Чтение онлайн

Нет. Голова качнулась в другую сторону. Нет.

— Его место в тюрьме, — с усилием выдавила я. — А еще лучше — в психушке.

— Я знаю. Знаю, — он ждал моей реакции. В том-то и дело, что его дядя не знал ровным счетом ничего.

— Нет.

— Он рвет на себе волосы от раскаяния, не ест, не пьет, не спит. Грозится, что пристрелит себя, если ты не простишь его.

Мне было все равно. Пусть бы и пустил пулю себе в лоб.

— Нет.

— Я понимаю, Вивьен, он недостоин тебя, он не мужчина после всего того, что сотворил, но ради меня, пожалуйста…

— Я не могу, не хочу, — решительно сказала в последний раз, отвернув от него голову куда угодно, чтобы не расклеиться окончательно.

Уолтер молчал, как будто мысленно подбирал слова, чтобы такое сказать, какими словами зацепить мое внимание.

Кто мог пожалеть меня? Даже сейчас мистер Хьюз больше беспокоился о горе-племяннике, нежели о беззащитной женщине.

Флойд был болен эмоционально, психически, на неконтролируемом уровне. Он жесток и опасен. Но не сегодня и не здесь. Его не было рядом и от этого дышалось немного легче.

— Вивьен, ты единственная, кого он всегда слушает. Ты та, кто влияет на него неведомым нам способом. Ты даже сама не подозреваешь, как он отчаянно нуждается в тебе. Ты нужна ему, чтобы не дать сойти с ума, не слететь с катушек окончательно. Ты его равновесие, Вивьен.

— Я его вещь для битья, — казалось, шепнула, но этот шепот отдался звоном в ушах, заставив Уолтера в очередной раз громко выдохнуть.

— Этого больше не повториться. Я обещаю.

Для чего ему так старательно опекать помешанного мальчишку? Неужели его мучает совесть из-за событий, связанных с матерью Флойда? Возможно, Уолтер на самом деле виновен в смерти своей любовницы, и теперь пятится назад.

— Чтобы разобраться полностью во всей ситуации, нужно, что бы ты доверилась мне, Вивьен, — мистер Хьюз не был намерен отступать в своем давлении. — Расскажи, что произошло в моем доме во время благотворительной акции?

Он так ничего и не понял, и было наплевать, что именно Уолтер мог подумать обо мне. Его племянник позаботился, постарался, чтобы закрепить за мной славу легко доступной шлюшки.

— Меня пытались изнасиловать.

Он сидел с опущенной головой на мягкой кровати в обычной, казалось бы, комнате. По привычке смотрел остекленевшим взглядом себе под ноги — в одну точку, где каждый день ловил воспоминания, какие-то ниточки, за которые можно было зацепиться, чтобы продолжать жить дальше. Сейчас мало что было под силу. Без девушки, которая бесследно пропала несколько месяцев назад и которая снилась каждую ночь. А может, и не снилась? Иногда ему казалось, что он сам придумывал ее во снах, когда хотел, чтобы она была рядом. А ее не было.

Он делал так долгое время. Постоянно сидел утром, днем, когда чуть стемнело; мог прилечь, что бы поменять точку концентрации с пола на потолок. Или лежал подолгу без движения, только когда наступало определенное время менял свое месторасположение. Неважно, кругом все было одинаковым.

Человек — мужчина невысокого роста, худощавого, но крепкого телосложения, со светлыми волосами, челка которых спадала на лоб с едва заметными морщинами. Выраженные скулы, голубые глаза, шрам украшал левую щеку тоненькой полоской. Грустный и задумчивый взгляд.

Сейчас его мысли были заняты одним и тем же. Как и вчера, и за день до этого, и много дней перед этим днем. Наступал момент, когда буря различных эмоций раскраивала его мозг, съедала никчемную жестокую душу. «Долбануться бы хорошенько разок об стену головой, и стало бы легче», — думал он.

Но нет. Легче не становилось.

Он хотел знать, где она. Куда исчезла или с кем была теперь. Он чуял ее своим звериным обонянием. Запах Вивьен. Кожу. Аромат волос. Улыбку. Слезы. Страх. Желание…

Ощущал ее, как тогда.

Флойд

— Флойд, мы опоздаем.

Вивьен обернулась, ударив легонько по лицу своими рыжими, как медь, волосами. Я стоял позади почти вплотную, питаясь ее запахом, словно умалишенный. Зеленые глаза озорно блестели, подобно подаренным серьгам в ушах. Я собирался преподнести еще один сюрприз, но ждал вечера. Хотел сделать все красиво. По крайней мере, девушка заслуживала этого.

— Как я выгляжу? — спросила она, поправляя лямки черного элегантного платья.

Не проронив ни слова, поцеловал ее вместо ответа, слегка прикусив губу, как она любила.

— Так всю помаду съешь, — хихикнула красотка, уязвив приятной улыбкой в районе сердца.

Ошеломительная.

Вечер обещал быть нудным. Мы готовились к благотворительному мероприятию Уолтера. Скучнее ничего не было, как обсасывать дела корпорации с одними и теми же людьми. Впервые мою компанию будет украшать Вивьен в качестве помощницы. Убью без предупреждения любого, кто оближется на нее или разденет взглядом.

Эта с*чка была моей. Я подчинил ее себе, раскрепостил для себя в сексуальном плане, сделал так, что она даже ни разу не пробовала сбежать из дома, двери которого всегда были открыты. Но при этом я привязался к ней сам, прилип, как жвачка. Ненавидел себя, что, будучи влюбленным идиотом, мониторил каждый ее шаг, хоть и понимал, подобное поведение было хуже, чем действия умалишенного человека.

В один из холодных зимних дней она забрала мое сердце, когда я увидел ее в обыкновенном белом пальто-пуховике. На ее голове была шапочка с огромным помпоном, натянутая на уши, словно у тринадцатилетнего подростка, и такой же вязки широкий шарф. Щеки Вивьен порозовели от мороза, взгляд излучал чистоту и невинность. В ней было нечто безупречное и светлое, отчего мир имел свойство перевернуться вверх тормашками; придать ощущениям необыкновенности от увиденного.

Я оставался незамеченным. Она прошла в нескольких метрах и даже не взглянула в мою сторону, была увлечена сопровождающим парнем, который через несколько месяцев отдал мне ее тело и душу. Все было решено и схвачено в тот самый момент, я знал его уязвимое место. В конечном итоге, проблем с ним не оказалось.

Уже два года, как Вивьен жила у меня. Это достаточный срок для такого как я и для отношений, которые проявлялись каждый раз по-разному.

Я мог управлять телом. Мне было под силу манипулировать ее разумом. Причинял боль не только словом, умел влепить пощечину за малейшее неповиновение и, в одну секунду, боготворил настолько, что все вокруг переставало существовать. Кроме нее. В этот момент я лишался рассудка, а сам казался едва заметной точкой в огромном мире под названием «Вивьен».