Рождение империи
Шрифт:
Следующий час превратился для Иннокента в череду перебежек и коротких огневых контактов. Иногда в скоротечных боях выигрывали они. Иногда проигрывали, и приходилось отступать с потерями. Но, несмотря на это, отряд понемногу разрастался, и вскоре он перевалил за тридцать бойцов.
— Думаю, мы уже можем идти к Президентскому дому, — сказал Каин во время очередной передышки, когда оказывалась помощь раненым, перезаряжалось оружие, а командиры намечали новую цель атаки.
В результате их действий плотность огня в квартале упала. По сути, они взяли его под свой контроль, что неудивительно, ведь все свободные силы мятежники стягивали к центру, пытаясь выкурить Оникса и тем самым поставить «мат» в затянувшемся мятеже.
В центре города все еще слышались интенсивные автоматные очереди и даже взрывы, и это говорило о том, что камрад-президент все еще цел, и если продолжить аналогию с шахматной игрой, то ему поставили только «шах», а значит, игра продолжается.
«Вот только кто я в этой игре? — невольно подумал Иннокент. — Пешка? Или фигура, знающая истинную подоплеку основной игры: конь, слон, а может, ладья? Но уж точно не ферзь. Эту комбинацию в себе совмещает сам король…»
— Можно, — согласился Маркиз, — здесь нам уже все равно делать нечего, так что либо действительно идти на помощь Ониксу, либо выбивать другие кварталы.
После короткого раздумья его поддержали командиры более мелких отрядов, согласно кивая.
— На западе и востоке сидят наши, — сказал им Страйк. — Непонятно только, кто на севере, а именно через него нам придется идти, если по прямой, к камрад-президенту.
— Ну вот, заодно и этот квартал по пути вычистим от ублюдочных предателей, — заявил один из бойцов, имя которого Иннокент не запомнил.
— Тогда вперед, — сказал Маркиз, взявший на себя командование с самого начала, как командир самого крупного отряда. — Ждать действительно больше нельзя, как бы поздно не стало.
— Пошли…
Минута на сборы — и почти целый взвод хорошо вооруженных бойцов двинулся на север, чтобы вмешаться в сражение за Президентский дом, бой у которого никак не желал стихать, более того, иногда набирал совсем уж невероятный накал.
49
Не успел отряд преодолеть и десятка метров, как в сумятицу городского боя влились новые участники, причем оттуда, откуда их никто не ждал — с неба падало три шаттла.
— Кто бы это мог быть?
Вопрос остался без ответа.
— Никто не мог так быстро добраться до Ассалта, — сказал Иннокент.
— Если эта бригада уже не была в пути к Ассалту, направляясь на отдых после очередного рейда, — сказал Маркиз.
— Точно. Вот только за кого они?
— Об этом мы не узнаем, пока не увидим их.
— Тогда предлагаю немного скорректировать планы и встретить их, — предложил Иннокент. — Тем более что они садятся как раз на южной стороне.
— Зачем?
— Если это друзья — объединимся и двинем на помощь Ониксу вместе. Если враги — устроим засаду и не дадим пройти свежим силам противника, что может с легкостью переломить ход событий в нашу пользу, поскольку ситуация на главном фронте явно шаткая, и любая мало-мальски значимая сила может перевесить чашу весов.
Предложение было принято без обсуждений, и отряд так же резво, как начал движение к Президентскому дому, повернул назад, чтобы успеть занять позиции — шаттлы уже включили тормозные двигатели.
Три шаттла, подняв тучу пыли, приземлились не на отведенной для посадки площадке космодрома, а в непосредственной близости от города. Это лишний раз подтверждало намерение приземлившихся абордажников и, возможно, части матросов принять самое активное участие в схватке в поддержку одной из сторон. Сто пятьдесят человек, полностью оснащенные броней и вооружением, сбежали по трапам шаттлов и устремились в город. И сила это не просто существенная, а очень существенная.
— Ну, чьи они? — спросил Страйк у одного из бойцов, взобравшегося на крышу и пытавшегося рассмотреть в единственный на весь отряд бинокль новичков.
— Не видно! Черт бы побрал этот дым, застилает все непроглядной пеленой!
— Но наличие или отсутствие белых повязок-то ты должен различить?!
— Говорю же, ни черта не видно! Дым, пыль…
— Тогда имеет смысл встретить их засадой, — сказал Каин. — Пока не выясним, кто они и за кого собираются воевать.
— Рассредоточиться! — крикнул Маркиз, и бойцы стали выбирать позиции среди домов.
Никого не смутило, что тридцать человек, среди которых треть ранена, встретят в пять раз превосходящего по численности возможного противника. Позицию они выбрали отличную — окраину квартала, а сами кварталы разделяет широкая полоса дороги и прилегающего к ней пространства. Такую зону простреливаемого пространства, понятное дело, преодолеть не так-то просто. По крайней мере, наскоком точно не получится.
— Ну что, Страйк, не получается узнать, кто они? — спросил Иннокент.
Страйк, до этого пытавшийся вызвать неизвестный отряд по рации, отрицательно мотнул головой.
— Со связью по-прежнему проблемы.
— А может, они ее имитируют?
— Может… Но я думаю, что это общая беда — как наша, так и мятежников.
— Хорошо бы. А то мне становится не по себе, когда я думаю, что действия противника хорошо скоординированы. А так мы, по крайней мере, в равном положении.
— Идут! — доложил разведчик.
— По-прежнему не видишь кто? — спросили его.
— Белых повязок не вижу…
— Точно?
— Да… на тех, кого увидел, их нет.
— Ну, это еще ничего не значит, — сплюнул Маркиз, глянув на Каина. — Могли пойти на обман.
— Да…
— А чьи это люди, разобрать можешь?
— С этим тоже проблема, — виновато ответил наблюдатель.
— Нужно идти на переговоры, — сказал Каин. — Если они наши союзники, то стрельба по своим — самое худшее, что может произойти в этом бардаке.
— Да, подобного дерьма хотелось бы избежать, — согласился Страйк. — И так уже нахлебались… Вот только кто пойдет?
Добровольцев идти под пули, если предстоит встреча с врагом, не оказалось.
— Ладно, я пойду, — поднял руку Иннокент.
— И я с тобой, — кивнул Страйк.
— А мы вас прикроем, — сказал Маркиз.
— Да уж постарайтесь…
— Но в случае чего — жестоко отомстим.
Иннокент лишь криво усмехнулся заезженной шутке. Страйк, наоборот, послал Маркиза куда подальше, но тот не обиделся, в конце концов не он идет на переговоры.
Каин и Страйк быстро выбежали на середину дороги, готовясь встретить отряд, неизвестно на чьей стороне собравшийся сражаться, и стали ждать. Стоять на открытом пространстве не самое приятное занятие, когда вокруг то и дело слышны выстрелы, а на тебе даже самой захудалой брони нет, точно голый в чистом поле. Сразу ощущаешь себя таким уязвимым… Вот возьмет какой-нибудь снайпер обкуренный и пристрелит.