Чтение онлайн

Тем не менее в каком-то смысле действительно можно говорить о том, что русские еще не познали собственной Души. Но даже частичное ее воплощение, причастность хотя бы к одной из концентр России — несет в себе зерна непредсказуемых, экстраординарных последствий. Уже это может превратить человека в несколько другое существо, чем «просто человек». И присутствие где-то в крайней глубине непознанной, непроявленной еще Русской Души, пусть и пребывающей в безмолвии, все равно оказывает невольное и сокровенное, скрыто-таинственное воздействие на человека, непостижимое уму.

В сущности, и «капля» Русской Души в человеке — превращает его в потенциального адепта России, ибо в капле — отражается Целое, если даже эта «капля» не вся познана и открыта внутри души. Она откроется все равно — ибо впереди Вечность. «Страшный простор» все равно остается и в России, и в Русской Душе.

Мистическое единство России и Русской Души, любовь к внутренней России в сознании человека могут привести к неожиданным, но Великим последствиям…

Кроме того, несмотря на все чисто эгоистические человеческие препятствия, русские люди склонны к высшему объединению. Но, на наш взгляд, тайна единства русских людей еще не раскрыта, более того — она не проявлена полностью, даже во многом скрыта. Ее нужно раскрыть в будущем — ибо от этого многое зависит. Это, видимо, особое единство, основанное на внутренней России, мистическое, глубинное единение, благодаря которому тот или иной человек относится к другим русским людям как к частице своей Родины. Та внутренняя Россия, которая есть во мне, есть и в других русских людях. Следовательно, я могу любить их так же, как люблю Россию и себя самого.

Именно такая великая любовь между русскими людьми, любовь, преодолевающая злобу и тупость эгоизма и соперничества, может преобразить нашу жизнь.

Любить русского человека, значит видеть в нем свое, собственные бездны, свою Русскую Душу, свое родное «Я». Это может порождать необыкновенное родство, охватывающее всю нацию, весь народ, это даже больше, чем семья. Все человеческие различия, политические убеждения, конфликты рассеиваются при этом как смертный дым. (Русский «правый» может любить русского «левого» и наоборот, ибо национальное единство и любовь выше всего и эта любовь может превратить в ничтожество все, что нас разделяет, при условии, что в каждом из противостоящих людей или сил зажжется свет любви к России и в своем «сопернике» он увидит тот же свет, ту же душу, ту же «калитку осеннего сада».)

И не только родство, но и тайна, последняя тайна. Все невероятные стороны, противоречия, концентры, внутренние просторы, изгибы Русской Души заключены не только в тебе, но и в другом и в других. Пусть в разной форме, разными гранями — тем интересней и притягательней. Свою Собственную разгадку и тайну ты можешь найти в другом и в других, ибо у вас душа одной природы.

На этом, очевидно, и основана вся «магия» и притягательность русского общения (и так называемого раскрытия душ).

Общение в этом случае становится формой самопознания и любви. Ведь каждый русский человек — носитель русской тайны, родной тайны. Общение превращается в мистериальный акт, раскрывающий все невиданные уголки и стороны Русской Души.

Все негативное может быть подавлено радостью невероятного мистического родства, присутствующего в самом русском воздухе, родства, разрывающего все стенки и метастазы индивидуализма и охватывающего самую внутреннюю суть людей.

Загляните в глаза русского человека — и вы увидите там себя, но не только себя, а, может, и то, что вы еще не знаете о себе.

Русские глаза настолько выразительны, что и во время молчания, в метро, на улице, они могут сказать вам больше, чем пуды диссертаций и трактатов. В них бывает выражение какой-то сокровенной русскости, трудно объяснимой умом, но такое выражение, такой взгляд поражает, и он встречается нередко. [51]

Россия — Родина, но и больше, чем Родина. Это сочетание родного и запредельного, бесконечного, уносящего человека за предел самого себя образует ту потрясающую музыку родства и священного трепета перед Россией, которая звучит в некоторых русских песнях и русской музыке вообще. И в то же время — в русском человеке можно увидеть хотя бы частицу того «духовного пространства», которое мы называем Космологической Россией. В глубине, в тайне, в открытых еще безднах можно видеть в других русских своих сопутников после смерти, своих родственных по тайне существ, бездноносителей, которые, возможно, будут сопровождать тебя не просто в других мирах, но именно в высшей России, в проекциях космологической России, в таких русских запредельно-метафизических пространствах, в которых разрешается то, что недоступно уму, но то, что составляет твою собственную внутреннюю суть. Или это может быть в более спокойных формах России, где можно очнуться от бесконечного потока вселенского времени с его провалами.

Но способность видеть в русских людях не только своих соотечественников и родных, но и сопутников по мирам Вечной России, сопутников по Вечности, космологических и метафизических братьев и сестер заставляет по-иному взглянуть и на них, и на Россию, и на наше положение в мире, и в конце концов на себя…

…Историческая Россия выдерживала все испытания еще и потому, что даже в самые тяжелые годы нашествий и смуты она никогда но теряла своей «русскости», своей сути…

Но в любом случае сама Метафизическая Россия является гарантом вечности России и Россий, в которых могут воплощаться и те души русских людей на этой земле, которые в конечном итоге пойдут по пути сочетания единства с Абсолютом и единства с Россией.

Русскому человеку, таким образом, самим Богом дана возможность идти к невероятным реалиям и целям, и для него чем цель запредельней, тем она реальней и желанней.

Слава России и ее непостижимости!

Изложенная здесь Русская доктрина является по своему существу глубоко эзотерической, иными словами, познание этой доктрины связано со значительной философской и метафизической подготовкой и Интуицией (именно в этом плане и понимается само слово «эзотеризм»).

Но любая духовная доктрина неизбежно имеет и свою экзотерическую сторону, то есть сторону, в более или менее равной степени открытую для всех и в то же время сохраняющую свою связь с самой сущностной и глубинной эзотерической стороной доктрины, с ее центром.

Вот эту экзотерическую, явную сторону необходимо сейчас ясно и определенно подчеркнуть и выразить.

Но прежде отметим: в данный исторический момент восприятие Русской доктрины не всегда может быть полным, тем более что в то время, как наличное историческое бытие некоторых концентр («качеств») России совершенно очевидно, проявление других выражено не так явно, их воздействие может носить, особенно на первый взгляд, скрытый, тайный или «неопределенный» характер (наконец, в будущем могут появиться концентры, о которых мы пока не имеем никакого представления). [52] Поэтому многие могут полностью принять или ориентироваться только на такие концентры, которые исторически полностью выражены и проявлены (например, православие, русская культура, русское бытие). Но глубокое и искреннее принятие тех или иных сущностей России (в сочетании с любовью к России) уже вполне достаточно, чтобы быть в той или иной степени последователем этой доктрины, включая ее эзотерические аспекты, фактически заключенные в каждой ее концентре.

В чем же тогда заключается экзотерическая сторона доктрины? Она, видимо, заключается в переводе Русской доктрины на более доступный язык (что вполне возможно), и в некотором вполне допустимом (до определенных пределов, конечно) упрощении ее, и в принятии важнейших выводов из этой Доктрины.

Например, следующего: Россия представляет для нас (после Бога) высшую и глубочайшую сверхценность, по сравнению с которой все политические, социальные и так называемые общечеловеческие предпочтения отступают на задний план.

Последствия такого рода иерархии ценностей очевидны как в сфере духа, так и в иных сферах.

На духовном плане наше отношение к своей Родине, вытекающее из Русской доктрины, можно конкретизировать таким образом: центральным здесь является любовь к России, а также любовь ее людей друг к другу, объединяющая и сверхрациональная, когда в каждом другом видят себя и свою Россию. Здесь важен момент отождествления себя, своей тайной сути с Россией, Родиной, и отсюда может вытекать глубинная связь с «другими», соединяющая всех при очевидных индивидуальных отличия, одной мистической русскостью.