Чтение онлайн

— Авантюристы? — тормознул нас воин у въезда.

— Угу, — кивнула Айвел, сейчас сидящая на козлах вместе с Линвэль.

— Для авантюристов въезд свободный, — кивнул латник. — Проезжайте, — девушки дружно пожали плечами, и наш дилижанс двинулся дальше.

Внутри городок уже стал больше напоминать Воунлар, с той лишь разницей, что со стороны рынка больше тянуло запахами свежей рыбы, нежели выпечкой, да наличие стен несколько ограничивало «полезное пространство», потому жилища располагались кучнее, улочки были уже, а застройка в два-три этажа была тут обыденностью. В общем, по первому впечатлению — словно оказался в каком-нибудь небольшом немецком или чешском бурге. По второму — тоже, и только на «третьем», когда на глаза начинают попадаться местные жители, среди которых встречаются далеко не только люди, понимаешь, что это всё тот же старый добрый мир магического средневековья.

Для начала мы решили приткнуть нашу повозку на постоялом дворе, ну и самим там приткнуться на день-два, чтобы нормально осмотреться и разведать обстановку. Сказано — сделано, и спустя полчаса неспешных поисков мы располагались в уютном заведении «Знак Грома», где с кухни доносился аппетитный аромат, а у нас на столах очень быстро образовались кружки с пивом и блюда с сыром. А ещё нам составлял компанию дворф. Да, тот самый колоритный тип с рыжей бородой до середины груди (пусть уже и посеребрённой сединой), выдающимся шнобелем и ручищами с толщину ноги. Ну и да, классическое «поперёк себя шире» тут тоже применимо. Что он делал за нашим столом? Ну, он был тут трактирщиком, но, поскольку сейчас середина дня, а народ подтянется ближе к вечеру, ему было откровенно нечем заняться, а тут новые лица, к тому же ещё и «из наших», ибо… ага, кто может держать гостиницу для авантюристов? Разумеется, бывший авантюрист. И, разумеется, он был совсем не прочь «поточить лясы за жизнь» и рассказать последние новости, чем с удовольствием пользовались девушки.

— …оно и получается, что ничего не изменилось, как ходили сто лет назад в этот лес, так и ходят — орков с гоблинами там ещё твоим правнукам хватит, девочка, — усмехнулся в рыжую с проседью бороду Грориц, как звали дворфа. — Народу только чуток прибавилось за последние годы, и цены на уши капельку подняли после того, как лет восемь назад целую бригаду лесорубов за раз банда хобгоблинов задрала прям на виду у стражи Моста Оленьего Черепа. Пурпурные Рыцари и дёрнуться не успели, а эти твари уже похватали хабар да обратно в лес.

— А лесорубы без охраны ходят? — уточнил я.

— Ну дык канешна! За охрану платить надо, а кругляш — он хоть и всем нужен, а всё ж не золотые самородки, чтобы после продажи на всё хватало. Да и не каждый год всё-таки оркотня так дерзко налетает! Бригада лесорубов — это ж десяток крепких парней при топорах, обычные гоблины на таких не сунутся, а от необычных и охрана не защитит.

— А люди всё равно лес пытаются вырубать? — наклонила голову чуть вбок Айвел.

— Ага. Городок у нас и вырос из деревни рыбаков да лесорубов, это потом уже аристократы из Сузейла решили взяться за лес посерьёзней и авантюристов сюда зазывать, чтоб побольше орков с гоблинами вывели. Вродь как хотят часть леса срубить и землицу под новые хутора распахать, только куда там распашешь, если там за каждым пятым деревом — гоблин, а за восьмым — орк? А то и кто похуже…

— Похуже? — навострила ушки Айвел.

— Ну, — дворф отхлебнул ещё пива, — тролли там точно есть, сам когда-то не одну тварь зелёную срубил и в костерке сжёг. Ещё волков полно, да не серых трусованов, что сами от крепкого отряда сбегут, а Ужасных. Эти твари поборзее иных огров, да и поумнее, я вам скажу. Ещё лес-то старый, дремучий, а это значит что? — трактирщик, держа торжественность, обвёл нас испытующим взглядом. — А это значит — всякая паучья срань! Мерзкие твари любят гнездиться где потемнее да стволы потолще, чтоб сверху добычу караулить, ещё и целые логова себе под землёй выкапывают. Ну или не выкапывают, а находят — кто этих ядозадых разберёт?! А только провалиться в такое — верная смерть, там в паутине всё — шевельнутся не успеешь, а уже опутан. Тут и не скажешь, чё поганей — на семейство троллей вдруг наткнуться, стаю волков или вот такое логово. Особливо для такого вот небольшого отряда, как у вас, на трое-пятеро бойцов, что токма гоблинов порубить собирался.

— А призраков в лесу нет? — поинтересовалась Линвэль. — Мы раньше пару раз слышали всякие истории, будто они тут водятся, — тут же пояснила она.

— Этим байкам лет больше, чем мне! — фыркнул Грориц, вновь приложившись к кружке. — Врать, что брехня то полная, не буду, но сам не встречал. Если там что такое и есть, оно поглубже в лес, куда мало какая группа залезет. Для нашего брата семейство шальных троллей опасней будет. Призраки — они как у себя сидели тыщу лет, так и ещё столько просидят, а эти мерзоты зелёные как оголодают, так на всё бросаются, иной раз даже прям до моста доходя. И преследуют же, гады тупые! Ты от него бежишь, а он на след встал и лезет! И заросли нипочём, и овраги — только мяса ему подавай! Они и сытые-то когда — противник — не дай никому. Чтоб одного завалить, его надо втроём обрабатывать, со всех сторон чтоб удары сыпались, и ноги подрубать сразу, ну или факелом в морду, чтобы ошеломить. Но когда тролль голодный — он совсем дурной, огня уже не боится, ран не чувствует, а запах твой и за милю учует!

— Мыться надо чаще, — неожиданно донёсся комментарий со стороны стойки, приятным, хоть сейчас и капельку ехидным голосом.

— Ай!.. — аж скривился наш собеседник, словно лимон зажевал. — Молчи, женщина! Что ты знаешь о пути воина-берсерка?!

— Да-да, — снисходительно донеслось в ответ, и над стойкой показалась изящная, совсем не дворфская рука и, пару раз махнув, удалилась куда-то в сторону кухни.

— Это Пиня, — не дожидаясь наших вопросов, представил так и не показавшую лицо даму дворф, грозно насупившись и делая глоток из кружки, — если меня нет, все дела по трактиру — к ней.

— Угу, — понятливо кивнула Айвел.

— И что тогда? Ну, если тролли на след встанут? — тут же напомнила о теме разговора лучница.

— И тогда, ребят, коли уверенности в победе нет, надо на добычу наплевать и драпать, надеясь, что недалеко от города успели отойти и до Огней Оленя добежите раньше, чем тролль до ваших задниц.

— Огней Оленя?

— Мост, говорю, через речку тут, — утерев усы от пены, дворф смачно зажевал кусочек сыра, — Оленьего Черепа, значит. Мост старый, каменный, но крепкий. Там с заката до рассвета по обе стороны фонари зажигают, чтоб наш брат и лесники всякие видели, в какую сторону ночью бежать в безопасное место. Даже поговорка уже сложилась: «между огнями Оленя», знать, «почти вне опасности».

— А почему название такое? «Оленьего Черепа»?

— А пёс его знает, старое оно, как сам мост. Хотя черепа там есть! Да-а-а… — с некоторой даже гордостью протянул карлик. — Как кто из лесных тварей к стенам сунется, так Пурпурные, что мост стерегут, его башку к перилам и прилаживают. В иные годы хоро-о-ошая коллекция получается. Полюбуетесь ещё — видок куда красивше, чем местная каменюга. Вы, ежели что, к Пурпурным на мост сразу бегите, не задумывайтесь — время не теряйте, те в зачарованных латах, с клинками заговорёнными — и матёрого тролля зарубят, будьте уверены.

— Хм-м… — в голове крутились смутные ассоциации на тему одной старой игрушки, где тоже можно было «собрать паровоз» и привести его к стражникам на мосту, после чего радостно собирать лут с зарубленных мобов. — А что эти рыцари, не против такого?

— Да ничего, — трактирщик вновь смочил губы в кружке, — они мужи нормальные, с пониманьем. Лучше уж вот так «притащенного» монстра рубить, чем дожидаться, пока он найдёт друзей и пойдёт в город целенаправленно. Оно потом, конечно, принято тот доход, что получишь с алхимиков, когда они тушу разберут, командории жертвовать, но эт правильно и по-честному, — мы дружно покивали, мол, да, логично и верно.

— А что за каменюга? — проявила любопытство Линвэль. — Ты только упоминал, что она некрасивая.

— А вы ещё не видали, чёль? — с долей удивления моргнул носитель рыжей бороды с проседью. — Стоит тут в центре города. Валун как валун, трёх футов диаметром, разве только из редкой в этих местах породы. Вот местные и навыдумывали сказок, что его магией принесло, и всякую дурь про то, что если его перед походом в лес поцеловать, оно удачу принесёт. Да только брехня это всё, — категорично заявил, как отрезал, Грориц, — булыжник есть булыжник, не важно, магией его там притащило или какой шальной дракон зачем-то сбросил. Никакого благословения богов на нём нет, это я вам точно скажу, иначе бы давно храм какой вокруг построили. А в лесу местном надо на своих товарищей, глаза, уши и собственные ноги полагаться, а не на всякие поцелуи валунов. Удача — она подготовкой приманивается да старанием, а не птичьим говном, что потёками по камню растеклось…