Чтение онлайн

Валерий виртуозно владел этой наукой, и хотя еще она ни разу не принесла ему ощущений совершенства, он почувствовал, как непривычно в этот раз его состояние. Впервые он почувствовал ту сладостную дрожь и жар, что чувствуют все мужчины, касаясь женского тела с целью овладеть им. Под его умелыми и нежными руками Актис почувствовала себя мягкой глиной, из которой гениальный скульптор начинает ваять самую прекрасную на свете статую. Словно пожар стал разгораться в ее теле, и огненное пламя стало добираться во все его части, обжигая даже кончики пальцев: Стало тяжелым дыхание. Словно меха великана разжигали этот пожар все сильнее и сильнее.

Чтобы успокоить девушку, Валерий долгими поцелуями тушил огонь, сжигающий ее. И пламя превратилось в то, что причиняет самые приятные ощущения. Но все равно, было очень жарко. Влюбленные чувствовали себя в невидимой печи, чей жар вот-вот спалит их, и они не успеют самого главного. Поэтому Валерий стал освобождать девушку и себя от одежды. Медленно и осторожно, чтобы неожиданная прохлада ночи не погасила этот огонь.

Оставшись обнаженными, они слились телами, чтобы раствориться в едином пространстве.

Молодым человеком руководил опыт, Актис руководила природа и вековой инстинкт лесбийских женщин, умеющих взять у мужчин то, что хотелось, и считавшихся непревзойденными любовницами во все века античного мира.

И вот настал тот момент, который они старались сознательно продлить. Миг, когда нежнейший цветок раскрыт до конца и нужно сорвать его. Миг, который дается женщине всего лишь раз, и миг, о котором каждый мужчина мечтает в своих снах и стремится к нему, забыв обо всем на свете.

Боль прошла сквозь Актис, словно удар молнии неожиданно и быстро. Она даже не поняла, в чем дело, хотя знала, что это должно случиться. Но о боли ее заставило забыть то, что последовало сразу за этим. Актис перестала понимать, что происходит вокруг, потеряла умение видеть и мыслить, Она попала в иной, потусторонний мир, в котором все это не нужно. Остались только ощущения неизведанного доселе. Все, что есть на свете, теперь вселилось в ее тело и словно растворяет в космосе Актис, превращая ее в бесчисленные звезды. Толчок, словно парализуя все движения, вызвал крик, но она не слышала его. Не знала она, как слабые ее руки стали сильными, как большие глаза стали еще больше, как в кровь были искусаны губы и ее, и возлюбленного.

Валерий тоже перестал ощущать пространство и время, превратившись в машину, которая создана лишь для добычи наслаждения.

Пять раз Актис готова была умереть, но пять раз она оставалась жива. Наконец, Валерий без сил и движений упал рядом, и девушка стала приходить в себя.

Нежность к любимому — вот первое, что почувствовала Актис, и бросилась целовать и ласкать Валерия. Благодарность и любовь к нему переполняли ее сердце.

Никогда еще Валерий не испытывал того, что только что с ним произошло. Он лежал потрясенный и счастливый.

— Что это? — вдруг испуганно спросила Актис.

— Где?

— Вот, — Актис указала на простыню под ними.

Валерий увидел два маленьких темных пятнышка.

— Это, когда я был в твоем саду, — объяснил он, — и сорвал там самый красивый цветок, два лепестка все-таки выпали из него.

Он поцеловал Актис.

— Не волнуйся, так должно быть, — успокоил он.

— Я знаю, — Актис улыбнулась. — Просто всё-таки я не ожидала, что это действительно будет так.

Остатки боли всё еще находились в ней где-то в области ниже живота, но это было даже слегка приятно. Они сладко ныли, вызывая волнующие воспоминания.

— Я велел приготовить ванну, — Валерий видел, что Актис уже отдышалась. — Пойдем, я сам помою тебя.

Вода в ванной была горячая, даже сперва захватило дух. Клубы пара делали круглое помещение купальни таинственным.

Актис и Валерий целовались и разговаривали прямо в воде.

— Мне так хорошо, — Актис уже в который раз повторяла эти слова.

Валерий лишь гладил в ответ ее волосы и улыбался. Вода тихим плеском отвечала девушке вместо него, и на улице за окнами звонко пели цикады.

Проснулся Валерий рано, лишь только солнце заглянуло в окно спальни. Он долго смотрел на спящую Актис. Девушка лежала, по-детски положив руку под щеку, и ее густые волосы веером разбежались по подушке.

Валерий смотрел на нее и с трудом верил в реальность происшедшего этой ночью. Все, что было, казалось красивой волшебной сказкой.

Актис все не просыпалась. Чтобы разбудить ее, юноша начал целовать Актис прямо в губы. Девушка, еще не проснувшись, стала отвечать ему. И вот влюбленные снова сплелись в объятиях. Юные и прекрасные, лежали они на голубых шелковых простынях и любовались друг другом.

— Когда я думаю о том, что уже сегодня днем мы должны расстаться, готов землю грызть от досады, — сказав это, Валерии заскрежетал зубами.

Тут Актис тоже вспомнила, что сегодня тот день, когда она покинет этот дом и вернется в свою темницу, чтобы затем снова работать целыми днями среди цветов, а ночью спать и дрожать при мысли о том, что хозяйка опять будет тобой недовольна.

Сердце наполнилось отчаянием. Глаза заморгали, и на ресницах заблестели слезы.

— Неужели судьба так жестока, и опять нас разлучает? — простонала она, бросаясь Валерию на шею.

— Любимая, — успокаивал тот, целуя девушку в глаза. — Всё равно настанет день, и мы снова будем вместе. Я сделаю все, что можно, а если этого будет недостаточно, то сделаю и невозможное, чтобы добиться этого. И мы с тобой будем вместе, но уже навсегда. Слышишь, Актис, навсегда! И мы поженимся. Ты хочешь быть моей женой?

— Хочу, — Актис продолжала плакать. — Только, я думаю, что у нас ничего не выйдет. Я уже испытала коварство богов. Они всегда, когда видят, что мне хорошо, посылают несчастье. Ты только успокаиваешь меня.

— Как мрачно ты смотришь в будущее!

— Потому что в прошлом у меня было так мало хорошего, что я уверена, и будущее сулит мне то же самое. Сейчас мне так хорошо, как еще никогда не было. Я боюсь, что это уже не повторится.

Неужели ничего нельзя сделать?

Валерий с жалостью смотрел на плачущую подругу. В отличие от других женщин слезы не портили Актис, наоборот, даже придавали ей новое очарование. Но сердце молодого человека от боли заранее готово было разорваться на мелкие кусочки.

На глазах Валерия тоже засверкали слезы.

— Что я могу сделать? — сказал он. — При всем моем богатстве и могуществе я не могу нарушить закон, он слишком суров и всегда беспощадно карает тех, кто сделал это. Не раздумывая, я бы похитил тебя и увез бы на край света. Но, подумай, Актис, какая бы судьба ждала нас тогда? Беднягу Корнелия распяли бы на кресте. А нам бы не дали ни минуты покоя. Всегда быть в бегах. Не иметь родного угла. И самое главное — жить с мыслью о том, что в любую минуту случай или злой рок может разлучить нас. Мы будем глубоко несчастны.