Чтение онлайн

– Я смотрю, ты умеешь приободрить и поднять настроение. А ты не можешь ошибаться в своих расчётах?

– Зато я умею мотивировать, а ошибки в расчётах нет. Я тебе позже подробней расскажу, если будет интересно, а сейчас времени мало - пора начинать прокачку.

– Хорошо. Что нужно делать.

– Ничего действительно сложного. С сегодняшнего дня ты становишься профессиональным нищим. Твоя задача - самая нищенская одежда, лицо, вызывающее жалость и сострадание, и постоянная интеллектуальная работа над своими словами и поведением, и, как результат, максимальная прибыль. Работать и воевать тебе теперь запрещено в принципе. Ни к кому, ни при каких обстоятельствах ты не можешь проявлять агрессию. И не думай, что будет легко. Для того что бы тебе дали хоть копейку тебе придётся серьёзно поработать мозгами.

– Не, постой, какой нищий? Думаю, мы сможем найти более достойный интеллектуальный труд.

– Начинается.... "...никогда Воробьянинов не протягивал руку...!". Карл, минута на изучения заклинания - "Месье, же не манж па сис жур. Гебен мир зи битте этвас копек ауф дем штюк брод. Подайте что-нибудь бывшему депутату Государственной думы" и бегом к городским воротам!

– Но...

– Никаких "но"! Или я поищу более развитого компаньона!

– Хорошо. Не суетись. Сейчас попробую.

Я развернулся и лёгкой трусцой направился в сторону городских ворот.

За воротами, лениво переминалась с ноги на ногу, дежурила пара стражников, проходили по каким-то своим делам НПС и, не останавливаясь, пробегали редкие игроки. Я присел у ворот на корточки и стал ждать сердобольных. К воротам бодро пылил "Аквариус" двадцатого уровня. Когда игрок оказался от меня в десятке шагов я затянул подсказанную молитву.

– "Месье, же не манж посиджуг..."

Игрок пробежал мимо, кинув на меня удивлённый взгляд. Эта история повторилась ещё несколько раз, а я всё не заработал ни медяка, когда в моей голове снова заворочался недовольный ИскИн.

– Это что такое? У тебя в карманах ни медяшки! Я уже половину Друвики сгрузил, а ты чем всё это время занимался?
– Гневно вопросил Пашка.

– Как чем? Как ты меня и учил - изображал нищего и повторял молитву.

– Карл, если ты и дальше будешь относиться к решению задачи несерьёзно, то мы с тобой очень быстро попрощаемся. Или ты думаешь, что я вечно буду работать за двоих?

– А что не так?

– Не так всё что ты делаешь! У тебя задача вызывать жалость и получать деньги, а не кого-то там изображать! В общем - я включаю ощущение голода, как раз он у тебя уже давно на максимуме, и если будешь и дальше заниматься ИБД (Имитация Бурной Деятельности), то вместо сна будешь забивать желудок травой!

Как ни странно, но в голосе ИскИна больше не было привычной радости и иронии, а желудок ощутимо дёрнула сосущая боль, та самая, к которой я долго и упорно привыкал в подземелье. А сам Павший снова перестал отвечать на запросы. В груди начало печь с новой силой. Я уже заметил, что когда ИскИн прекращает общаться, и уходит в некую свою "работу", то в груди появляется довольно неприятное жжение. Изображать из себя нищего, когда "кишка кишке фигу показывает", не на значении уровня сытости, а на уровне довольно жёстких ощущений оказалось гораздо сложнее. Еще половина часа и несколько проигнорировавших меня игроков, и извилины начали шевелиться и без каких-то волевых усилий. Пренебрежительные и удивлённые взгляды окружающих меня уже особо не смущали, а лишь вызывали какую-то злость, но нарушить ещё одну заповедь Павшего "ни в коем случае не проявлять ни к кому агрессию" я нарушить не решился и старался быть самим образцом покорности и смирения. Из ворот показалась пара каких-то напыщенных павлинов от двадцатого до двадцать шестого уровней. Недолго думая, я бросился им под ноги, упав на колени.

– Господа, молю вас. Не бросьте в беде! Один медяк! Всего один медяк!
– "Господа" с недоверием покосились на меня.

– Чего?

– Господин, всего пара медяков. Не откажите немощному нубу. Я не могу убить даже кролика!

– Это чё за дурак?
– Обратился один игрок к другому.

– Не знаю. Больной наверно.

И компания попыталась меня обойти. Я, не поднимаясь с колен, снова преградил им путь.

– Один медяк! Меня спасёт один медяк!

– Да пошёл с дороги, придурок!
– Игрок оттолкнул меня корпусом, и парочка побежала дальше.

– Развелось дебилов.
– Услышал я краем уха от удаляющихся игроков.

Переломить себя, и броситься в ноги каким-то малолетним полудуркам было непросто. Это казалось уже подвигом, но когда мне пришлось их о чём-то умолять, я понял, что первый мой прорыв был не так уж и велик. Когда они побежали дальше, отозвавшись о моих умственных способностях, было очень большое желание высказать и что я о них думаю, но разом обнулить весь уровень мастерства, до которого я сумел дойти не хотелось. Следующим был какой-то игрок восьмидесятого уровня, за какой-то надобностью, бежавший в этот захолустный городишко. Ему я тоже бросился под ноги, но не успел я даже завести свою песню, как он просто обогнул меня, проигнорировав все мои слова, и побежал дальше. Я снова сидел, привалившись к распахнутой створке ворот, время перевалило за полдень, а ни одной монетки я так и не наклянчил. Да, просить подаяние, действительно оказалось задачей не тривиальной, но есть же в реальном мире люди, которые живут этой "профессией"! Как-то же они умудряются заставить прохожего засунуть руку в карман и выудить оттуда монету.

Из-за ворот снова послышались тяжёлые шаги. Я, уже не глядя, выскочил перед ними на дорогу.

– Господа! Не откажите убогому! Сжальтесь! Я не могу убить даже кролика. Один медяк! Один медяк! Один медяк не сделает вас богаче!

И я как-то даже не ожидал, что "господа" не оттолкнут меня, как обычно, с дороги, а остановятся и обратят внимание.

– Бугага! Страх, смотри, кто тут к нам попрошайничать пришёл.

Я поднял глаза - "Страх Мордора" и "Жестокий Дикарь" собственными персонами.

– Малец, ты чего тут? С дуба рухнул?

Клянчить у этих "господ" хотелось меньше всего, но в этот момент особо болезненно кольнул голод.

– Сильные господа, не оставьте мальца голодным! Один медяк! Всего один медяк!
– Снова я затянул свою заезженную пластинку.

– Га-га-га-га-га...
– Страха просто распирало со смеху.

– Карлсон, ну ты хам, так хам. Ты, засранец, ещё с нами за любителей мальчиков не рассчитался, а уже пришёл у нас денег просить?

– Простите меня, Христа ради! Бог воздаст! Не судите и не судимы будете! Да разве ж можно отказать просящему, за какую-то мелкую обиду, которой уж никто и не вспомнит! Да разве мог я такое подумать про таких достойных воинов? Бес попутал, не в себе я был! Всего один медяк и Боги не забудут вашей щедрости!....
– Я затараторил скороговоркой все, что только пришло на ум из "Христорадного" направления.

На этот раз гоготали оба орка, реально ухватившись своими лапищами за животы.