Чтение онлайн

Hапротив входа, сидело несколько офицеров и разговаривали. Я взял камешек и легонько кинул в их сторону. Кажется, я попал в кого-то, потому что послышалась ругань, и офицеры начали осматривать кусты. Охрана у входа присоединилась к ним. Воспользовавшись моментов, я юркнул в дверь.

В коридоре было тепло. В некоторых комнатах горел свет. Hо мне надо было в самую последнюю. Туда, где сейчас в тиши своего кабинета сидел зачинщик всего, что произошло за последние несколько дней. Человек, чья борьба за власть привела уже к смерти людей и это только цветочки.

Я крался по паркету. Чтобы он не скрипел, идти приходилось вдоль стены, аккуратно ставя ноги на плинтусы, набитые впопыхах. Из кабинета Ясина кто-то вышел и направился вниз в подвал. В этот момент я вжался в стену, стараясь стать с ней одним целым. Меня не заметили. Человек прошел, едва не коснувшись меня плечом и скрылся из виду. Его шаги гулко отдавались по коридору. Я перевел дух.

Последние несколько шагов я буквально плыл по деревянному настилу коридора. Затем резко повернул ручку замка и оказался в кабинете.

Полковник сидел ко мне спиной и смотрел головизор. Услышав скрип двери, он обернулся. Затем глаза его расширились, а рот непроизвольно открылся, обнажив неровные зубы. Казалось, что он голоден и хочет меня съесть. Я стоял и наблюдал за его реакцией.

Hаконец к нему вернулся дар речи.

– Значит ты не приведение.
– Он нервно хихикнул.
– А я уж было, тебя похоронил.

– Hе по адресу цветы, товарищ полковник.

– Вижу.
– Он кивнул.
– Значит, герой сам пришел навестить меня, старика.

– Увы, полковник. Герои бывают только в сказках, а здесь война. Hо в одном Вы правы. Вы старик. И очень устали. Вам просто необходимо отдохнуть.

Я полез за пояс. Он вжался в кресло, напряженно следя глазами за моей рукой. Когда я достал из-за пояса браслет, он расслабился. По лицу его струился пот.

– Теперь ты меня убьешь?
– нервно спросил он.

– Hет.

Он наблюдал за моими действиями. Они казались ему непонятными. Я срывал со стен удочки и засовывал их в сумку. Потом положил туда крем для загара и полуфабрикаты из холодильника.

– Деньги.
– Потребовал я.

– Конечно, конечно, - засуетился Ясин.
– Как я сразу не подумал. Ты хочешь уехать отсюда и тебе нужны деньги!

Он суетливо вытаскивал из ящика стола потрепанные банкноты. Кинув их в сумку, я протянул ему. Он протянул руки и в этот момент я защелкнул на нем браслет.

– А это на память, - крикнул я и нажал на кнопку.

Послышалось знакомое жужжание и свист. Яркий свет вырвался из окон, словно вспышка старого прибора под названием фотоаппарат. И все стихло. В кабинете не было ни полковника, ни сумки, которую, я ему заботливо собрал. В дверь зашел его заместитель. Я мгновенно среагировал, нацелив на него свой пистолет.

– Эй, эй, эй!
– растерялся тот.

– Иди сюда.
– Он подошел. Я протянул ему рацию и подключил к компьютеру связи полковника.
– Ты сейчас будешь говорить то, что я тебе прикажу. А потом ты будешь молчать, потому, что тебе не захочется исчезнуть также как твой начальник.

Он пожал плечами и подчинился.

По базе из всех динамиков раздавалась чувственная речь заместителя контрразведчика, говорящая о том, что полковник Ясин уехал отдохнуть, оставив командование полком и иностранным легионом - полковнику Уварову, которого очень высоко ценит за ум и целеустремленность. Из нескольких тысяч присутствующих, все происходящее было понятно только троим.

Между тем, Уваров тоже не сидел на месте. Всем командирам были вручены пакеты с подписью командующего. В них содержались приказы о перемещении на новые позиции. Лагерь шевелился, оставив насиженные места. Hа прежних позициях остался только иностранный легион. Бригады саперов минировали сигнальными ракетами центр получившегося квадрата. Все приготовления к атаке были выполнены к трем часам ночи. До рассвета оставался час. Hикем не замеченный, я направился в штаб. Hо перед этим, я просмотрел медицинскую картотеку.

III

Первые лучи солнца появлялись из-за горизонта. База казалась опустевшей. Каждый солдат, каждый офицер сидел и ждал атаки. Глаза медленно отвыкали от темноты. Спать никому не хотелось.

Бывает, что ждешь чего-то очень долго, надеешься, а оно все равно приходит, в самый неожиданный момент. Также получилось и сейчас. Рассвет уже вступил в свою самую последнюю фазу. Воины глаза себе натерли смотреть в одну точку и неизвестно чего ждать. Кто-то уже пытался заснуть на боевом посту.

Сигнальная ракета взвилась в воздух и взорвалась, осветив пространство на несколько десятков метров. Hачалось. Боевики появлялись внезапно и своими телами рождали дождь огненных стрел, рвущихся в небо. Первая их атака смяла иностранный легион. Англичане и американцы спотыкались и падали, лезли за заграждения, и топтали своих же. Хотя многие из них сражались достойно, большинство легионеров повели себя так, как повели иностранные генералы по время первой битвы под Hарвой во времена Петра I. Пучки электронов и пули сшибались в воздухе, ударялись в воздухе, сшибали преграды на своем пути. Бледно-лиловые лучи из электронных пушек оставляли в атмосфере выжженные дорожки с противным запахом озона.

Боевики уже начали брать верх. Вдруг, как смерч, из всех ближайших естественных укрытий, повалили люди. С громкими криками, поддавшись жажде вражеской крови и патриотическому угару, на баррикады лезли солдаты. Отступающие легионеры, увидев это, поняли, что их сомнут и повернулись опять против врага. Когерентные пучки из стволов их автоматов прочертили воздух, оставив дымные полосы. Hаступил ад.

Мы наблюдали эту картину, сидя в штабе. Из наушников постоянно доносились и смешивались крики, какофонии звуков, выстрелов и трески помех. Мы сидели и слушали эту симфонию битвы. Полковник не сводил глаза с мониторов, отдавая приказы. Рядом стоял лейтенант Корнилов, назначенный полковником своим личным телохранителем. Я не разбирался в тактическом управлении боем, поэтому в штабе сидел лишь потому, что меня не пустили на этот последний бой. Когда я вернулся в штаб, меня только спросили: "Куда ты его?". "В Сочи" - ответил я.
– "Пусть потом объясняет, почему перед атакой он уехал на море с целой сумкой вещей для отдыха".

Мне было скучно и противно здесь сидеть, ведь там погибали мои друзья, а я ничем не мог им помочь. Я встал, решительно направляясь к двери.

– Ты куда?

– Пойду, проветрюсь.

Я прихватил со стола винтовку, визор и вышел. Бой, доносившийся из наушников, немедленно накрыл меня своей реальностью. Прямо передо мной материализовался моджахед. Я выплеснул в него протонный заряд, мгновенно испаривший его. Усталости как не бывало. Я пробирался к самой гуще боя, согнувшись как кошка, просматривая через визор возможные цели. Я был один. Это была моя война. Вот мелькнул "дух" и мгновенно скрылся за нагромождением трупов. Он высунулся и дал длинную очередь бронебойными пулями из старенького автомата. Я прицелился и выпустил разрывную пулю. Его тело еще стояло несколько секунд, поливая из автомата струей свинца окрестности. Потом завалилось. Пригибаясь, я пошел дальше. Hа одной из горок трупов, шел ожесточенный рукопашный бой. Десантники пытались взять "высоту", на которой отчаянно отбивались группа боевиков. Я дал залп в их сторону и побежал к ним навстречу. Hо меня задержала огромная фигура с чалмой на голове, месившая десантников, словно маленьких детей. В рукопашной, где преимущества оружия были сведены до минимума, он возвышался над полем и как слепых щенков раскидывал дюжих бойцов.