Чтение онлайн

– Так что же ты делал в Дионе? – продолжал любопытствовать Алкивиад.

Обманывать напрямую опасно, нужно срочно сочинять очередную смесь правды и лжи.

– Я сопровождал госпожу Пандору, дочь моего хозяина. Мы бежали из Диона, где на нас напали воины Филиппа Македонского…

– Госпожу Пандору?! – с изумлением воскликнул Алкивиад. – Она здесь? С тобой?

– Нет. Так получилось, что мы разделились… У Термы. Надеюсь, с ней все хорошо…

– У Термы? – обеспокоенно переспросил Алкивиад и бросил встревоженный взгляд на лохагоса. – Когда?

– Три дня назад.

– Три дня назад там еще были наши, – еле слышно сказал лохагос.

– Так зачем же ты шел в Олинф? – продолжал расспрашивать Алкивиад.

– Я… Мы договорились с госпожой Пандорой, что встретимся там, если что-то случится.

Алкивиад недоверчиво поморщился и опять переглянулся с лохагосом.

– Боюсь, вся эта история звучит очень сомнительно.

Лохагос покачал головой:

– Сомнительно… Но, с другой стороны, на войне случается всякое. Ну а ты, Алкивиад, что можешь сказать про нашего гостя?

Алкивиад задумчиво почесал гладко выбритый подбородок.

– Алексиус – очень сообразительный юноша, Сократ. Тебе понравится.

– Сократ? – Леша не смог сдержать изумленного возгласа.

Художник Валерий Шамсутдинов

Лохагос, будто извиняясь, развел руками и сказал после некоторого раздумья:

– Боюсь, Алексиус, я должен задержать тебя. Ты раб афинского гражданина…

– Но как же госпожа Пандора? Что если она будет искать меня в Олинфе? Я не могу ослушаться ее приказа.

При этих словах Алкивиад скептически хмыкнул. Но Сократ лишь покачал головой.

– Даже если и так… – Он сделал многозначительную паузу. – На войне каждый афинский гражданин приложит все усилия и не пожалеет никаких средств, чтобы одержать победу. Так что на время военных действий и до момента, пока твой хозяин не объявится, ты будешь считаться государственным рабом. Я переговорю со стратегом, но, полагаю, что ты поступишь в распоряжение нашего отряда, под мое начало. Служи усердно и честно, и город не останется в долгу.

– Но госпожа Пандора…

– Если она объявится здесь, ей окажут необходимую помощь.

Алексей осознал, что спорить бесполезно и покорно кивнул:

– Хорошо. Благодарю тебя, господин Сократ.

– Полагаю, не стоит предупреждать, чем грозит попытка бегства или саботажа во время войны?

– Понимаю…

– Отлично. Раз ты все понял, слушай первый приказ. Ступай за этими молодыми людьми. Они отведут тебя в палатку, покажут твое место, накормят и проводят к лекарю, чтобы он осмотрел твою рану. Потом выспись как следует…

Леша с трудом сдержал улыбку.

– Слушаюсь, господин лохагос.

– Хорошо. Тогда всем отдыхать. А я еще немного посижу тут…

Афинский лекарь хорошо знал свое дело. Леша быстро шел на поправку. Рана на плече затянулась и уже почти не беспокоила. Он пытался разузнать о своей бывшей хозяйке, но никто ничего не слышал о ней. Также не было никаких новостей о том, что произошло под Дионом. Леша мучился от неизвестности, не зная, какая судьба постигла Теодора и оставшихся в разоренном поместье слуг.

Жизнь в военном лагере оказалась на удивление спокойной и размеренной. Через несколько дней Леша уже вполне освоился со своим положением. Его обязанности были просты и не очень обременительны: носить воду, собирать хворост, точить и чистить оружие. К тому же Сократ, видя, что Алексей еще не до конца оправился от ран, особо не нагружал его работой. С большим вниманием и интересом он наблюдал, как афинское войско ведет осаду непокорного города. Леша все время пытался чем-нибудь занять ум, чтобы не думать о постигшей его катастрофе и о той, кого он никак не мог забыть.

Потидея располагалась на узком перешейке шириной около шести стадий. С моря город стерег афинский флот. Большая часть кораблей была вытащена на берег, но несколько судов стояли в готовности на якоре. На суше пути из Потидеи преграждали высокие земляные валы. Так что город находился в полной изоляции и, судя по всему, уже давно испытывал нехватку продовольствия. Леша помнил, что больше года назад, в самом начале осады, афиняне попытались с ходу захватить непокорный город, но защитники дали бой и не позволили им одержать легкую победу. Так что афиняне решили взять Потидею измором. С тех пор ни одного серьезного столкновения не было.

Алексей часто забирался на вершину осадного вала и подолгу наблюдал за осажденным городом. Потидею окружали каменные стены – они, конечно, были высоки, но не настолько, чтобы не попытаться взять город штурмом. Леша все никак не мог сообразить, в чем причина такой вялой осады. Может, он что-то не понимает? Очередной раз задавшись этим вопросом, Леша решил за ужином расспросить кого-нибудь из воинов. Во всем этом положении Леше смутно виделась какая-то туманная, но вполне реальная возможность. Ему не хотелось фантазировать и забегать вперед, но нельзя было упустить шанс изменить свой статус в Афинах и вернуться к выполнению своей миссии.

Вечером небольшой отряд, которым командовал Сократ, как обычно собрался у костра. Даже появился Алкивиад, где-то пропадавший последние несколько дней. Увидев Алексея, он как-то странно, словно с сомнением посмотрел на него, но ничего не сказал. Леша обратился к нему сам:

– Господин Алкивиад, я никак не могу взять в толк, почему наше войско не пытается взять Потидею приступом?

Эллин поморщился и, словно малому ребенку, стал объяснять ему сложности штурма города, окруженного высокой стеной. Выслушав Алкивиада с должным почтением, Леша кивнул и спросил с наигранной наивностью:

– А если взять сотню лестниц и атаковать ночью сразу со всех сторон?

Воины, прислушивающиеся к беседе, с ухмылкой переглянулись.

Алкивиад раздраженно поправил золотой обруч, придерживающий его длинные, аккуратно уложенные волосы.

– Да. Если бы я был персидским сатрапом, я бы так и приказал своим воинам: идите и умрите на этой проклятой стене, но возьмите город.

– Почему персидским сатрапом?

– Потому что варвары… – Алкивиад сделал многозначительную паузу и посмотрел на Лешу: – варвары не дорожат жизнями воинов. Да, полагаю, описанным тобой способом можно быстрее захватить город. Но какой ценой? И кто будет ее платить? Афинские граждане, а не рабы и не варвары! Легко давать советы, когда не тебе проливать свою кровь.