Чтение онлайн

Элиас действительно сильно устал, он еще никогда не был так измотан, и держался из последних сил, чтобы показать отцу свою подготовку и преданность делу. Уже проваливаясь в глубокий сон, парень перестал осознавать реальность и что он сидит на дереве под завывающим ветром в дозоре. Он был настолько беспечен, насколько мог позволить себе девятилетний ребенок. Ему начал сниться сон о том, как он, уже взрослый, сражается с ордами опасных зверей в одиночку, защищая королевство от нашествия орды, и все идет к победе, все складывается просто прекрасно.

Однако в этот момент, сидя на дереве, Элиас стал хмуриться. Его сон стал смазанным и не четким, он потерял нить событий, и какое-то странное чувство изнутри стало его беспокоить. Это чувство быстро выдернуло его из сна, на него нахлынуло необъяснимое чувство тревоги и беспокойства.

— Отец! — прошептал Элиас. — Что-то со мной не так. Сейчас мне очень страшно, и я не знаю почему.

— Что ты имеешь в виду? — Триан не понимал что случилось, он решил, что сыну приснился страшный сон.

Однако Элиас начал всматриваться в даль, его глаза бегали по темному лесу, будто хотели кого-то найти… или что-то. Элиас не понимал что с ним происходит, его терзала беспокойство но он не понимал почему, у него было такое чувство, что вскоре должно произойти нечто страшное, и его это пугало до жути.

— Элиас что случилось, тебе приснился кошмар?

— Отец, я не знаю что произошло, но мне очень страшно. Мне кажется, что за нами кто-то наблюдает издалека, но я никого не вижу.

В этот момент Триан и сам начал беспокоиться. Он не был суеверным или слабохарактерным человеком, однако будучи охотником уже более пятнадцати лет он многое повидал и о многом слышал. Обычно, когда у кого-то появляется тревога и беспокойство, это говорит о приближающейся опасности. Это не всегда так, но когда на кону жизни, лучше убедиться, что ты готов к бою, чем ждать смерти. Триан оглянулся и посмотрел в направлении места, куда смотрел его сын, он тоже ничего не увидел, мужчина колебался некоторое время и ничего не говорил. На его лице появилась тревога, он стоял перед выбором — поднимать тревогу или нет, ведь по идее, здесь не должно быть никаких опасных зверей. С другой стороны, чувство тревоги как у его сына говорит об обратном, причем, если появляется такая сильная тревога, значит дела плохи.

Еще раз взглянув в глаза своего сына, Триан задумался в последний раз перед тем как принять решение. Мальчик выглядел так, как будто сейчас заплачет, он смотрел на своего отца и видел, что тот тоже сильно нервничает, но не понимал почему. В голове крутились десятки мыслей, он был крайне напуган до такой степени, что из глаз уже подступали слезы.

— Отец, что со мной?

— Все в порядке, быстро спускайся и беги в лагерь.

После этих слов Элиас наконец понял, что дела плохи. Он быстро спрыгнул с дерева и метнулся в лагерь. Тем временем, Триан достал специальный свисток и со всей силы подул в него. После этого, он тоже спрыгнул на землю и, не отводя взгляд от темноты, начал двигаться спиной по направлению к лагерю.

Глава 5. Отчаянное сражение

Это был специальный охотничий свисток, издающий специфический звук. Воины использовали его на охоте во время дозора, в случае атаки на лагерь. Звук был приглушенным, но очень сильным, как будто гудит огромный рог, но на более низких частотах. Каждый охотник был натренирован моментально реагировать на этот звук как только его услышит. Благо слышно его было на расстоянии около 150 метров, в зависимости от погодных условий.

Услышав сигнал тревоги, все в лагере проснулись и начали хватать оружие. Взрослые в спешке разбудили детей, сказали им собраться всем вместе, а сами стали вокруг них с оружием в руках. Дети же взяли в руки луки и приготовились стрелять. Через несколько мгновений прибежали дозорные и присоединились к круговой обороне.

— Что произошло? Кто на нас нападает? — задал вопрос один из воинов.

— Сложно сказать, но возможно, в лесу есть опасные звери и они рядом, — Триану было сложно объяснить товарищам свои опасения.

Все всматривались в темноту ночного леса. Шел довольно густой снег, а ветер устрашающе завывал. Никому не хотелось бы остаться наедине с такой пугающей неизвестностью. Костер уже давно потух, и площадь обзора была радиусом всего 7-10 метров. Все были напуганы, просто так тревожный сигнал никто не будет подавать. Если у мужчины слабые нервы, никто его не возьмёт в свою команду. Все воины в этой группе охотились уже довольно давно и доверяли друг другу, поэтому слова Триана воспринимались более чем серьезно.

Дети, стоящие в центре, были сильно напуганы. Они не могли и представить, что уже в таком раннем возрасте им придётся сражаться против опасных зверей. Они паниковали, но вели себя молча.

Элиас был встревожен больше всех, он все чаще всматривался в одном, определенном, направлении. Именно оттуда они с отцом и пришли. Все его тело было покрыто «гусиной кожей» от страха, его волосы встали дыбом, а сам парень стал немного задыхаться от напряжения.

Отец парня заметил состояние сына, он знал причину такого его поведения, и поэтому не мог не спросить:

— Сын, что ты чувствуешь? Где враги?

Услышав слова их командира, воины не на шутку встревожились.

«На самом деле, это парень подал сигнал тревоги? Но почему?» — роились мысли в головах у большинства.

— Триан! Что происходит? Почему ты просигналил тревогу? Ты видел врага?

— Или это твой сын кого-то увидел?

— Братья! Это сложно объяснить, Элиас почувствовал сильную тревогу в дозоре, она была крайне необычна. Не похоже, что мой сын может просто так испугаться чего-либо. Я сразу вспомнил об «ощущении опасности», и подумал, что лучше подать сигнал тревоги и ошибиться чем не подать сигнал и быть застигнутым врагами врасплох. Честно, я не знаю что происходит но я доверяю своему сыну.

«Ощущение опасности»? Ты серьезно? Он еще ребенок и у него нет никакого опыта сражений, как это ощущение может у него быть?

— Триан, ты наш лидер и ты ни разу нас не подводил, но мне кажется, в этот раз ты ошибся. Мы ни разу не видели это «ощущение» на практике и понятия не имеем как оно проявляется, но ты поднял тревогу лишь предполагая опасность.

Дети и взрослые начали смотреть на испуганного Элиаса, его взгляд был беспокойным, а глаза смотрели в одно и тоже место в темноте. Взрослые ничего не говорили ему, они знали, что ребенка может сильно напугать «взрослая» работа, но никто не ожидал, что все может так обернутся. Мужчины стояли в круговой обороне, не опуская оружия. Каждый воин был наготове, в походе любая оплошность могла стоить жизни соплеменников, а с ними еще были и их дети, уровень ответственности вырос в разы.

С другой же стороны, дети совсем не разделяли серьезности ситуации их отцов, они косились на испуганного парня и злились, что из-за него им пришлось проснуться и все сейчас были на нервах.

— Дурак! Испугался чего-то во сне, и всех разбудил.

— Оказывается наш «великий» Элиас — испуганный кролик, который не готов к охоте.

— Ненормальный!

Дети обижено шептались между собой, но при этом следили за окружением.

Никто не делал глупостей. Все были на стороже, взрослые охотники молча наблюдали за темным лесом.

Так, в кругу, они простояли несколько минут, готовые к бою, … однако, … ничего не происходило. Ветер завывал и не более, не было никаких признаков врага. Понемногу, мужчины начали расслабляться и переглядываться между собой.

Дзынь…

Дзынь…

И в этот момент, в одном из направлений послышался звук ловушки-погремушки. Звук было четко слышно в лагере, и это привело охотников к боевой готовности. Звук означал, что рядом кто-то есть, ловушек было много и они были по всему периметру лагеря на расстоянии 20–50 метров.