Роза пирата
Шрифт:
– Да? – Розалинда откинула косы за плечи и внимательно посмотрела на графа. – Расскажи мне об их планах.
Кит не знал, как этой упрямице сказать, почему нельзя плыть в Антверпен, что ему все равно придется задержать ее. Но девушка и так уже знала слишком много, и это было опасно.
– Я тоже зарабатывал на жизнь торговлей, ка ты, – осторожно начал он, вдруг заметив, что говорит с ней на равных. – И я служу королеве. Благодаря этому у меня есть доступ к тайной информации.
– Да? Какой?
– Я сражаюсь с испанцами. – С какой легкостью Роз заставила его проболтаться! – Больше тебе ничего не надо знать. Это мое задание. Не знаю, почему я доверяю тебе, но верю, что ты не предашь меня.
Роз улыбнулась. Это было так неожиданно, что Кит чуть не сел мимо стула. Как она прекрасна! Как прелестно ее овальное лицо и глубокие карие глаза, обрамленные густыми ресницами! Ничего удивительного в том, что за ней ухаживали все в Западном Лалуорте и его окрестностях.
– Мне не следовало говорить тебе. Это очень опасно, – ворчливо добавил он.
– Для меня ничего не опасно.
– Это неправда, Роз. Я могу помочь тебе, могу разобраться с твоими бедами.
– Спасибо, я сама могу с ними разобраться.
– Нет, ничего не выйдет, если ты поплывешь в Антверпен. У меня есть предчувствие, и совсем не доброе.
– Жаль, – сказала она, вызывающе сложив на груди. – К сожалению, я так и не услышала ни одного разумного довода. Я сказала, что поплыву Антверпен, и это решение остается в силе.
Внизу, на кухне Лалуортского замка, все было тихо. Слуги легли спать, остался только повар. Когда пришел управляющий, повар наполнил дв графина пивом.
– Присаживайся, Браун. Его светлости мы уж не понадобимся. Он у себя в кабинете, сидит скрипит пером и уже не выйдет. Иногда там и засыпает.
Джоффри Браун устало вздохнул и сел на табурет.
– Это хорошо, – пробормотал он, жадно заглатывая пиво. – А то я вот-вот свалюсь, мы сегодня объехали все владения графа. С его светлость не полентяйничаешь.
– Да уж, – согласился повар, доставая горшок из огня. – Вот. – Он запустил пальцы в сочны куски мяса. – Осталось от обеда.
Они молча ели и пили. Отблески огня в камине отражались в блестящих медных чайниках, вкусно пахло терпкими травами.
– Странный он, его светлость, – нарушил молчание повар. – Но служить у него хорошо. Иногда он куда-то исчезает, иногда его нет по нескольку дней. Не то что старый хозяин, но он лежит на кладбище, и ты никогда не знал его.
Браун кивнул.
– Я знал графa задолго до того, как он стал лордом. Он платит по-честному. И я готов служить ему.
– Да, – согласился повар. – Хотя при старом хозяине у меня на кухне было больше прав. Этот все время приходит и смотрит, что я делаю, и велит мне сделать все по-другому. Старый хозяин вообще не заходил сюда. Но я не жалуюсь, – торопливо добавил он. – Теперь работа легче, а это самое главное. – Он понизил голос: – Старый хозяин был тяжел на руку. А после него лорд Гарри и его жена. Она просто черт в юбках и всегда бранилась. Хорошо, что они больше не верховодят. Я рад, что лорд Кристофер поставил ее на место.
Браун понимающе кивнул:
– Признаюсь, я избегаю вдовствующую графиню. Ей не угодишь. Она, наверное, скоро снова выйдет замуж и уедет.
Неожиданно в дверь постучали. Повар осторожно пошел открывать, зная, что вся прислуга спит. Он слегка приоткрыл дверь, но нежданный посетитель огромного роста – он был одет как джентльмен: в длинной шелковой мантии, шелковых брюках и дорогой шляпе – толкнул ее и вломился в кухню.
– Чего вы хотите? – крикнул повар, испуганно отскакивая от посетителя, и вдруг узнал гостя: – О, да это же главный городской олдермен. Ваша честь, – на всякий случай добавил он.
– Не будет никаких беспокойств, если ты проведешь меня к его светлости, и поскорее, – холодно сказал Тренчард, останавливаясь у огня и тверд глядя на Брауна.
– Его светлость почивает, – вмешался повар, чувствуя, что это и есть настоящее беспокойство. – Он не принимает посетителей так поздно.
– Я не посетитель. – Тренчард нетерпеливо оттолкнул Брауна и направился в господскую часть замка. – Если ты не покажешь мне, я сам найду.
– Остановитесь, туда нельзя! – Браун и повар бросились за ним. – Нельзя вторгаться в покои его светлости!
– А мне надо пройти к нему, – с угрозой голосе отвечал Тренчард.
Повар взглянул на его решительное лицо и богатые одежды и сдался.
– Вот сюда, – покорно сказал он. – Он кабинете.
Повар зажег свечи и провел олдермена вверх по лестнице и по коридору. Они остановились у двери, за которой горел свет. Беспокойно глядя на Тренчарда, повар не мог понять, что ему нужно в стол поздний час. Впрочем, граф, слава Богу, дома и занят всего лишь своими счетами. Никто ничего не знал о ночных отсутствиях графа – он уходил, и никто в замке не знал куда. Повар постучал.
Кит услышал стук и бросился к камину. Розалинда почувствовала, как кровь отхлынула у нее от лица. Если кто-нибудь увидит ее!… Погибла репутация – но это не самое страшное. Это отразится на всей семье. Скандал повредит торговле. Она бросилась к окну.
– Нет, вот сюда! – Кит сделал ей знак вернуться.
Он прислонился спиной к резной розе, украшающей дубовую стену слева от камина. Стена бесшумно раздвинулась, и изумленная Розалинда увидела потайную комнату.
– Дыра для священников? – прошептала она. – Здесь прятали католических священников.
– Здесь прячут всех, кого нужно, – нетерпеливо возразил Кит. – Говарды уже давно не католики. Давай быстрее. Чего ты ждешь?
– Тебе не следует поверять мне свои секреты, – сказала она, не двигаясь с места. – Ты же сам сказал, что мне лучше не знать…
– Никогда еще не видел женщины, которая бы спорила столько, сколько ты, – Кит схватил ее за руку и подтолкнул в потайную комнату. – Давай. И не вздумай выходить отсюда, пока я не скажу. Он потянулся к резной розе. – Не знаю почему, но, кажется, тебе суждено знать все мои секреты. – Он нажал на розу, и стены тихо сомкнулись.