Чтение онлайн

Итак, что же для вас свет, а что тьма? Глупец скажет, что тьма - это всё плохое, а свет - всё хорошее. Мудрец скажет, что каждый светлый человек отбрасывает тень. Наивный же скажет, мораль всему мерило, но так ли это на самом деле? Что есть мораль, как не свод узаконенных преступлений.

Ответ лишь один тут уместен: "Для кого-то свет - это тьма, а тьма - это свет". Никто кроме богов не может определить, добро несёт с собой человек, али зло.

Из речей Просвещённого.

Все его скромные пожитки и некоторые важные вещи Элтуриона уже были собраны и уложены в две чересседельные сумки. Он подошёл к одной из лошадей мага, отвязал её от наспех сконструированной коновязи и забрался в седло. Окинув в последний раз, полюбившийся за годы жизни пейзаж, Гул'Дар ударил пятками в бока лошади и та пошла по заросшей лесной тропинке.

Через полчаса он выехал из густого леса на открытую местность. Отсюда, с высоты нескольких километров, открывался вид на невероятной красоты долины, заросшие цветами и кустами, дубовые рощи, хвойные многовековые леса и сосновые боры. Позади него громадой нависали огромные отвесные скалы пандорского горного хребта, долгие годы бывшие ему домом и учившие его выживать в диких условиях.

Проехав ещё около десяти километров, он оказался на неширокой, наполовину заросшей травой дороге. Здесь едва ли могла пройти повозка Элтуриона, да и следов людей или коней тоже не было видно. Однако наличие этой дороги означает то, что по ней когда-то давно ходили люди, а значит, где-то неподалёку может быть поселение.

Гул'Дар остановился возле валуна, заросшего мхом. На валуне его ждал силуэт человека, собранный из частиц пыли, земли и мха. Человек сидел, скрестив руки на груди, и явно ждал его. Юноша усмехнулся подобной театральщине, но спешился и подошёл поближе.

– Давно ты тут сидишь?
– издеваясь, спросил Гул'Дар.

– Ты же свой разум экранировал, и я не смог с тобой поговорить, - буркнул дух.

– О чём ты хотел поговорить? – кивнув головой, спросил юноша.

– Я хочу тебя в последний раз попробовать переубедить ехать в Рубеж, - дух смотрел тёмными провалами глазниц прямо в глаза юноше. Молодой человек спокойно выдержал взгляд невидимых глаз и стал ждать продолжения.
– Ты там не найдёшь ничего, кроме разочарования в людях.

– С каких это пор ты стал заботиться о таких вещах? – прислонившись плечом к стволу дерева, задал вопрос Гул’Дар.

– С тех самых пор, когда ты слетел с катушек!
– гневно взорвался дух.
– Ты помнишь ещё, о чём мечтал, когда увидел способности Элтуриона?

– Хм...
– Гул'Дар действительно забыл, что было в день его первой встречи с волшебником.

– Вот, видишь, что он с тобой творит?!
– дух спрыгнул с камня и, тряся руками, подошёл ближе.
– Он стирает тебе память, он переписывает твою личность.

– Ты же говорил, что запечатал его, - подавив приступ страха, сказал Гул'Дар.

– Да, запечатал.

– И ты сказал, что он больше меня не тронет.

– Да, я так говорил.

– Выходит ты мне врал?
– чуть наклонив вправо голову, спросил юноша.

– Не совсем, но оказалось, что за полгода душа Элтуриона сильно сплелась с твоей.

– Что это значит?

– Это значит, что если ты не будешь убивать, калечить и поглощать души, то Элтурион может захватить контроль над тобой, - почесав макушку, произнёс дух. При этом с него посыпалась земля, а от руки отвалилось несколько пальцев.

– Но если я буду убивать и поглощать души, то моим телом завладеешь ты, - палец Гул'Дар уткнулся в мягкую земляную грудь духа.
– Замечательная перспектива, либо злобный дух-маньяк, либо добрейший маг любимец горожан.

– На твоём месте я выбрал бы первый вариант, - буркнул дух.

– С чего бы это?
– резко спросил Гул'Дар. Дух при этом бросил на него гневный взгляд отсутствующих глаз.

– Просто не потеряй себя на этом пути, - сказав это, дух исчез, а его тело осыпалось маленькой кучкой грязи на землю.

Разгорячённый неприятной беседой, молодой человек вскочил на лошадь и ударил пятками по её бокам. Та встала на дыбы и сорвалась с места. Несмотря на гнев, Гул'Дар решил не загонять лошадь, поэтому вскоре сбавил темп. "Мне сейчас нужна холодная голова. Нужно понять, что делать дальше", - успокаивал он себя.

Выбор ему предстоял незавидный: либо стать пацифистом, забросив при этом свой истинный потенциал, либо стать убийцей и развить силу, данную ему от природы до максимума. Он искал вариант сохранить баланс, но пока не понимал, как этого добиться.

Дорога, по которой он ехал, постепенно начала расширяться и принимать более приличный вид. Повсюду стали появляться следы присутствия людей и вскоре он выехал на перекрёсток. В землю на обочине был небрежно воткнут деревянный знак, указывающий на ближайшие поселения.

– Прямо пойдёшь - злато обретёшь, налево пойдёшь - любовь найдёшь, в Рубеж пойдёшь - глупцом помрёшь, - раздался в голове язвительный голос духа.

Гул'Дар игнорировал насмешки духа и стал читать руны, обозначавшие названия поселений. Ни одно из названий не являлось для него знакомым. Он пытался вспомнить хоть что-то, однако память его подводила. Юноша оглянулся по сторонам, в попытках откопать в памяти поглощённых душ знакомые образы. Души молчали, воспоминания к нему не шли. Было ощущение, что ни один из поглощённых им людей не бывал в этих краях. Даже Элтурион не помнил этого места.

– Ты знаешь, куда нужно ехать?
– спросил он у духа, чьё присутствие всё ещё ощущал.

– Прямо.

– Так я выйду к Рубежу?
– уточнил Гул'Дар.

– Рано или поздно, - коротко ответил он.
– Если не сгинешь раньше.

Глубоко вздохнув, юноша направил коня прямо по наезженной тропе. Через три часа он подъехал к старой деревне. Ему повезло, и деревня была обитаема. Старые покосившиеся домики, полуразрушенные деревянные заборы, прогнившие бельевые верёвки. Всё в этой деревне говорило о горе и утрате.

Внезапно мимо его плеча пролетела стрела и вонзилась в наполовину сгнившую калитку забора. Гул'Дар тут же спешился и шлёпнул лошадь по крупу. Та взбрыкнула и отбежала в сторону. Из пустых провалов окон и дверей в него полетели стрелы. Большинство из них летели медленно, словно выпущенные нетренированной рукой. Он с лёгкостью увернулся от стрел и занял безопасное укрытие.

– Ни шагу дальше!
– послышался женский голос.
– Мы тебя застрелим, поганец!

– Я же ничего дурного вам не сделал, люди, - громко заявил Гул'Дар.
– Я только недавно в этих краях, сам не знаю, что здесь произошло.