Чтение онлайн

Как же изменилась структура российских внешнеторговых связей с началом войны? Германия, на долю которой в 1913 г. приходилось 29,8% ценности российского экспорта и 47,5% импорта{777}, утратила позиции главного внешнеторгового партнера России сразу после начала боевых действий в августе 1914 г. (высокие показатели товарооборота между двумя государствами за 1914 г. целиком и полностью приходятся на первую половину года). В 1915–1917 гг. экспорт из России в Германию и Австро-Венгрию полностью прекратился, а германский импорт уже в 1915 г. упал до 2,2% ценности всех ввезенных в Россию товаров (см. табл. 2).

Представление о структуре германского ввоза в Россию в годы войны дает закон, принятый в России в ноябре-декабре 1915 г., т. е. спустя больше года после начала войны, и разрешавший ввоз из неприятельских государств таких товаров, как семена, соль, сурьма, кислота, дубильные вещества, краски, чугун, железо, сталь, проволока, цветные металлы, иглы, инструменты, машины, оптика, физические приборы и аппараты, бумажная масса, писчебумажные товары, карты, книги, карандаши и готовальни{778}.

На позиции главного торгового партнера России уже в 1915 г. выдвинулась Великобритания. В 1917 г. на ее долю приходилось 48,5% ценности российского экспорта и 32,6% импорта. С 1915 г. Великобритания заняла место Германии в качестве крупнейшего поставщика в Россию черных металлов, фабрично-заводских машин, химических продуктов и материалов, дубильных веществ, красок и красильных веществ. Порядка 75% российского льна в 1915–1917 гг. вывозилось на Британские острова. Воспользовавшись увеличением спроса российской текстильной промышленности на сырье, Великобритания и США форсировали экспорт хлопка-сырца в Россию: в 1915 г. совокупный объем ввоза двух стран превысил довоенный уровень (6230 тыс. пуд. против 5710 тыс. пуд. в 1913 г.){779}.

Важнейшей составляющей английского экспорта в Россию было вооружение и военное снаряжение, а также станки и оборудование для отечественной военной промышленности и смежных с ней отраслей. Все заказы в Великобритании производились через Русский правительственный комитет в Лондоне и на английские кредиты, которые приобрели особое значение в условиях исчерпания Россией собственных финансовых средств. Из Великобритании ввозились станки, пушки (48% всех доставленных в Россию артиллерийских единиц), тогда как участие англичан в поставках в Россию винтовок (всего за 1914–1918 гг. ввезено 128 тыс. штук) и снарядов было невелико{781}.

США в годы войны стали второй по значимости страной в российской импортной торговле. В 1916 г. США даже обогнали Великобританию по ценности ввезенных в Россию товаров (32,2% против 28,2%), но в 1917 г. вновь уступили первенство англичанам (19,9% против 32,6%). Среди ввезенных из США товаров преобладали сталь, фабрично-заводские машины, химические продукты и материалы, канифоль, медь, ручные сельскохозяйственные орудия и инструменты. США в годы войны сохраняли господствующее положение на российском рынке сельскохозяйственной техники (в первую очередь уборочных машин), которое они заняли еще в довоенный период. Правда, спрос на сельскохозяйственные машины, в том числе заграничные, в России за годы войны сильно упал, что было связано со свертыванием экспортной хлебной торговли и массовым оттоком аграрного населения на фронт.

Особое значение приобрели для России поставки американских автомобилей, поскольку из пяти частных автомобильных заводов, строительство которых началось в России летом 1916 г., ни один не мог начать выпуск продукции ранее 1918 г. Так, в рамках утвержденного Особым совещанием по обороне заграничного заказа на автомобили (ноябрь 1915 г.) машины грузоподъемностью 4–5 т закупались исключительно в Америке, от 1,5 до 3 т — по большей части также в США. Там же заказывались 2/3 легковых автомобилей, а остальная треть размещалась в Англии, Франции и Италии; в такой же пропорции распределялся и заказ на мотоциклы. Всего в ноябре 1915 г. в США было заказано 7729 грузовых и 3067 легковых автомобилей. Это, несомненно, был крупный заказ, так как к 1914 г. во всей русской армии было всего лишь 5 автомобильных рот, 6 отдельных команд и учебная автомобильная рота, в которых находилось 418 грузовых, 259 легковых, 2 санитарных и 32 вспомогательных автомобиля, а также 101 мотоцикл и 2 трактора. После объявления мобилизации от населения поступило в армию свыше 4000 машин, но, главным образом, легковых; грузовых же среди них было всего 475 штук{782}. Не известно, правда, в каком объеме был выполнен этот заказ.

Помимо перечисленных предметов, за время войны из Америки поступило огромное количество проволоки, металлов, инструментов, сырых материалов (кожи), обуви, сукна. Кроме того, США являлись главным поставщиком в Россию подвижного состава и предметов железнодорожного оборудования (паровозы, вагоны, рельсы и т. д.). Доля США в экспорте России оставалась незначительной, хотя и увеличилась с 0,9% ценности всех вывезенных товаров в 1915 г. до 5,4% — в 1917 г.

Что же касается военных поставок, то, согласно данным американской статистики внешней торговли, экспорт из США в Россию по этой статье резко возрос в 1915/16 г. В 1914/15 г. военных предметов было вывезено на 10,9 млн. долл., а в следующем году — уже на 113,8 млн. долл., т. е. более чем в 10 раз, еще через год эта цифра достигла 390,9 млн. долл. Огромный рост поставок происходил главным образом за счет огнестрельного оружия (около 2 млн. долл. в 1914/15 и 49,2 млн. долл. в 1917 г.), пороха (1,4 млн. долл. в 1915 г., 57 млн. долл. в 1916 г. и 92,7 млн. долл. в 1917 г.) и особенно за счет всех других взрывчатых веществ, экспорт которых вырос с 1,3 до 202,5 млн. долл.{783} Правда, далеко не все военные заказы России в США выполнялись в полном объеме и в срок. Так, из заказанных 3,6 млн. винтовок было доставлено лишь 657 тыс., а заказы по артиллерии были выполнены всего на 2%. В то же время значительную помощь России оказала американская промышленность в поставках пулеметов и ружей-пулеметов{784}.

Франция в годы войны стала для России вторым по значимости (после Великобритании) рынком сбыта. Доля Франции в импортной торговле России в 1914–1917 гг. увеличилась с 4% до 9,4% ценности всего российского импорта, хотя по абсолютным показателям она сильно уступала Великобритании и США (см. табл. 2). Франко-русская торговля в этот период осуществлялась через Архангельск и транзитом через Швецию и Норвегию. Франция во время войны являлась одним из основных поставщиков вооружения в Россию. Там было заказано около трети всех снарядов и большое количество артиллерии (около 30% всех доставленных в Россию орудий), винтовок (641 тыс. штук трех систем), снарядов. Аэропланы с моторами для русской армии заказывались исключительно во Франции, хотя заказы выполнялись не в полном объеме: так, из заказанных в декабре 1915 г. 586 аэропланов поступило в Россию 306, или 52%. Из 1928 моторов для аэропланов, заказанных отдельно от них в декабре 1915 г. за границей, 1688 пришлось на долю Франции, которая в итоге выполнила заказ на треть{785}.

Что же касается менее крупных внешнеторговых партнеров России, то война вызвала резкое сокращение товарооборота с Бельгией, Голландией, Данией и Италией [100] , тогда как экспорт в Россию из Швеции и Норвегии в 1914–1917 гг., напротив, заметно вырос: ценность ввоза из Швеции повысилась с 11,2 до 94,4 млн. руб., из Норвегии — с 6,9 до 52,8 млн. руб. Увеличение удельного веса товаров из Швеции и Норвегии в российском импорте было вызвано главным образом активизацией торговли через Ботнический залив, который, в отличие от остальной Балтики, был относительно безопасен для торгового судоходства.

Через Швецию Россия в 1915–1917 гг. получила 54,1% физического объема всего ввезенного чугуна, 38,5% железа и 30,6% стали. Швеция также являлась вторым по значимости (после США) экспортером простых сельскохозяйственных машин в Россию в годы войны. Однако, сохраняя нейтралитет в войне, Швеция тем не менее придерживалась прогерманской ориентации и зачастую использовала выгоды своего положения в ущерб экономическим интересам России. Известен, в частности, случай, когда в 1916 г. шведы требовали лес или лен даже за транзитные станки, угрожая в противном случае «объявить станки абсолютной контрабандой». Такая опасность на тот момент угрожала 758 станкам, и поверенный в делах в Швеции рекомендовал пойти на уступки и компенсировать Швецию фуражом и льном. В другой раз, в январе 1917 г., шведское правительство изготовило для России 10 тыс. ружейных стволов, но так как компенсация жмыхами и смазочными материалами быстро не последовала, то вторая партия ружейных стволов была задержана{786}.