Чтение онлайн

Елизаветинское время было, несомненно, благоприятно для движения по пути, проложенному Петром, что проявилось во многих сферах жизни страны. Внешняя политика елизаветинского времени в отличие от политики второй половины 20-х — начала 40-х годов XVIII в. стала более последовательной в достижении тех целей национальной политики, которые Петр считал важнейшими для страны. Эта черта русской политики особенно рельефно отразилась в участии России в Семилетней войне. Война, каковы бы ни были ее конечные результаты, стала испытанием не только мощи русской армии, но и прочности той внешнеполитической системы, основания которой были заложены Петром, а развиты при Елизавете и во второй половине XVIII в.

Очевидны были успехи и в экономическом развитии страны. Данные статистики с несомненностью говорят как об огромных возможностях русской промышленности и торговли, так и о их интенсивном развитии. В описываемое время возможности феодального способа производства еще не были исчерпаны и инерция движения, заданная Петром, не только не затухала, но благодаря протекционистской политике его дочери все более усиливалась.

Благоприятно сказался рассматриваемый период и на развитии русской национальной культуры. Ломоносов — явление этой культуры — творил наиболее плодотворно именно в 40–60-е годы XVIII в. В эти годы русская литература, живопись, театр, архитектура, музыка, творчески осваивая те культурные ценности, которые были привнесены в ходе петровской культурной реформы, создали много шедевров, ставших в один ряд с ценностями других периодов. В целом путь русской национальной культуры последующего времени пролегал и через 40–60-е годы, и теперь можно с уверенностью сказать, что эти годы не были для нее потерянным временем.

Елизаветинское правительство пришло к власти под лозунгом восстановления петровских «начал» во внешней и внутренней политике. Если в торгово-промышленной сфере, а также в сфере культуры и внешней политики это было в значительной степени осуществлено, то в других сферах политики правительство Елизаветы постигла неудача. Она была обусловлена не только тем, что бездумное следование не совсем ясно представляемым идеалам политики прошлого и не могло принести успех, но и тем, что генеральная петровская концепция служения «общему благу» всех подданных до царя включительно (означавшая для дворянства суровую пожизненную службу государству) уже не могла быть осуществлена на практике — резкое усиление социальноэкономических позиции дворянства в результате его консолидации в предшествующую эпоху дало свои плоды. Дворянство выступало сплоченной корпорацией, четко осознававшей свое господствующее положение и стремившейся использовать его с максимальной для себя пользой. Следствием этого стало усиление претензий господствующего класса-сословия к самодержавию в виде требований гарантировать ему благоприятные условия существования за счет других классов и сословий и даже претензий на политическую власть, хотя значение последней тенденции не следует преувеличивать, ибо режим абсолютной монархии в целом отвечал интересам дворянства.

В итоге могущество огромной империи, год от года набиравшей силу, покоилось на фундаменте крепостничества, и расцвет империи был расцветом власти дворянского сословия, составлявшего ничтожную часть населения, но сосредоточившего в своих руках основные богатства страны. В елизаветинское время помещичья эксплуатация приобрела те суровые формы, которые, с одной стороны, давали помещику возможность обогащаться за счет не контролируемого никем увеличения ренты, а с другой — естественно и неизбежно вели к истощению ресурсов крестьянского хозяйства. В значительной степени именно в елизаветинское время оформилась та широко известная по русской художественной литературе система — крепостное право, когда преступления помещиков, крепостные оркестры, гаремы «пастушек», купля-продажа людей в розницу и оптом стали нормой, заурядным явлением. Все это сочеталось с унижением человеческого достоинства, надругательством над личностью, почти полным параличом политической, общественной жизни большей части подданных абсолютного монарха. Господствующая политическая система самодержавия закрывала путь к власти не только иным — кроме дворянства — общественным силам, но и нередко способным представителям господствующего класса. Фаворитизм, коррупция, невежество, боязнь принять решение и взять ответственность за его исполнение, мертвящий бюрократизм — все эти и другие пороки управления системы абсолютной монархии дорого обходились стране, как и непомерная роскошь двора ее взбалмошной правительницы, не унаследовавшей ни талантов, ни энергии своего отца и не способной решать проблемы великого государства.

Нельзя сказать, что в елизаветинское царствование народ безмолвствовал. Как и в прежние времена, суровые, отталкивающие формы крепостничества, жестокая эксплуатация вели к бегству и активному сопротивлению крестьян власти помещиков и государства. Наследие борьбы Разина и Булавина жило в сознании народа. В елизаветинское время уже родились те, кто позже встал под знамена Пугачева.

1Вейдемейер А. Обзор главнейших происшествий в России с кончины Петра Великого до вступления на престол Елизаветы Петровны. СПб., 1832; Полевой Н. А. Столетие России с 1745 по 1845 г. СПб., 1845; Шишкин И. События в Петербурге в 1740 и 1741 гг. СПб., 1858; Ешевский С. В. Очерк царствования Елизаветы Петровны. — Ешевский С. В. Соч., т. 2. М., 1870; Щебальский П. К. Чтения по русской истории. М., 1874.

2Семевский М. И. Елизавета Петровна до восшествия своего на престол. 1709–1742 гг. — Русское слово, 1859, кн. 2, с. 209–278; его же. Первый год царствования Елизаветы Петровны. 1741–1742 гг. — Русское слово, 1859, кн. 6, с. 221–326; его же. Царствование Елизаветы Петровны. 1743 г. — Русское слово, 1860, кн. 1, с. 27–28; Исторические бумаги, собранные К. И. Арсеньевым. СПб., 1872.

3Соловьев С. М. История России с древнейших времен, кн. XI, т. 21–22. М., 1963.

4Ключевский В. О. Курс лекций по русской истории. — Ключевский В. О. Соч., т. 4. М., 1958; Платонов С. Ф. Лекции по русской истории. СПб., 1909; ФирсовH.Н. Вступление на престол императрицы Елизаветы Петровны. Казань, 1888; Богословский М. М. Императрица Елизавета Петровна. — Три века. М., 1913, вып. 4, с. 157–169.

5Мякотин В. А. Лекции по русской истории. СПб., 1892, с. 275–335.

6Струмилин С. Г. История черной металлургии в СССР, т. 1. М., 1954; Павленко Н. И. История металлургии в России XVIII в. М., 1962; Мавродин В. В. Классовая борьба и общественно-политическая мысль в России XVIII в. Л., 1964; Алефиренко П. К. Крестьянское движение и крестьянский вопрос в России в 30–50-х годах XVIII в. М., 1958; Кафенгауз Б. Б. Очерки внутреннего рынка России первой половины XVIII в. М., 1958; Волков М. Я. Отмена внутренних таможен в России. — ИСССР, 1957, № 2.

7 Очерки истории СССР. Россия во второй четверти XVIII в. М., 1957; Очерки истории СССР. Россия во второй половине XVIII в. М., 1956; История СССР с древнейших времен до наших дней, т. 3. М., 1967.

8Троицкий С. М. Историография «дворцовых переворотов» в России XVIII в. — ВИ, 1966, № 2, с. 53.

1 Дело о курляндском герцоге Э. И. Бироне. — ЧОИДР, 1862, кн. 2, Смесь, с. 47–49; Записки Бирена. — Время, 1861, т. 6, с. 528–530; Миних Б. К. Записки фельдмаршала. СПб., 1874, с. 57–62.

2Соловьев С. М. История России, кн. XI, т. 21, с. 8.

3 Там же, с. 14–16.

4Манштейн К. Г. Записки о России. 1727–1744. СПб., 1875, с. 199–200, 203.

5 Сб. РИО, т. 85. СПб., 1893, с. 441.