Чтение онлайн

Дождавшись медленного кивка Светлейшей, Арье повторил Благословение и удалился. Он понимал, что оскорбляет женщину, благодаря которой все еще жив, однако не мог снова слышать невнятные ответы. Не сейчас, когда и без того призрачный шанс все исправить начал таять на глазах.

– …Стихия требует честности. Вы не сумеете совладать с водой, не признавшись в бессилии перед ней. Только открытое сердце и разум позволят воде довериться вам и наоборот…

Светлый Бецалель, преподаватель по Стихиям, а по совместительству отец Селестии и Ру, одарил класс улыбкой. Седые закрученные на концах усы дрогнули, демонстрируя аудитории ряд белых зубов.

Бецалель поднял руку, позволяя разлитым по полу каплям одна за другой собраться в огромную сферу.

– Собрать воду вместе несложно, вот расщепление требует долгой кропотливой работы над собственными мыслями.

Огромный пузырь дрогнул, снова превращаясь в малюсенькие капельки-брызги, настоящий застывший вихрь. Сверкающая крошка медленно кружилась, переливаясь в свете заходящего солнца всеми оттенками розового. Завораживающее зрелище!

Теперь понятно, что Руфия пыталась сделать. Я поежилась, вспоминая вчерашний душ.

На последнем занятии нас собралось всего ничего, лишь самые младшие бескрылые ангелы и артси. Новенькие были заняты своим собственным обучением, потому плевать хотели на взлохмаченную артси. Среди них я смогла выдохнуть.

Светлый Бецалель сложил руки и водное безумие снова очутилось в фонтане, из которого и пришло.

– Теперь сами.

Как там было? Очистить разум, открыться стихии? Сверяясь с конспектами, я вытянула руки и растопырила пальцы. Вода в красивой резной плошке равнодушно отразила их, даже не думая поддаваться.

– Не нужно усердствовать, для начала поднимите все целиком, – преподаватель склонился над молодым ангелом. Из-под пальцев юноши взлетели в воздух крупные капли, зависли возле его лица. – Отлично! Очищаем голову…

Моя голова чище души Первосвященника, но дурацкая капля взлетать не желает! Должно же получиться хоть что-нибудь…

Один за другим одногруппники поднимали капли в воздух и получали похвалу от преподавателя. У меня же не выходило даже сдвинуть жидкость. От напряжения в ушах зазвенело.

– На сегодня все, можете отдыхать, – мужчина пригладил седую бороду. Его лавандовые глаза нашли меня на задней парте, и преподаватель прищурился. – Артси Хессиль попрошу остаться, всего на пару слов. – заметив мои округлившиеся глаза Светлый цыкнул. – Да не трясись ты, ради Порядка! Я детей не ем.

Юные бескрылые немного поглазели на меня, перебросились парой слов и удалились из класса.

За сегодняшний бесконечный день кабинет Светлого Бецалеля казался самым мелким и самым уютным. Через открытую лоджию попадало много света, все пространство заполняли мелкие фонтаны разных форм и размеров, в воздухе стоял запах холодной свежести.

Я собрала разбросанные по парте бумаги с кривыми записями и потащилась к столу. Не садясь, Светлый сам выхватил у меня Светлейшее Дозволение, в котором пока что значились лишь три имени, быстро подписал.

– Селестия говорит тебе нелегко приходится. И Арье пока занят. Как ты?

Простой вопрос застал меня врасплох. Казалось Светлому действительно есть до меня дело. Но признавать свое бессилие пока не хотелось, так что я натянула кривоватую улыбку и поспешила успокоить Бецалеля:

– Не страшно, это ведь временно! Они привыкнут и станет легче…

– Смелость – это похвально, но не забывай, что ты не одна здесь. Грозовое Гнездо с трудом принимает в свои ряды новеньких, зато как примет, уже не отпустит!

Ему очень хотелось верить.

– У меня не выходит! – я кивнула на фонтан, когда Бецалель закончил с дозволением. – Ну это, с водой…

– Не торопись, – Светлый улыбнулся. – Стихия тебя слышит, просто нужно время, чтобы ты услышала ее, – он протянул мне перевязанный синей лентой свиток. – Готово. Можешь найти Светлого Эфраима, он терпеть не может бумажную волокиту и будет рад закончить с формальностями.

Поблагодарив преподавателя, я устало улыбнулась и вышла из кабинета. Судя по времени, студенты должны быть в трапезной на ужине. Мой желудок заурчал, требуя подкрепления, но идти туда я не собиралась. Лучше истощиться до припадков, чем терпеть полные отвращения взгляды… К тому же Селестия наверняка сжалится и принесет что-нибудь из малосъедобной ангельской пищи ко мне в комнату.

Я прогуливалась вдоль белоснежных стен, касаясь кончиками пальцев шершавой каменой поверхности. Исполинская статуя в центре главной залы глядела вниз мраморными глазами. Я оторвалась от стены и подошла к ней, стала всматриваться в бесстрастное лицо.

Мне чудилось, что у замка есть душа, а сердце ее бьется именно в этой статуе, просто медленнее, оттого никто не замечает. Дышит она огромными холлами, отражается в широких фонтанах и звучит голосами студентов.

– Хессиль…

Голос, смутно знакомый, всплыл в глубине сознания. Я коснулась крошечной стеклянной монетки, спрятанной в поясе и пристальнее вгляделась в мраморное лицо ангела, но статуя молчала.

– Хессиль!

– Хесса, – Руфия дернула меня за плечо и развернула к себе. – Ты чего тут?!

Я моргнула, прогоняя наваждение. Статуя признаков жизни не подавала, зато мой желудок издал страшный утробный вой.

– Кажется я проголодалась, – смущенно потерла шею. – И голова трещит.

– Так идем есть!

– Знаешь ведь, не могу…

– Проблемная артси! – Златовласка закатила глаза. – Хаос с тобой, пошли к нам, я Небесницу в комнате припрятала…

«Созданные по образу и подобию Всевышнего, в старину ангелы рождались с крыльями. Но, со времен возникновения Небес, дети Порядка стали появляться на свет бескрылыми. Лишь старейшие Светлейшие серафимы владеют магией, способной выращивать крылья молодым ангелам. В первые годы ритуал, названный Посвящением, проводили сразу после рождения, но со временем стало ясно, что младенцы непослушны и шкодливы, плохо подчиняются Порядку. Обладая полноценной ангельской силой, они спускались на землю и наводили Хаос в мире людей, не говоря уже об опасности близ Разрывов. Светлейшим Советом было принято решение посвящать молодых ангелов только по достижению зрелого возраста, а также соответствию определенным физическим критериям. Важно отметить, что главной проблемой были не сами крылья, а, как отметил в своих работах Светлейший Авраам, «великая сила, сокрытая в человеческом теле до обретения крыльев. Свет души требует порядка и дисциплины, и только познавшие их достойны открыть в себе его полное воплощение. Так пожелал Ордо, лишив детей наших крыльев, да будет так». Освобожденный свет души именуется Нимбом и проявляется в глазах детей Порядка.»