Чтение онлайн

– А вам ничего и не надо предлагать, – сказал Шаман, – у нас всё есть, так, что после танцев приходите к нам в номер.

– Это мой сосед по номеру Шаман, – представил его Светлане Михаил, – он сегодня, как и я, приехал с братом сюда отдыхать.

– Нет, я, пожалуй, откажусь от вашего предложения, – решительно заявила она. – Если честно, то с меня достаточно разных неприятностей. Прежде, я хочу успокоиться, такой ощутимый удар получила по своему самолюбию, что едва – ли оправлюсь до дома. Всё – таки я проиграла практически всю свою наличность. Так что в любом случае мне придётся отправлять телеграмму. Иначе привезу домой только себя и крымский загар. Хотела маме подарок сделать, теперь ничего не получится. Спасибо вам, конечно, мальчики за предложение! Но я, пожалуй, пойду до своей кровати. Я прозрела только сейчас, и понимаю, что со мной произошло недоразумение.

Она обласкала своим взглядом Михаила и добавила: – Особенно вам милый Миша, спасибо! Вы даже представить себе не можете, как я вам безмерно благодарна! Простите меня? Но я лучше пойду к себе. Это будет самое разумное решение! Мне уже не до танцев. Но если вы надумаете прийти ко мне на кофе, я живу на втором этаже в 31 номере. Соседка у меня хорошая, только больно уж сладкоголосая, так что вы к её прочувствованным речам относитесь с юмором. Она, очень богомольная, но очаровательная и приветливая женщина.

Михаил повернулся к Шаману и сказал:

– Ты, наверное, дружище иди к брату на танцплощадку, а я провожу Светлану до номера. Нельзя её одну оставлять в таком состоянии.

Светлана ничего не сказала, а только в знак благодарности, прикрыла с затяжкой свои глаза и быстро открыла их. Шаман понял, что Миша после такого жеста ни за что не изменит своего решения и, не стал отговаривать его. Он без раздумья прошёл к своему брату на танцплощадку, которая была заполнена отдыхающим людом. Как только он скрылся из виду, Светлана взяла Михаила под руку, и повела его в пансионат через густые заросли виноградника, который переплетаясь между собой образовал из виноградной лозы тоннель. И если бы в этих зарослях, усыпанных гроздьями винограда, не висела по своду зелёного купола гирлянда из десятка лампочек, то в тоннели было бы темно. Он шёл за ней в этих кущах, чувствуя её ритмичное дыхание. Ему нравилось прикосновение её руки. Гладкая и тёплая ладонь с ухоженными ногтями доставляла ему удовольствие. Её изящные пальцы ладоней не были в этот миг закаменелыми. Они периодически, то перебирали, то нежно гладили его руку. Он принял эту незначительную, но приятную процедуру за ласку и резко остановившись, повернул её к себе. Он готов был немедленно поцеловать эту женщину, которая за короткий отрезок времени передала ему чуточку своего тепла и нежности. Ему показалось в этот миг, что она неземное существо, а отголосок волшебной страны любви и добра!

Перед ним стояла безумно красивая и взрослая женщина с правильными чертами лица и вздрагивающей грудью. Но, задержав свой взгляд на её профиле, ему на миг показалось, что перед ним уже стоит архетип члена правительства. В её лице отражалась официальность и строгость. Её глаза отдавали протокольной службой, в которых отражалось аккордом, мудрость, ясность и краткость. Он немного смутился её, как ему показалось зрительно изучающего вида, но, обратив внимание, что в одном ухе нет серьги, быстро нашёлся.

– Где у вас вторая серьга? – спросил он.

Она вначале изобразила растерянные глаза, которые моментально сбросили официальность с её лица. Но затем она протянула ему сжатую в кулак вторую руку. Когда она разжала кулак, то на ладони блеснула золотом серёжка.

– Помоги, пожалуйста, одеть мне её? – попросила она, не заметив, что перешла с ним на «ТЫ».

Михаил взял серьгу, и она без промедления подставила ему своё ухо. Одевая ей серьгу, он касался пальцами не только её уха, но и ощущал волнующий запах её волос. Они не пахли ни цветами, ни ягодами. От неё исходил неповторимый запах лесной свежести, который неимоверно пьянил его. Только позже он поймёт, что эта женщина вся так пахнет. Это был её естественный запах.

После того как он управился с замком серьги, она повернулась к нему и, на ухо прошептала:

– Спасибо! – и одновременно нежно прикоснулась своими губами к его щеке. От чего он сразу покрылся густой краской.

– Ой, да ты, не целованный мальчик, – произнесла она удивлённо. – Не надо этого стесняться? Меня тоже в жизни мало целовали, – и она, смело взяв его под руку, повлекла за собой в неизвестность.

«Знала бы она, сколько у меня за мою не очень длинную жизнь было девушек, так бы никогда не сказала, – подумал он. – Это я немного оробел от неожиданности. Зрелая женщина любого молодого парня с лёгкостью может в трепет привести своей многоопытностью. У меня никогда не было интима наяву со зрелостью. Были только приятные сны и не осуществлённые мечты. Но в ближайшее время, а может сегодня, если ты мадам не будешь на меня смотреть, как член правительства, ты узнаешь, какой я не целованный мальчик!»

Открыв большие стеклянные двери пансионата и минуя стол администратора, они зашли в полупустое здание. В это время кто был на танцах, кто дышал морским воздухом на берегу. Только несколько престарелых отдыхающих сидело в холле, и смотрели телевизор. Они поднялись на второй этаж и, зайдя в её комнату, он увидел стоявшую на коленях приятную женщину в пеньюаре с тонкими чертами лица. Приход своей соседки с молодым человеком нисколько её не смутил. Она перекрестилась и встала изящно как балерина с колен. Затем поправив волосы, поздоровалась с Михаилом.

– Катюша познакомься, – этого милого молодого человека зовут Михаил, – представила Света Мишу.

Катя обошла вокруг Михаила, оглядывая его с ног до головы и встав перед лицом белокурого гостя, перекрестила его три раза. С интересом заглянув в его глаза, пропела:

– Ты Светлана не девица, а коварна дьяволица, заманила не рябого, а замечу, золотого, быть бы ангелом ему, вот такого я хочу.

Светлана улыбнулась экспромту Кати и, оторвав Мишу от её изучающего взгляда, усадив того за стол, произнесла:

– Не обращай внимания на неё Михаил? Катя любительница подобных штучек. Она раньше работала в доме пионеров руководителем хора.

– А сейчас не работает? – спросил он и повернулся к ней лицом.

– А сейчас я королева бензоколонки, – подошла Катя к нему и положила руки на плечи. – Наш Никита Сергеевич, узнав, что я хожу по выходным дням в церковь, сказал, что непотребно верующим людям работать с пионерами и уволил меня без выходного пособия. Вот я третий год заправляю машины. Но вы – же не осмелитесь сказать, что от меня бензином пахнет? – спросила она.

– Я и принюхиваться не собираюсь, – ответил Михаил. – А вот что голос у вас приятный, это я вам точно скажу.

– Спасибо мил человек, – сказала она и подвинула к нему вазу с фруктами, виноградом и шоколадными конфетами. – Угощайтесь, а я сейчас кипятильник включу. Чай и кофе будем пить!

Миша оторвал от кисти одну виноградину и, улыбнувшись, бросил себе её в рот, при этом мысленно рисуя портрет Кати.

«Эта женщина примерно такого же возраста, как и Светлана. Обладает не только приятным голосом, но и удивительной речью, какую я встречал только в исторических фильмах про древнюю Русь. Поэтому я не могу скрыть своей откровенной улыбки. К тому же Катя мила и через тонкий пеньюар чётко вычерчивается её выточенное, как у статуи, формы тела. У неё стройная фигура и маленькая девичья грудь. Похоже, что в данный момент она без трусиков».

Светлана, увидев, что Михаил с любопытством разглядывает её соседку, ревностно заметила:

– Ты Миша со мной знаком целых полчаса. То есть, больше, чем с Катей, но обо мне ничего не знаешь. А её видишь всего две минуты, и прочёл её всю с ног до головы, – даже оценил её голос. – При этом она укоризненно посмотрела на суетившуюся вокруг Миши свою соседку и произнесла: – А Катерине думаю надо пройти в ванную и привести свой гардероб в порядок.

Её слова Катю совсем не смутило, она продолжала ходить по номеру в прозрачном пеньюаре и напевать себе под нос какую-то весёлую мелодию. Но когда вода вскипела в литровой стеклянной банке, она налила вначале кипятку в стакан Мише и бросила в него щепотку чаю, затем обслужила Светлану и поставила банку на стол.