Чтение онлайн

Я проснулся, вытянул руки из-под одеяла, сладко потянулся и уставился узкими со сна глазами в потолок. Тут же появилась перед воображением Людмила.

Когда боль разлуки становится нестерпимой, когда хочется увидеть эту чудесную женщину, одеваешься, выходишь на улицу и идешь куда глаза глядят. Ноги идут, сердце ведет, глаза глядят вперед, словно хотят кого-то увидеть. Наконец приходишь к тому месту, где тебя поджидают…Я подошел, поднял глаза и не удивился, увидев Людмилу. Она словно ожидала меня на этом месте и радостно помахала рукой. Моя замечательная женщина была в элегантной курточке бежевого цвета, в темных очках в золотистой оправе, с алой лентой в пушистых светлых волосах, в темно- серой юбке, в легких коричневых туфельках на высоком каблуке и темной сумочкой через плечо.

– Добрый день, Лука! Идите сюда! – закричала она еще издали.

Я ведь и шел "сюда"!

– Добрый день, Людмилушка! – ответил я, целую ее и вдыхая ее ароматы. – Что Вы тут делаете?

– Дожидаюсь Вас…

– Меня?! Вы знали, что я приду?

– Не знала, но хотела, чтобы Вы пришли.

– Вы чувствовали, что я иду?

– Конечно ! – воскликнула Людмила, смеясь, – Ваши башмаки так громко хлопают по асфальту, что не слышать вашего приближения может только глухой!

– Странно! – отозвался я задумчив, – я не шел, а летел на запахи вашего аромата, как летит пчела на запах цветка…

– Кстати, сколько лет вещам, которые на Вас? – неожиданно спросила Людмила, подозрительно оглядев меня с ног до головы.

– Э…ну…а…я не помню… – недоуменно ответил я.

– Вот именно! – кивнула она. – В этом-то и дело. У Вас все такие вещи или еще древнее?

– Что значит – древнее?! Это современные, хорошо усевшиеся вокруг тела вещи! Добротные… Их еще носить, да носить…

– Ни в коем случае! – воскликнула Людмила. – Никогда! Кстати, у вас есть с собой деньги?

Деньги! Все время эти деньги! Любопытно, для чего нужны деньги, чтобы покупать заблуждения, иллюзии; у кого денег много – перед ним распахивается мир соблазнов, красивых вещей, красивых женщин, путешествий и впечатлений, высоких должностей, дорогих хобби, забавных желаний, экзотических увлечений. Счастье это набор дорогих, приятных, красивых покупок, среди которых впечатления, ощущения, предметы. У бедняка взгляд на мир прост и безрадостен. У него нет иллюзий…

– Деньги у меня есть, но их всегда не хватает! – ответил я правдиво. – Кроме того, на дворе мировой финансовый кризис…

– А кто вам, мужчинам, виноват? – изумилась мне прямо в лицо Людмила. – В основе ваших всяких драк, войн и кризисов лежат ваши отвратительные мужские свойства – жадность, хитрость, лживость, мошенничество, подлость, лукавство… Вы, хваленые мужчины, своим мерзким характером и гадкими свойствами способны породить любой кризис, и…и… даже антикризис!! – здесь она неуверенно покосилась на меня и звонко продолжила:

– Эх! Нет на вас, мужчин, кризиса женского!

– Это что еще за диковинный кризис? – едва не подпрыгнул я от удивления.

Мне с ней было удивительно легко. Легкость в общении – это признак духовной близости.

– Была бы на 100 мужчин одна, даже самая простенькая, самая незаметная, самая веснушчатая женщина! О! В какой цене была бы она! Вы бы, сластолюбцы, политики, болтуны, диктаторы, заправилы, властолюбцы, завоеватели… забыли про все остальные кризисы! Но косметическую промышленность никогда, слышите, никогда не коснется никакой кризис, ибо женщина никогда не позволит себе выглядеть плохо! Ладно, идемте!

– Куда?

– Вы сейчас разденетесь…

– Зачем?!

– Мы идем покупать вам новые, современные вещи! – наконец пояснила Людмила свою задумку.

– Нет! – искренне закричал я.

– Пожалуйста! – неожиданно ласково сказала она.

– Я не могу идти, – сказал я, – у меня неожиданно, ни с того ни с сего, заболел живот!

– Ничего, пройдет!– заявила она спокойно и пошла вперед. Я поплелся за ней. Пройдя несколько шагов я остановился.

– Ну, что еще? – подозрительно спросила Людмила, обернувшись.

– Мне срочно нужно домой! Я только сейчас вспомнил, что я, кажется, забыл выключить утюг.

– Утюг?! – засмеялась она на всю улицу. – У Вас есть утюг? Что же Вы им гладите? Уж не эти ли лохмотья?!

– Как, лохмотья?! – поразился я. – У меня есть много дорогих и верных мне вещей! – с достоинством продолжил я.

Я действительно так считал. Было ли у меня время обращать внимание на то, как я одет? Я был одет, – и этого было достаточно.

Людмила молча подошла ко мне, взяла за руку и потащила за собой. Против этого мне нечего было возразить. Мы подошли к магазину и на этом поток ее мыслей остановился. У входа в магазин нас встретил элегантно одетый манекен, на груди которого была табличка:

“ Hier bin ich Mensch. Hier kauf ich ein“ *

– Для начала мы приоденемся! – сказала Людмила, обеспокоенная моим молчанием и моим спокойствием. Она носилась от вешалки к вешалке с брюками, рубашками, пуловерами, жилетками, носками и ремнями, а я покорно и достойно подставлял свое тело для примерки, чем, кажется, вызывал несказанное удовольствие у моей красавицы.

Наконец, я был одет по последней моде; моя прежняя одежда, словно старая кожа гадюки, лежала у моих ног. Сказка о царевне-лягушке пришла мне на ум. Не в этом ли глубинный, могучий, великий смысл ее, что женщина, сбросив старые одежды и облачившись в новые, превращается в принцессу, а мужчина – в человека?

Мы вышли из магазина, постояли у фонтана, я молчал, прислушиваясь к своим новым ощущением.

– Почему Вы молчите? – спросила, наконец, Людмила. – Или Вам сказать нечего? А если сказать нечего, предложите что-нибудь!

– Что я могу предложить?

– Предложите, к примеру, мне стать Вашей женой!

Я вспомнил свой странный сон про Судьбу и Мировой разум, эти две мощные жизненные силы, и подумал:

"Похоже, кроме Судьбы и Разума есть еще одна мировая Сила. Это любимая Женщина"

––

*Здесь я человек. Здесь я покупаю.( нем. ) Примечание автора.

Плохая книжка

Это была самая плохая книжка из всех книг, стоявших на полках большого книжного магазина. Ее никто не покупал. Ее даже никто не брал в руки, чтобы хотя бы полистать, заглянуть в аннотацию, поглядеть на обложку. Да! Смотреть было не на что, серая бумага, мелкий шрифт, скромное невыразительное название «К себе». Вот если бы она называлась «Любовные похождения Шарлотты» или: «Кто следующий?». И автор был такой же неприметный, неизвестный, какой-то… Лука Лукин…

Когда в 10 часов открывался магазин и первые возбужденные читатели бросали жадные, нетерпеливые взгляды на стеллажи, плотно уставленные книгами, бумажное сердце этой плохой книжки сжималось от тайного предчувствия.

"А может быть сегодня…придет мой любимый… читатель?!"

Она все еще надеялась, да, да, она все надеялась и мечтала быть прочитанной, понятой; она хотела, как все книги, как все люди, как всё в этом мире – предметы, явления, растения, животные – чтобы ее полюбили, о ней говорили! Ах, как она живо представляла себе быть прочитанной, зачитанной до дыр, затрепанной в карманах! А может даже однажды ее поставят на книжную полку в один ряд с Германом Гессе, Александром Пушкиным, Артуром Шопенгауэром, Иоганном Вольфгангом Гете! Ах!..