила встреча на высшем уровне председателей правительств СССР и КНР в сентябре 1969 г. в Пекине. Подписанное соглашение сохраняло статус-кво границы и исключало применение оружия при решении спорных вопросов.

Дальнейшее развитие событий сложилось таким образом, что в начале 90-х годов, после проведения работ по демаркации советско-китайской границы, часть островов на реке Уссури, в том числе и Даманский, были переданы Китаю.

Все это, однако, ни в коем случае не может ставить под сомнение правомерность действий советских воинов, которые, соблюдая верность присяге, до конца выполнили патриотический долг, встав на защиту Отечества. Даманский - это не просто географическое название, это - символ мужества и исполненного воинского долга.

И именно таковым он навсегда останется в нашей памяти.

Подвиг на острове Даманский{24}

Подполковник Н. Зайцев

...Как явствует из доклада наблюдателя, в 10 час. 40 мин. группа китайцев, состоящая примерно из тридцати человек, демонстративно вышла с поста Гунсы. Она перешла границу и направилась к острову. Наряды зорко следили за действиями китайцев, информировали дежурного по заставе.

На заставе боевая тревога. В готовность приведены бронетранспортер и автомашины. Начальник заставы старший лейтенант Иван Стрельников об обстановке проинформировал своих соседей - офицеров Бубенина и Шорохова - и доложил о нарушении границы начальнику отряда полковнику Д. В. Леонову. Получив санкцию на выдворение китайцев, начальник заставы решил: на бронетранспортере выдвинуться к острову, предупредить китайцев о нарушении ими границы и потребовать удалиться на свою территорию. В случае, если китайцы откажутся выполнить его законное требование, выпроводить их с советской территории. Для этого он распорядился подтянуть к острову группу пограничников, сосредоточенных на двух автомашинах.

Оставив бронетранспортер у острова, Стрельников направился навстречу китайским солдатам. У него и его пограничников - автоматы "на ремень". Шли спокойно, неторопливо, уверенно. Сколько раз им приходилось "выталкивать" непрошеных гостей за линию границы! Думалось, что и на этот раз дело не дойдет до вооруженного столкновения: китайцы погорланят и уйдут.

Вдруг китайцы по команде, как это бывало и раньше, во время других провокаций, начали скандировать разные непристойности, оскорблять советских пограничников. Но Стрельникова это не смущало: такое уже бывало. Он без тени страха шел к китайской цепи, чтобы выгнать нарушителей с нашей земли. Рядом с ним, как всегда, шагал испытанный боец рядовой Денисенко. По другую сторону - старший лейтенант Николай Буйневич. Только немного отстал от основной группы рядовой Николай Петров. Заядлый фотолюбитель, он не мог удержаться от соблазна снять неестественно возбужденных вооруженных китайцев и представить неоспоримый фотодокументе нарушении ими границы. Он сделал один снимок, потом второй. Подошел поближе, навел камеру на китайцев, нажал кнопку. Щелкнул затвор фотоаппарата. Это был в его жизни последний кадр.

О чем говорил Стрельников с китайцами - никто уже передать не сможет. Но наблюдатели видели лишь, как начальник заставы требовательно показывал им рукой в сторону китайского берега: убирайтесь восвояси. И тут по какому-то знаку китайцы вдруг засуетились, их первая шеренга раздвинулась в стороны наши пограничники оказались под дулами автоматов китайцев из второй шеренги. Сперва раздалась короткая очередь, затем застрекотали автоматы, и наши пограничники, скошенные их очередями, пали на лед. В них стреляли в упор. Стреляли потом в мертвых, а раненых кололи штыками, добивали ножами.

Младший сержант Юрий Бабанский, оставленный начальником заставы для прикрытия его группы, от неожиданности и внезапности выстрелов вздрогнул. Не верилось, что китайцы могли открыть огонь. Секундная растерянность тут же прошла. Он понял, что Стрельникова уже нет и надо принимать командование на себя. Собрав всю волю, он крикнул:

–  К бою!

Где-то глухо, как глубинная бомба, треснул лед. На острове захрустел тальник. Уже падая под собственную команду на крупчатый снег, Бабанский успел заметить, как зашевелились замаскировавшиеся на острове китайцы.

Бабанский упал и по привычке, выработанной на тактических занятиях, тут же отполз на несколько метров в сторону, передернув затвор. Незащищенную спину сразу обдало холодом, зато грудь горела. Какое-то зябкое волнение охватило все тело. Он дал длинную очередь по китайцам. Несколько человек упало, остальные побежали на остров. Справа и слева заговорили автоматы. Только теперь отчетливо понял Бабанский, что остров давно занят китайцами, что там заранее подготовлена засада.

Откуда-то слева, с направления поста Гунсы, ударили пулеметные струи.

Младший сержант Бабанский весь огонь своей группы сосредоточил на китайцах, засевших на острове. Налившийся густой синевой воздух вдруг разорвали взрывы. Черные султаны взметнулись на льду, на берегу острова. Взорвался и запылал оставленный на льду заставский "газик". Выщербленные воронки, словно пустые глазницы, пятнали лед. Пороховой чад поплыл над островом.

Все меньше и меньше оставалось людей в группе Бабанского. Но она стойко держалась, вела огонь по противнику, крепко уцепившись за свою землю. Бабанский зорко наблюдал за островом, мгновенно оценивая обстановку. Он понял, что китайцы устроили пограничникам огневой мешок. С трех сторон вели они интенсивный обстрел. Пограничники отвечали огнем, но он становился все слабее и слабее - патроны были на исходе...