Рота Его Величества
Шрифт:
Александра сидела на стуле. Две влажные дорожки прочертили на ее лице извилистые следы.
«Вот те раз! — подумал я. — Счастливая любовь…»
— Мелисента и Сэм! — всхлипнула она, увидев меня. — На звездном мосту…
Я бросил взгляд на стол. Рядом с погасшим ноутбуком стоял пустой графин и бокал. Печенья в корзиночке оставалось немного. Вино и сласти…
— Александра Андреевна! — Я присел и заглянул ей в глаза. Они были мутноваты. — Пожалуйста! — Я достал носовой платок и вытер ей слезы.
Она забрала у меня платок и шумно высморкалась.
— Меня никто не любит! — сказала тоном маленькой девочки.
— Это неправда! — заверил я.
— Меня выгнали из столовой!
— Там была лекция. Фильм много интереснее.
— Ты говорил, что я красивая! Предлагал замуж! («Да! — подумал я. — Язык ты наш!») Сам же взял и подарил котика вейке!
— Она маленькая и глупая девочка. Сказала, что котов не бывает. Я доказал обратное.
— Только из-за этого?
— Конечно, Александра Андреевна! — Я погладил ее по руке. — Вы красивая и умная женщина и заслуживаете любви!
— Честно?
— Чтоб я сдох! — заверил я.
— Илья Степанович! — Она сунулась мокрым лицом мне в щеку. — Вы благородный человек! Простите мне давешнее! Я не со зла.
— Работа такая? — спросил я голосом волка из мультфильма.
Она что-то промычала и обняла меня за шею.
— Александра Андреевна! — Я попытался отстраниться, но она не отпустила. — Вам нужно отдохнуть! Сегодня был трудный день.
— Ладно! — вздохнула она и отстранилась.
Я встал. Александра приподнялась и качнулась. Я подхватил.
— У Гордея крепкое вино! — сказала она, хихикнув.
Я отвел ее к кровати, усадил и помог снять жакет. Затем стащил сапоги. Хотел уложить на покрывало, но она воспротивилась.
— Снимай все! — велела капризно. — Доктор Штоль рекомендует спать без одежды.
— Я не должен видеть вас обнаженной! — возразил я.
— Почему? — сказала она пьяно. — Я же тебя видела! Я многих видела — служба такая. И ты можешь…
«Блин! — подумал я. — Если станет приставать, не устою! Князь меня убьет! На дуэли…»
Дрожащими руками я кое-как стащил с нее бриджи, блузку и белье. В ходе этого процесса Александра хихикала и жаловалась на щекотку. Я вспотел. Без одежды она оказалась лучше, чем представлялось: крепкое, плотное тело, без намека на всякую рыхлость. Фигура спортсменки; от того еще более пленительная. К моему облегчению, до приставаний не дошло, затолкав ее под одеяло, я облегченно выпрямился.
— Посиди! — попросила она.
Мысленно чертыхнувшись, я устроился на стуле.
— Расскажи что-нибудь!
— Сказку?
— Можно и сказку! — согласилась она.
— Про зайку?
— Заек не бывает! — сказала она сонно.
«Что это у них: чего ни хватишься, того и нет?! — подумал я. — Где мне взять зайца? Под ногами не бегают…»
Пока я решал эту задачу, она затихла. Я встал, прибрал со стола угасший ноутбук и вышел за дверь. Ключ торчал в замочной скважине. Я вытащил. Простой сувальдный замок, одинаково отпирается изнутри и снаружи. Я повернул ключ в замочной скважине, затем толкнул его под дверь. Найдет! От происшедшего на душе было муторно. Завтра нам обоим будет стыдно.
Оставив ноутбук у себя, я спустился в столовую. Здесь, как я заметил, имелись сигары — мне хотелось курить. Сигары оказались на месте, как и хозяин дома. Гордей поднес мне спичку, я пристроился рядом.
— Как Александра? — спросил есаул.
— Расстроилась от фильма. Плакала.
— Женщина… — вздохнул Ливенцов. — Не будь к ней строг. Александра — хорошая барышня, только невезучая. Родители погибли, когда ей было пять, — война… Воспитывалась у тетки. Не обижай ее!
— С какой стати?
— Ты ей понравился.
— У нее жених!
— Лучше б не было! Тетка Александры оказалась расчетливой: обручила ее со своим сыном.
— В чем расчет?
— Ари, объявившие о помолвке, получают субсидию от государства — и не маленькую. Горчаков, жених Александры, шалопай и мот. Его состояние давно растрачено, живет на офицерское жалованье и эти деньги. К тому же в наследство от родителей Александре достался дом в Петрограде. Он стоит целое состояние, а Горчаков беден.
— Ты много знаешь.
— У нас маленькая страна, Илья! С Александрой мы вместе росли, наши семьи дружили. Будь с ней честен. Не давай напрасных надежд!
— Заметано! — пообещал я.
— Что это значит? — удивился он.
— Договорились!
— Никак не привыкну к твоим словечкам! — вздохнул он. — Как будто другой язык.
— Где Яков?
— Уехал на станцию. Отправится за министром двора. Тот определит, чем тебе заняться.
— Я думал, это обязанность Зубова.
— Мы только помогаем. Отдыхай, Илья! Пара дней у тебя есть.
Есаул ошибался. Мы оба узнали это очень скоро.
8
Полковник шагнул в распахнутую адъютантом дверь и вскинул ладонь к фуражке:
— Товарищ нарком, командир второго Краснознаменного пограничного отряда полковник Кулешов по вашему приказанию прибыл!..
Худощавый человек в форме комиссара госбезопасности выслушал доклад и сделал приглашающий жест. Полковник подошел ближе. Комиссар указал ему на стул, но руки не подал.
«Плохо дело!» — подумал Кулешов.
— Как думаете, полковник, по какой причине я на границе? — спросил комиссар, когда командир сел.
— В связи с недавним инцидентом? — предположил Кулешов, чувствуя, что начинает потеть.
— Угадали. Если верить вашему рапорту, три дня тому вы выслали группу под командованием лейтенанта Сенцова в Каменную падь для встречи и защиты нашего агента, выходившего с той стороны. Так?
Кулешов кивнул.
— Агент в назначенное время в падь не вышел, зато появился наряд пограничной стражи Новой России, вступивший с подразделением Сенцова в огневой и рукопашный контакт. Следствием чего стало ранение пятерых наших пограничников и лейтенанта, причем двое, включая лейтенанта, получили контузию от холодного оружия. Я правильно излагаю? — холодно спросил комиссар.